Церковь и театр

Афиша

Дорогие наши зрители,
мы очень рады, что вы посетили наш сайт

Будем знакомиться. Мы, Православный театр «Живая вода», начали своё существование с 2003 года. Священники надоумили нас и благословили на это дело. И отправились мы в неизведанный путь со многими неизвестными. Например, как рассказать театральным языком о Православии, о христианстве? Единственное, что было сразу понятно – такой театр должны создавать профессионалы.

Так, потихонечку нашли друг друга и объединились люди, не на шутку «загоревшиеся» этим делом:

  • Лариса Никулина – художественный руководитель театра, окончила ГИТИС, ранее окончила Саратовское театральное училище им. И. А. Слонова;
  • Елена Шкурпело – актриса, окончила Высшее театральное училище (институт) им. М. С. Щепкина;
  • Олег Осипов – актер театра и кино, окончил ГИТИС;
  • Елена Тимченко – актриса, окончила МХАТ, преподаватель Международного славянского института им. Г. Р. Державина;
  • Лариса Демина — заслуженный художник России;
  • Ива Атаманенко – артистка Государственной академической капеллы России;
  • Мария Макарова — артистка Российского национального оркестра (окончила Московскую государственную консерваторию им. П. И. Чайковского).

Каждый год в наш театр стекаются новые творческие силы!

Наши горячие помощники и консультанты:

  • поэт Светлана Кекова;
  • писатель Ольга Клюкина,
  • композитор Алина Сандрацкая,
  • поэт Алла Колибаб,
  • режиссер Татьяна Мартынцева,
  • руководитель ансамбля древнерусской духовной музыки «Сирин» Андрей Николаевич Котов,
  • научный сотрудник Педагогической Академии Наталья Ладыженская,
  • кинорежиссер, сценарист, историк, заслуженный деятель искусств РФ Вячеслав Сергеевич Лопатин,
  • фольклорист, музыковед Андрей Сергеевич Кабанов,
  • журналист, писатель Наталия Сухинина,
  • композитор, дирижер Станислав Дяченко
  • гитарист-виртуоз Юрий Алешников

Ну, что ж, как говорится, засучили рукава и начали работать. Пришлось пережить муки рождения, и на свет появились наши спектакли.

Наши спектакли выстраиваются так, что все становятся участниками действа, между актерами и зрителями возникает живое общение. Для наших постановок сцена как таковая не нужна, и для праздника может служить любая площадка, зал не меньше 40 кв.м. Если можно так выразиться, мы — театр «передвижников». Мы готовы оказаться в любом пространстве: в вашем доме, в храме, в школе, в организации — словом, мы «легки на подъем». Лишь бы встретиться со своим зрителем и поговорить по душам. Ведь, в сущности, мы все «свои» друг другу, тем более — во Христе.

Каждый спектакль театра можно смотреть всей семьёй.

Пишите нам:

по электронной почте: pravteatr@yandex.ru

со страниц сайта:

Дорогие наши, горячо ждём встречи с Вами!

Они ж не вредят. Почему негативное отношение к церкви?

Церковь за институт семьи, за ценности и добро.

Вы еще скажите: за науку…

Не вредят? Спорно.

Чем занималась церковь в девяностые, да и сейчас продолжает? Бизнесом. Сигаретами торговала. Без акцизов, без налогов. Религиозные организации от налогов освобождены. Поэтому и был выбран такой выгодный продукт. Распространение табакокурения — это не вредительство? А то, что налоги не идут в бюджет? Читали интервью Алексея Фёдорова, президента Ассоциации компаний интернет-торговли? Он там прямым текстом говорит, что у них в ассоциации, в российских интернет-магазинах, люди, видите ли, работают. И это значит, что любой, кто вздумал миновать посредников и, не платя перекупщикам надбавки, заказал что-нибудь напрямую у китайцев на AliExpress — тот вор. Причём ворует не только у бедных людей, работающих в российских интернет-магазинах, не выдерживающих честной конкуренции. А ещё и у государства. Потому что в бюджет не поступают налоги.

В итоге вы не получаете медицинскую помощь, полицейские — зарплату. Дороги не строятся…

Какие-то двойные стандарты получаются. Обычный человек заказал себе шмотку на Али — он вор и чуть ли не изменник родины, откровенный вредитель. РПЦ — огромная организация с огромным оборотом, не платящие налоги, с которых должны дороги строиться, оказываться медпомощь, получать зарплату врачи, учителя и полицейские — не вор. Всё чудесатее и чудесатее…

Такое вот странное «добро».

Существует петиция: «Признать религиозные организации коммерческими структурами и обязать платить все налоги». Уж не знаю, есть ли от таких петиций толк, но если пожелаете — подписывайте, воля ваша.

К слову о «добре», на БВ есть и такой вопрос. Почитайте пояснение к нему. И подумайте: не лицемерие ли это — быть духовным проводником и при этом действиями противоречить собственным слова и заветам? И теми самыми действиями (и лицемерием) подавать пример. Не очень-то здоровый социально.

Принято считать, что о покойниках или хорошо, или ничего. Если церковь предпочитает навязчиво выпячивать все свои плюсы и умалчивать, скрывать минусы — она сама считает себя мёртвой что ли? Интересно, что сказал бы по этому поводу Ницше.

Не вредят? Бездоказательно навешивая страшные ярлыки, портя репутацию людей и занятий? Используя в дискуссии грязные манипуляции (и тоже подавая пример, будто бы так делать — нормально)?

Давайте вспомним, сколько скандалов было в разных городах, когда РПЦ принималась строить храмы в парках. Лишая местных жителей любимого и зачастую единственного места прогулок, и так со всех сторон зажатого зданиями и транспортными магистралями. Или на территории неприкосновенных объектов культурного наследия, или на особо охраняемых природных территориях.

Часто храмы строятся без положенных согласований, без разрешения на строительство, словно для РПЦ закон не писан (тоже подавая пример). Порой — и с иными нарушениями. Сплошной нелегальный самострой!

Санкт-Петербург.

Москва, Ходынка.

Новороссийск.

Нижний Новгород.

Тольятти.

Бердск.

Омск.

В Украине та же история.

И таких примеров море. И церковники никогда (!) не прислушиваются к местным жителям.

Почему именно здесь? Мы не давали никакого разрешения. Больше того — нас даже не спрашивали! А мы узнали о решении, когда оно уже было принято. Теперь нам отвечают: «Большинство проголосовало за строительство». А подписи этого «большинства» собирали в храмах: там блокнотики лежали, и верующие голосовали. Естественно, что наши 50 «против» — ничто по сравнению с их тысячами «за», — возмущается жительница дома Екатерина Федорова.

(с)

Это типичный захват: вместо собрания жильцов делается ложная дрянь, типа, жильцы согласились, и внезапно на детской площадке во дворе появляется пивнуха. Или деньги ТСЖ улетучиваются. Так и тут.

В Москве тоже результаты общественных слушаний фальсифицировались. И строительство начали не имея разрешительной документации.

Идти по головам и относиться к людям как к расходному материалу, который сегодня есть, а завтра нет, и проблем с сегодняшним мнением тоже нет.

Тут некоторые представители вообще через пару лет, может быть, уйдут.

(с) отец Владимир Курлюта

Это, видимо, православно — идти по головам. Использовать подтасовки, куда там Единой России. На закон плевать. Этика, нравственность? Христианская этика (в том числе и «к римлянам 13:1» про подчинение начальству)? Нет, не слышали. Вот они, «добро» и «ценности»…

Так что, учитываем воспитательный эффект такого «добра»?

Тем временем чиновники разводят демагогическую болтовню с подменой понятий, с ложной альтернативой, с апелляциями к эмоциям и с навешиваниями ярлыков. Дескать, мы и так деградируем, и лучше построить храм, чем тратить деньги на дороги и прочую социально полезную инфраструктуру, а кто не согласен — тот некультурное быдло, «у которого на уме только баба, пиво и колбаса». Ага. Как построить храм, так все вокруг моментально станут духовными и культурными. И дороги (а я видел омские дороги!) станут не нужны, одухотворённые люди будут воспарять над ними. Ну-ну.

За «институт семьи»? Ещё скажите «за здоровье». Которое складывается из физического, умственного и социального.

Обсуждение — в вопросе «Имеет ли право священник негативно отзываться о женщинах (см)?»

РПЦ призывает вообще отказаться от понятия семейного насилия. Более того, известный церковный деятель Всеволод Чаплин ещё в 2010 году полностью оправдал сексуальное насилие. Дескать, жертва сама виновата, что пьяна, что в мини-юбке, что красивая и что вообще женщина.

ВОЗ рекомендует меры, которые на практике снижают число нежелательных беременностей и абортов: сексуальное просвещение, борьбу с сексуальным и домашним насилием, стигматизацией жертв.

РПЦ активно выступает против полового просвещения, доступности медицинских абортов, подстрекает врачей к отказу от проведения абортов.

Поскольку человек ищущий всегда найдёт, таким образом церковь только подстрекает к небезопасным абортам.

но если при этом вино рекомендуется «для укрепления сил постящихся» и используется в церковных обрядах, в том числе и с участием детей; если РПЦ торгует алкоголем и табаком, тогда как ВОЗ однозначно рекомендует не употреблять алкоголь и табак даже в малых количествах и борется с их распространением, — становится ясно, что со стороны церкви налицо лишь изображение борьбы за здоровье, а по факту — полная противоположность

За «ценности»?

У нас в российской Конституции записано, что каждый человек имеет право исповедовать любую религию или не исповедовать вообще никакую, и что все религии равны.

При этом РПЦ лезет в школы и даже детсады. Чтоб с детства оказывать информационное давление и тем самым ущемлять права других, конкурирующих религий и лишать детей права выбора. А «православные активисты» вовсю нарушают законы, при этом полиция их даже охраняет. Тогда как у не угодивших будто бы вообще прав нет, и верующим де-факто можно и чужое имущество отбирать или уничтожать, и людей унижать. Ёлки-моталки, у верующих же есть чувства, и любым неодобрительным взглядом ты их оскорбишь! А у неверующих чувств нет. Такое вот равноправие, такая законность, такие ценности. Это что, нормально?

Впрочем, права человека, в том числе, выходит, и права гражданина — это всего лишь «глобальная ересь»…

Неужели совсем-совсем не вредят? Простите, не верю.

«Я — Православный»: 33 истории прихода к вере известных людей всего мира.

Том Хэнкс.

В Православную Церковь его, подобно первым христианам, привела православная жена Рита Уилсон. С тех пор он стал активным прихожанином одной из церквей Константинопольского патриархата в Лос-Анджелесе.Том Хэнкс говорит: «Я отдаю себе отчёт насколько важно и прекрасно иметь возможность ходить в Церковь и размышлять над теми важными вопросами, которые задаёт тебе Православие, и над ответами, которые оно предлагает».

Дэвид Гаан.

Известный всем поклонникам группы DepecheMode, вокалист и фактически один из лидеров группы, пришёл к православной вере подобно Тому Хэнксу при помощи супруги – гречанки Дженнифер Склиаз, ставшей его женой. Благодаря супруге Дэвид расстался с героиновой зависимостью и завязал с наркотиками. Позднее он много говорил и продолжает говорить о том, как много для него значат семья и дети.

Фёдор Емельяненко.

Дзюдоист и самбист, многократный чемпион мира и России, и, конечно, православный христианин. Стать по-настоящему верующим человеком ему помогла поездка в монастырь. Теперь для него самым важным является не спорт и соревнования, а вера и семья. Фёдор Емельяненко: «Спешите в храмы Божии, спешите делать добро. Помогайте друг другу, относитесь друг к другу с любовью, с пониманием и терпением. Ради этого я, наверное, и выступаю».

Евгений Миронов.

«Важным этапом для меня стала первая в жизни поездка в Оптину пустынь. Мне тогда было тридцать три года. Говорят, в этом возрасте в жизни всегда что-то меняется. Но я понимал, что надо менять это «что-то» самому, и поехал в Оптину пустынь, чтобы поговорить с отцом Илием. Это был момент какого-то всеобщего кризиса: и творческого, и духовного – я чётко осознавал, что мне необходима встреча именно с ним. Но меня к нему долго не пускали, пришлось перелезть через забор и тайком пробраться к домику, где была келья старца. Эта встреча перевернула меня. Он говорил так, как если бы был грешнее меня в тысячу раз, как если бы он в тысячу раз более меня сомневался. Я был просто потрясён всем происходящим: впервые я общался со священником, который переживает за весь мир и за весь мир молится. В эти полчаса я чувствовал что-то необыкновенное. По форме это, конечно, не была исповедь, но по важности и глубине этот разговор стал для меня чем-то очень значимым».

Наталья Варлей,

актриса театра и кино, заслуженная актриса РСФСР.

«К вере в Бога я очень долго шла. После фильма «Вий» всё моей жизни стало рушиться – пошли измены, предательства. Хотя до этого всё складывалось прекрасно. Что может быть греховнее, чем сыграть нечистую силу в храме? После фильма мне было очень плохо, тяжело на душе. После крещения стало немного легче. И лишь потом я поняла, что крещение – только первый шаг к Богу. У меня замечательный духовник. Он, когда ещё вмиру, работал детским врачом, спас моего младшего сына от смерти. Я однажды сказала ему: «Как жаль, что вы ушли из больницы!» А он мне ответил: «Спасение души человеческой не менее важно».

Алексей Баталов, киноактер, народный артист СССР.

«Путь к вере начинался для меня с живых впечатлений детства – самых ранних. Бабушка была верующий по правде человек – лёгкий, добрый. Поэтому церковные праздники у нас, пусть дома, пусть закрыто, но были. Не во всех домах и Пасха, а у нас, как бы ни было нище, бедно в разные времена, она всегда праздновалась. К счастью, церковь напротив нас была открыта. Поэтому на праздник мама пойдёт туда постоять, а я – рядом. Так всё и шло понемножечку. Я стараюсь верить в Бога. Это единственное, что не «перестраивается», остаётся постоянным».

Алексей Петренко, народный артист России.

«Я думаю о Боге, о том, что люди должны жить объединённо. Думаю о православии. Учу церковно-славянский язык. А то придёт человек в мир иной, попросят его там молитву прочесть, а он и не знает, как это сделать. Насколько сил хватает, думаю и о своих близких. И о том, чтобы, когда я уйду туда, не оставить здесь после себя ничего стыдного».

Валентина Толкунова,

певица, народная артистка РСФСР (1946-2010).

«Духовное возрождение тогда и будет, когда каждый человек поработает над своей душой. Научится духовности. И поймёт, что не должны мы уподобляться Европе, Америке, что свою землю надо любить, надо спасать. Не позволять разрывать её на разные куски. Не думайте. Что всё в руках только политиков и правительств. Если кто-то метёт улицы – когда он выметет их особенно чисто, как хорошо станет всем! Люди будут любоваться: до чего же чисто сегодня на улице!.. Каждый человек на своём месте должен поднимать свою Родину с колен. И тогда Россия выздоровеет и станет самой счастливой, самой духовной и самой сильной страной мира».

Александр Михайлов, актёр театра и кино, народный артист России.

«Дед мой по матери был за «белых», а дед по отцу – «за красных». Так вот, «белый» очень много дал мне в детстве. Умирая, он говорил: «Внучок, запомни: жизнь свою надо отдать за Россию, Отечество. Сердце надо отдать маме. Душу – Господу Богу. А честь храни в себе и никому не отдавай». Эти слова остались во мне навсегда».

Вячеслав Клыков, (1939-2006), скульптор, народный художник России.

«Любому простому человеку, если он родился в России, если ему выпало родиться русским, прежде всего нужен Бог. Без Бога вообще жизнь бессмысленна. Человек без Бога – это как листочек в осенний день: куда ветер дунет, туда он и полетит. Народ без Бога – это просто управляемая толпа».

Георгий Гречко, лётчик-космонавт,

дважды Герой Советского Союза.

«Почему я верю? Потому что во время войны, даже не на фронте, а в тылу или в оккупации, как случилось со мной, другой надежды у человека нет, кроме как на Бога. Тогда практически все были верующими. И я, мальчик, верил. И постился перед Пасхой, и на Рождество ходил по дворам славить Христа».

Иннокентий Смоктуновский, актёр театра и кино,

народный артист СССР (1925-1994).

«Я, может, и жив только потому, что верую в Господа. Я через все тяготы войны прошёл, когда со мной только смерти не было, она просто случайно мимо прошла. Он, наверное, берёг меня для каких-то маленьких моих свершений – Мышкина, Гамлета, Чайковского, Деточкина, царя Фёдора. Без веры человек не вышел бы из леса, хрюкал бы, выл… Свинья – это хорошо, но всё-таки разума у неё нет, а у нас помимо разума есть и душа».

Аркадий Мамонтов, спецкор телеканала «Россия».

«Сам я православный человек и, конечно, исхожу из моральных основ моей религии. Вера позволяет человеку контролировать самого себя, вести свою линию. И вера, как основа мировоззрения, безусловно, формирует моё авторское отношение к той или иной проблеме».

Дмитрий Дюжев, киноактёр.

«Я очень хорошо помню свою прабабушку, у неё в деревенском доме висела икона и всегда горела лампада. Это было очень необычно на фоне всей нашей советской жизни и казалось тогда чем-то загадочным. Наверное, моя вера начиналась где-то там. А потом… Просто возникла необходимость зайти в храм. Я зашёл… и остался. Пришла вера, я понял, что здесь истина».

Андрис (в крещении — Андрей) Лиепа, танцовщик, заслуженный артист РСФСР.

«Икона – чудо, которое влияет на человека независимо от его веры. Для меня это стало открываться после тридцати трёх лет. В двадцать девять лет я вернулся из Америки и вскоре получил интересное приглашение от Кировского театра, уехал работать в Питер. На первом же спектакле мне подарили икону блаженной Ксении Петербургской и сказали, что она меня будет хранить в этом городе. Она меня не только хранила: с того момента в душе всё стало развиваться совершенно по-другому. Из лютеранства я перешёл в Православие. Блаженная Ксения свела нас с Катюшей. Моей супругой, мы обвенчались. Нашу дочку назвали Ксенией. Сейчас мы живём в Москве и каждый год стараемся 6 февраля, в день памяти блаженной Ксении, съездить в Петербург».

Илзе (в крещении — Елизавета) Лиепа, балерина, актриса, народная артистка России.

«Андрис, мой брат, как и отец крещён в лютеранской церкви. И уже взрослым человеком сам, совершенно сознательно, перешёл в Православие. Он и на меня очень сильно повлиял в этом плане, хотя крестилась я самостоятельно, тоже уже взрослой. Я до этого очень много искала, пыталась какой-то смысл найти во всём. В своё время я читала книги о буддизме, и мне казалось, что я находила там много верного, созвучного моим мыслям. Я читала и головой понимала, что это всё замечательно, верно, прекрасно, но никогда душа моя на этом не останавливалась. А вот когда брат дал мне почитать маленькую, простенькую, вроде бы примитивную книжечку о Православии, я всей душой откликнулась на неё».

Пётр Мамонов, поэт, актёр, музыкант.

«Стал думать, для чего вообще жить, для чего мне эти отпущенные семьдесят или сколько там лет жизни. А прапрадед мой был протоиереем храма Василия блаженного на Красной площади. Дай, думаю, куплю молитвословчик – посмотрю, о чём они там молятся. Читал поначалу с ужасом и с неким удивлением. Стал в храм ходить. Это было начало, а настоящая встреча с Богом произошла не так давно. Я не мог выбраться из одного греха. Никак не мог. Вот утром на Сретение встал и вдруг почувствовал, что Господь залил моё сердце любовью и обезоружил меня. Вера вдруг пришла – как обухом. Смысл появился: вечная жизнь и счастье всегда. «Ящик» выбросил в окно. Читаю труды святых отцов, Библию, стараюсь жить по Божьим законам».

Никита Михалков, киноартист, режиссёр, народный артист РСФСР.

«Можно выжигать веру калёным железом, можно сажать людей в тюрьмы, убивать священников, взрывать храмы. Но история нашей Родины показывает, что православие, как основа нравственных устоев и быта России – как травка сквозь бетон – всё равно прорастёт. Когда у тебя есть внутреннее ощущение, что ты находишься под сенью веры, которая была основополагающей силой жизни и духа для сотен поколений, живущих и живших на этой земле, тебе это должно давать энергию. И я свято верю, что любой человек, пытаясь понять, кто он и откуда, неизбежно придёт к вере. Ведь на вопрос: «Как жить?» ты можешь получить ответ, только задав себе вопрос: «Зачем?» Не раньше. Поэтому росток веры всё равно пробьётся».

Оксана Фёдорова, телеведущая.

«Первый раз самостоятельно я пришла в храм в студенческие годы, когда у меня не ладились дела на первом курсе университета и не было помощи ниоткуда. После первых моих обращений к Богу дела вроде пошли в гору – учебный год я окончила более чем хорошо. Тех пор многое во мне изменилось. Я поняла, что церковь – место, где можно получить помощь. Поговорить начистоту с самим собой. И если ты искренне желаешь помощи себе и другим людям, то это чудесным образом сбывается. Надо только верить в Бога, себя и людей. А ещё надо верить в те добрые дела, которые наполняют нашу жизнь смыслом. Теперь я знаю, что работа, карьера, да и любая другая материальная цель, которую я могу поставить перед собой, — это далеко не главное. Высший смысл жизни человека – жить честно, по совести».

Сергей Безруков, актёр театра и кино. Заслуженный артист России.

«Православным человеком я себя считаю с детства. Я был крещён месяцев шесть-семь от роду в маленьком храме святителя Николая села Петровского Московской области. В поселке Лысково Нижегородской области. В котором живут мои родственники, есть женский монастырь. Я общаюсь с его настоятельницей, мы беседуем о разных вещах. К примеру, не так давно речь зашла о моём диске «Страсти по Емельяну». Я исполняю песни на стихи иеромонаха Романа (Матюшина). Игуменья сказала, что записывать такие песни можно и нужно, что это – доброе. Духовное. Достойное уважения дело. Главная черта Емельяна – это умение прощать. В этом сила его духа, сила русского мужика. Я сам учусь этому умению. Это чрезвычайно сложно».

Юрий Шевчук, поэт, исполнитель, лидер группы «ДДТ».

«Я человек православный, но об этом не хочу говорить всуе. Без Церкви, без веры православной моя жизнь не существует. Человек – это ведь существо духовное. Сейчас муссируется представление о том, что человек – это только тело, это рефлексы, это руки, созданные для того, чтобы всё хватать. Печально, но эта точка зрения насаждается сейчас повсеместно. Я думаю, что идёт очень сложный период, и хочу обратиться к тем людям, которые меня слышат: сейчас идёт «война между небом и землёй», как пел Цой. Идёт борьба на духовном уровне, идёт духовная война за души людей. Я её очень чувствую. А на какой я стороне – вы сами знаете».

Ольга Гобзева, в прошлом киноактриса, в настоящее время – монахиня Ольга.

«Сказать, что у меня случилась какая-то трагедия или неудачно сложилась судьба — было бы неправдой. Я действительно много снималась, у меня около восьмидесяти картин. И хотя не все фильмы были знаменитыми, моя творческая судьба сложилась очень удачно. Причина моего ухода кроется очень глубоко, возможно, в моём роду. Сестра моей бабушки была игуменьей. А вторая сестра её – монахиней. По линии отца был церковный староста. Мой отец был верующим человеком, и ни в какие годы – ни когда нас раскулачивали в двадцатые, ни в сороковые – у нас в доме не гасла лампада. И поэтому сказать, что я ушла от мира, что-то бросила, пришла к чему-то новому, это не так. Я пришла в свой дом».

Ольга Кормухина, певица.

«Несмотря на все мои блуждания во тьме – пьянки. Гулянки, два неуклюжих брака, увлечение буддизмом, гадания на блюдечке, — мне кажется, я всегда жила с Богом в душе. Я выросла под звуки бабушкиной молитвы. А однажды, уже в зрелом возрасте, прочла дневник иеросхимонаха Сампсона, и во мне как будто всё перевернулось. Его слова проникли в самое сердце и засели там занозой. Если сломанную ногу держать на растяжке, то при каждом движении влево или вправо чувствуется боль. Вот и я старалась всё чаще уходить от житейских страстей-мордастей, пытаясь найти тихую гавань. И когда нашла, внутри меня воцарилась гармония…»

Алексей Белов, музыкант, композитор, лидер рок-группы «Парк Горького».

«В своё время я в избытке получил всё, о чём только может мечтать человек: славу, бешеные деньги, все удовольствия мира. Пережил кучу романов, курил травку, выпивал. И что в итоге? Опустошение! Когда я в один прекрасный момент осознал весь этот ужас, попросил друзей отвезти меня на исповедь к батюшке. В перерывах между выступлениями, в переездах между городами стал читать молитвослов. Однажды мне рассказали о старце Николае. Что жил на острове Залит. Я мечтал к нему поехать, но долго всё не складывалось. В результате получилось так, что именно Оля (Кормухина, ставшая по благословению отца Николая женой Алексея) отвезла меня на остров».

Вячеслав Бутусов, музыкант, основатель группы «Наутилус Помпилиус».

«Духовный смысл нужно увидеть во всём. К собственной своей песне «Я хочу быть с тобой» я долгое время относился чисто потребительски и уже после того, как стал верующим, перестал получать удовлетворение при её исполнении. Но вдруг эта композиция приобрела в моём сознании религиозный, библейский смысл. Также произошло и с некоторыми другими моими песнями. Я объездил много стран, много чем был поражён, но я чувствую, что Православие – это религия, при помощи которой могу спастись лично я. Кроме того, Православие обладает той строгостью, аскетизмом, которых часто не хватает мне лично. Мне кажется, что все основные истины в Православии чётко сформулированы и понятны».

Пётр Толстой, главный редактор телекомпании «Московия – 3-й канал», телеведущий.

«Часто приходится слышать: «Вы, православные, обо всём договорились: согрешили – исповедались – и порядок!» Думаю, говорить так могут лишь те, кто воспринимает веру как нечто внешнее, ритуальное. С Богом нельзя договориться – мы можем только сделать над собой усилие, чтобы хоть немного приблизиться к Нему. К сожалению, не многие готовы совершать такую внутреннюю работу. Естественно, смысл исповеди не в том, чтобы, раскаявшись в грехах, на следующей неделе сделать тоже самое, а в том, чтобы найти в себе силы преодолеть грех навсегда. Это борьба, которую человек ведёт всю свою жизнь».

Джонатан Джексон, звезда телесериала «Нэшвилл».

Родился в семье адвентистов седьмого дня. Когда ему было восемь лет, вся его семья приняла Православие. По словам актёра, он «захотел быть с теми, кто не говорит много слов, а отдаёт приоритет молитве. Красоту Православия может почувствовать каждый. Если ты по рождению человек другой традиции или у тебя другой менталитет, то перейти в Православие непросто. Но тот, кто сможет превозмочь себя, получит настоящую радость и благословение».

Владислав Третьяк, хоккеист, председатель комитета ГД РФ по физической культуре, спорту и делам молодёжи.

«Мне особенно близок образ основателя Троице-Сергиевой лавры, игумена Земли Русской, преподобного Сергия Радонежского, к которому я часто обращаюсь в молитвах. Выходя на лёд, я всегда старался перекреститься, вернее, тайно, символическим движением руки во вратарской перчатке, изображал крестное знамение, насколько это было возможно перед телекамерами».

Алексей Леонов, лётчик-космонавт, дважды Герой Советского Союза .

«Вера помогает, без неё трудно. А ещё я очень жалею, что многого не знаю. Библию в первый раз я увидел в Америке в 1973 году, где проходил подготовку по программе «Союз-Аполлон». Сейчас, слава Богу, мы возвращаемся к своим корням. Я восхищаюсь тем, что удалось возродить храм Христа Спасителя, что было неимоверно трудно. Я много езжу по стране и везде вижу, как возрождаются храмы. Это меня очень радует».

София Ротару, певица, народная артистка СССР.

«В нашей семье шестеро детей, и все мы крещёные, нас крестили в младенческом возрасте. Во времена моего детства верующим людям приходилось нелегко. Тогда даже было страшно крестики нательные носить, не то что храмы посещать. Но мои родители нашли возможность передать свои знания нам, детям. Мы каждое воскресенье ходили на службу в небольшую сельскую церквушку в нашем родном посёлке Маршинцы. А когда я училась в младших классах, даже пела в церковном хоре.

Когда я была уже популярной, моя семья праздновала Рождество. И за это отца тут же исключили из партии. Мне позвонил первый секретарь ЦК КП Украины и сказал: «Соня, у тебя будут проблемы». И я уехала в Ялту. Но вся эта история абсолютно не повлияла на мою веру. Я чувствую, как в моей жизни присутствует защита и милость Божия. Я знаю, что всё, что происходило в моей жизни и ещё произойдёт – всё в руках Всевышнего. Каждый день я читаю «Отче наш», всегда обращаюсь к Богу и благодарна Ему за каждый прожитый день. Мои внуки носят крестики, ходят в церковь, знают историю о Боге, умеют молиться.Когда они задают мне вопросы на религиозные темы, я всегда подробно отвечаю им. Хочу. Чтобы они и их дети выросли верующими. В человеке всегда должна жить надежда. А когда уходят последние силы, поднимите глаза к небу и попросите: «Боже, помоги!» Мне и самой приходится иногда так делать. И действительно приходит облегчение».

Любовь Соколова (1921-2001), актриса кино,

народная артистка СССР.

«Вспоминаю, как в июле 1941 года (жила я тогда в Ленинграде), в день моего рождения, мы поехали со свекровью по делам за город. Вышли из вагона, идём по улице, вдруг подходит ко мне статный бородатый старичок. Он очень мягко меня остановил. Заглянул в глаза и говорит: «Имя моё – Николай. Ты будешь есть по чуть-чуть. Но выживешь». (А мы ведь тогда ещё голодную блокаду и представить не могли). И ещё он сказал: «Выучи молитвы «Отче наш» и «Матерь Божия. Помоги мне». Сказав это, старичок отошёл от нас и скрылся за забором, а свекровь моя, опомнившись, говорит: «Это же Николай Чудотворец! Догони его!» Я бросилась за забор, а там огромный пустырь, и никого нет. Человек не мог здесь никуда исчезнуть так быстро. Мы тут же пошли в церковь, и там, взглянув на икону Николая Чудотворца, я сразу же узнала того старичка. В годы ленинградской блокады голод скосил всех моих близких, в том числе и свекровь. А я выжила – и это было чудом! Молитвы, заповеданные святителем, читала каждое утро».

Людмила Зайцева, актриса кино, народная артистка России.

«Людей безгрешных не бывает, но я всегда старалась жить по законам Божиим, в меня это заложили родители, за что я им благодарна без границ. В нашем хуторе, где я росла, вообще не было церкви. И люди были безграмотными, наверное, даже Библии не читали. Но знали наизусть молитвы и жили как православные христиане. Я с детства знала, что лгать нельзя – это грех. Брать чужое нельзя – грех. Мужа чужого увести, семью разрушить – страшный грех. Не работать нельзя, «ибо трудящийся достоин пропитания» (Евангелие от Матфея, глава 10, стих 10). Нужно признать старики сохранили нам нашу веру. И если своих внуков они не учили по Закону Божьему, то учили их вере своей праведной жизнью и молились за них! Можно ведь каждый день цитировать Евангелие, но не жить по нему. А русский человек живёт по Евангелию».

Константин Кинчев, лидер группы «Алиса».

«Прежде чем сделать свой выбор, я и в эзотерике достаточно покопался, и с магией попетлял, Коран перелопатил, несколько раз бывал в буддистском монастыре. Всё это было не то. В 1992 году, когда мне уже было тридцать два года, позвонил Стас Намин и сказал, что в Иерусалиме проводятся дни дружбы городов – его побратимов – и есть культурная программа. Поехал. И тут же в Иерусалиме я осознал, что мне надо креститься. Просто в монастыре я встретился с одной монахиней. Она сказала мне: «Ты вернёшься домой и крестишься». Потом эта монахиня пришла в город со мной побеседовать, и ночью я провожал её в монастырь, который находился над Гефсиманским садом. Было далеко за полночь, я шёл один, перескочил через ограду. Посмотрел на небо, представил, что здесь происходило. И одна мысль: вот сейчас бы мне умереть здесь, и всё, больше ничего не надо это было бы счастьем. С этим ощущением я вернулся в Москву. Сердцем почувствовал, что Православная Церковь – это место, где моей душе хорошо, а слова святого Феофана Затворника: «Не знаю, как кому, а мне без Православия не спастись», — лишь укрепили меня в ощущении верного выбора. Убеждение в том, что христианство пассивно, является ошибочным. Смирение воспитывает волю и даёт силу противостоять злу».

В преддверии нового театрального сезона решил написать об отношениях Церкви и театра. Быть может, антиклерикалы опять разворчатся и скажут, что церковники лезут во все сферы жизни общества. Но не будем обращать внимание на подобное ворчание, так как для воцерковленной части общества этот вопрос сохраняет свою актуальность. Может ли верующий человек ходить в театр, ведь раньше Церковь запрещала театральные постановки? Почему до революции актеров хоронили за церковной оградой? Попробуем разобраться в хитросплетениях данного вопроса.

Для начала несколько слов о происхождении театра. Театр в понимаемом нами современном смысле этого слова зародился в Греции, и ведет свою генеалогию от мистерий в честь Диониса. На театральных подмостках того времени прославлялись языческие божества и мифология, о чем свидетельствуют сами названия пьес: «Ипполит увенчанный», «Прометей прикованный» и многие другие. То есть античный театр был связан с определенными ритуальными действиями. Он был религиозным в языческом смысле этого слова и показывал сюжеты античной мифологии, в том числе и сексуальные похождения божеств.

Конечно же, зарождавшееся христианство не могло воспринять данную часть античной культуры, так как прославление языческих божеств противоречило ему.

Быть может, критики скажут, что христианство принесло с собой лишь разрушение, уничтожение целого пласта античной культуры. Конечно же, скажут. И будут не правы. Вспомним, что писал святитель Василий Великий об античной культуре и о том, как христианину относится к наследию великих умов прошлого. В своей 22 беседе «К юношам о том, как получать пользу из языческих сочинений» святитель пишет: «когда пересказывают вам деяния или изречения мужей добрых, надобно их любить, соревновать им и, как можно, стараться быть такими же. А когда доходит у них речь до людей злонравных, должно избегать подражания сему, так же затыкая уши, как Одиссей, по словам их, заградил слух от песней сирен». Святитель воспринимает театр именно как место для языческих зрелищ: «Всего же менее будем внимать им, когда говорят что-нибудь о многих богах, и притом разномыслящих. У них брат в раздоре с братом, отец — с детьми, и у детей опять скрытная война с родителями».
Итак, святитель предлагает из любой культуры выносить что то хорошее, что есть в ней, но ни в коем случае не брать оттуда негативные примеры. По данной логике поступят в Средневековье, когда будут создаваться христианские мистерии.
Мы же вернемся в первые века христианства. Для Иоанна Златоуста театр-это арена, на которой бушуют самые низменные страсти: «Не говори мне, что представляемое в театре есть одно лицедейство. Это лицедейство сделало многих прелюбодеями, и многие семьи разрушило».

Отношения Церкви и театра всегда были сложными, о чем свидетельствует и история русского театра. Кирилл Туровский, например, называл музыкальные инструменты, используемые в театре, «сопелями сотонинскими».

Распространенные на Руси представления скоморохов осуждал и Домострой, и Стоглавый Собор. Но что осуждалось? Осуждался ли профессиональный театр? Или же представления, имеющие низкую степень нравственности и взывающие к самым низменным частям человеческой души? Конечно же, второе.

Но как же тогда быть с тем, что Церковь даже после становления профессионального театра хоронила актеров за церковной оградой? Данная традиция была связана с тем, что профессия актера накладывала существенный отпечаток на его духовную жизнь. Понятие личности — одно из важнейших в учении святых отцов-каппадокойиев и неотъемлемая часть христианского вероучения. И актер как бы рискует своей личностью, «проживая» чужие жизни, исполняя на сцене чужие грехи и страсти.
Прошло время. Сейчас Церковь уже не хоронит актеров за кладбищенской оградой, но продолжает напоминать актерам одну вещь-театр бывает разный. На его сцене могут быть пьесы, призывающие к благочестию или имеющие какую то религиозную проблематику, а могут быть и эротические спектакли, обращенные лишь к самым низменным страстям человека.
Церковь смогла приспособить театр под свои нужны. В средневековой Европе, а затем и в России, создавались представления на религиозные мотивы, так называемые мистерии. В них рассказывались основные моменты библейской истории, сотворения человека, грехопадения, пришествия в мир Христа и многое другое. Как мы видим, Церковь воплотила в жизнь принцип, предложенный еще Василием Великим, и превратила театр из языческого зрелища в новую арену для проповеди.
Такова краткая история отношений Церкви и театра. Суть их заключается в особом понимании природы вдохновения. Это касается не только театра, но и вообще всего творчества. Что двигало автором, создавшим песню, или написавшим произведение? Почему после прочтения «Тошноты» Сартра остается чувство безысходности и бессмысленности человеческого бытия, а иконы Рублева наполнены огромной энергией, побуждающей к жизни? Суть в природе вдохновения — является ли это результатом страстей человека или же навеяно благодатью и написано в состоянии внутреннего покоя. Автор вкладывает свою душу в произведение, и оно становится своего рода зеркалом этой души. И читая произведение, мы понимаем, что в этой душе находится — будь то безысходность Сартра или одиночество Кафки, или же морально-религиозные размышления Толстого и многое другое. «По плодам их узнаете их» (Мф.7:16)-эти слова вполне могут быть отнесены к отношениям Церкви и искусства. Именно по плодам Церковь судит о современных формах искусства.
Как Церковь относится к современному искусству? Эта проблема приобрела особую актуальность в последнее время, когда странные выходки Femen и Pussy Riot пытаются представить как искусство.
Конечно же, можно возразить, что каждое новое направление искусства в момент своего зарождения является маргинальным по своей сути явлением и лишь потом, с течением времени признается остальным миром. Так было и с гением Леонардо — не все его открытия были признаны при жизни.
Я хотел бы провести параллель между «творчеством» Пусси и Д.С. Мережковским. Как известно, Мережковский был создателем так называемого «нового религиозного сознания», выразившегося в идее «Третьего Завета». Практической реализацией данного направления было «служение» «Евхаристии» на цветах. Каковы были плоды этого? К сожалению, духовный кризис в Российском обществе, порожденный повальным увлечением оккультизмом, привел к революции…
Смотреть в природу того или иного явления — вот суть христианского отношения к творчеству в целом и к театру в частности.
«Все мне дозволено, но не все полезно»(1 Кор. 6: 12) –подсказывает нам Евангелие. Так будем же следовать этому принципу в отношении к театру, к творчеству, и ко всей нашей жизни.

Он так естественно изображал страдания, что зрители были в восторге. Вдруг актер велел всем замолчать и объявил, что он действительно христианин и не отречется от Господа. За это исповедание святого Ардалиона предали мучительной смерти — сожгли на раскаленной сковороде…

Сегодня мы живем в другом мире, во внешних своих проявлениях не таком жестоком к христианам. Однако отношения Церкви и театра по-прежнему складываются непросто. В минувшие века Церковь настолько не принимала все, что связано с театром, что актеров даже было запрещено хоронить в церковной ограде. Это было связано с тем, что актеры в те времена совсем не играли по Станиславскому, а изображали языческих богов и богинь, подражая древнегреческим мистериям. Сегодня театр не имеет ничего общего с язычеством, но у некоторых церковных людей, быть может, плохо знакомых с театром в его лучших проявлениях, профессия актера ассоциируется исключительно с лицедейством, с притворством, с ненастоящей, придуманной жизнью. Люди уверены: театр уводит человека от Бога и если ты актер, значит, априори не можешь быть церковным человеком. Справедливо ли такое утверждение? Не является ли оно ложной предвзятостью? Может ли театр, который так часто потрясает наши сердца, всегда и во всем быть делом не богоугодным и душевредным? В чем подлинные искушения театрального ремесла и чем они отличаются от искушений других профессий? Чтобы разобраться в этой непростой теме, мы попросили рассказать о своем опыте взаимодействия с театром двух людей – известного саратовского актера театра Драмы имени Слонова Юрия Кудинова и настоятеля храма в честь Воздвижения Креста Господня г. Хвалынска, священника Виталия Колпаченко. Решаясь на этот диалог, мы хотели протянуть мостик между двумя мирами – церковным и театральным, постарались отставить в сторону стереотипы и взглянуть на проблему глубоко и непредвзято.

Юрий Кудинов, актер: «Профессия актера — это таинство,
когда оно очищено живым светом служения»

Обывательский взгляд на театр и его служителей во все времена был примерно одинаков. Глядя изнутри, признаем: публика не без основания высказывает едкие суждения, вешает ярлыки, высмеивает, ругает, перемывает косточки и т.д. Сценическое искусство уязвимо в своей субъективности и специфике данного коллективного труда. Правда, любая публичная профессия имеет все эти «преимущества» и актёрская не исключение. Актеры — это люди повышенного общественного внимания. Как избыток, так и недостаток этого внимания актёров портит. Порой это происходит быстро, порой годы забвения превращают некогда известного «премьера» в озлобленного на весь мир старика. Изначально профессия актёра находится в непримиримом антагонизме к христианской идее о самоотречении и смирении. Какое смирение, когда есть жгучая потребность самовыражения, жажда ролей и побед, новых спектаклей и фильмов, творческих встреч и новых афиш, интервью и статей! Жёсткая внутрицеховая конкуренция заставляет актёров всегда быть в форме, всегда быть готовым сражаться за место под театральным солнцем. Добавьте к этому закулисье театрального храма, где царят далеко не дружественные слова и взгляды коллег по сцене. Неудовлетворённость и несправедливость здесь преследуют каждого. Спросите любого из актёров — обязательно кем-то или чем-то он недоволен. Неудовлетворённость порождает уныние, а оно жаждет забвения хоть на время, что приводит к известному пороку пьянства. Но чаще всего люди творческих профессий грешат осуждением. Так уж сложилось. Судят коллег, приезжего режиссёра, гастролёров, дебют молодого дарования и т.д. Злорадствуют по поводу «провалившейся» премьеры, мучительно завидуют, если премьера удалась. Практически всё будет против возникшего желания жить благочестиво и уж тем более соблюдать церковный устав. Почему-то в театре очень любят назначать премьеры в день строгого поста, а корпоративные вечеринки в канун двунадесятых праздников. В своём желании вы к тому же рискуете остаться в полной изоляции, особенно трудно будет в гастрольных поездках. Нет, актёров, что «украшают» свои гримуборные бумажными иконками и крестятся перед выходом на сцену немало, но какое это имеет отношение к живому чувству веры? Добавим, что специфика данного труда располагает к часто возникающим влюблённостям, которые перерастают в «романы», а те в свою очередь в семейные драмы, которые нередко заканчиваются человеческими трагедиями. Как сохранить чистоту? Верность любимой? Здесь искушения на каждом шагу.

Но почему же грешная природа театра так привлекает молодых? Престиж профессии в современном мире не высок. Труд тяжёлый и крайне мало оплачиваемый. Актёров, добившихся признания и житейского благополучия, единицы. Однако приток молодых дарований в театральные школы не ослабевает. Наверное, большинству из них кружит голову дым будущей славы, но есть и те, кто видит в этой профессии возможность служения людям. Посредством своего скромного дара, в союзе с великими классиками: Пушкиным и Гоголем, Достоевским и Толстым, Чеховым и Горьким, — они горят желанием изменить мир. Ну, вот и ответ, а точнее вопрос, найден: Кто ты? С чем ты приходишь в мир? На что ты готов положить свой талант, если таковой случился? Кто-то мечтает проложить свой путь в искусстве («Моя жизнь в искусстве»), а другому не важен этот «свой» след. И если ты выбираешь пройти в театре смиренной и жертвенной дорогой, будь готов к искушениям и ударам судьбы. На деле это значит не искать ролей, не заискивать, не человекоугодничать, отказываться от сомнительных проектов, не принимать участия в пересудах и т.д. Какому театральному руководителю понравится такой строптивый артист?! А это новые проблемы. Всё упование нужно возложить на Бога. Ждать и верить, отказываться и верить, быть с Господом и не сомневаться в Его промысле о тебе. И если уж так случилось, ты — актёр, научись не противопоставлять веру и театр. Главное то, что происходит в твоей душе. С Божьей помощью, пусть даже в таких обстоятельствах, возможно выстроить свою работу, свою жизнь сообразно христианским ценностям. Заповеди можно и нужно соблюдать везде: и дома, и на работе, и в гостях — театр здесь не помеха, скорее даже помощник и хорошая школа живой веры. Замкнуться в себе или спрятать свои убеждения здесь не удастся, да и незачем. Но чтобы выстроить эту гармоничную лестницу личностных ценностей потребуется время, которое поможет взрослению телесному и духовному. Нужно будет немало потрудиться. Почитать святых отцов, постоять на службах, пообщаться со знающими людьми, поездить по святым местам. Но главное — это трезвое и внимательное отношение к своей жизни и таланту. Ниточку веры так легко потерять и так непросто снова найти. Правда есть и короткий путь — это горячая, неудержимая «юношеская» вера, когда вершина твоей цели окрыляет и манит к себе, её свет и чистота освещают твою жизнь так, что тебе не нужно делать насыпь, класть шпалы и рельсы, грузить багаж и отправляться в путь. Один взмах — и ты там. Однако таких счастливчиков мало. Театр — это таинство. Когда оно очищено и освещено действительно живым светом добра и служения людям, тогда театр может стать спасительным пластырем духовного выздоровления общества.

Фото из личного архива Юрия Кудинова

Священник Виталий Колпаченко:
«Театр может стать ступенью к Церкви»

Я испытывал необъяснимый для себя внутренний дискомфорт, уныние, тоску. До воцерковления тогда еще было далеко, и, тем более, до мыслей о священстве, хотя вера во мне жила. Помню, как наш саратовский преподаватель по актерскому мастерству Римма Ивановна Белякова всегда говорила нам, что когда выходишь на сцену, нужно мысленно сажать в зрительный зал самого дорогого человека, и как это не странно, — может быть, даже кощунственно, я всегда в зал «сажал» Христа…

Думаю, в театре меня привлекала именно идея служения: донести что-то до людей, изменить мир. Но почему нападали такие почти депрессивные состояния, до сих пор объяснить не могу, может быть, просто душа интуитивно чувствовала, что это всё — не мое. Год прошел в мучениях, как-то не хватало духу уйти самому, а потом меня, наконец, отчислили за непосещаемость. И что самое поразительное, когда это случилось, я испытал такую радость, такое облегчение, что махнул домой пешком через весь город.

Однако все оказалось не так просто. После окончания университета, будучи увлеченным идеями каких-то постановок, которые хотелось воплотить, я отправился в Москву поступать на режиссуру. И здесь вновь возникло это тягостное внутреннее противоречие: и притягивает, и отталкивает. Я поехал в Троице-Сергиеву Лавру к местному насельнику, иеромонаху Науму, за советом. Свой вопрос я построил так: благословите меня служить Богу искусством театра и кино. А он мне без лишних философствований ответил: тебе не этим надо заниматься. Я принял его слова, как от Бога.

Мы можем сегодня видеть ни один пример, когда известные актеры, обретая веру, пытаются уйти из профессии, но потом возвращаются. И хотя они это объясняют какими-то объективными причинами, мне все-таки кажется, что возвращение происходит еще и потому, что не до конца в них это перегорело. Думаю, что уходить из профессии трудно тем, кто действительно увидел однажды в этом род служения, а попытавшись уйти, не нашел, как реализовать свое желания служить в каком-то другом деле. Хотя, подчеркиваю: это мои догадки, которые могут быть ошибочны. Мне кажется, что когда актер искренне считает, что можно, условно говоря, доехать из Саратова до Москвы через Иркутск, то в какой-то момент в ответ на эту искренность Господь даст понимание, что такой крюк делать излишне — надо выйти из этого состава дальнего следования и пересесть в прямой поезд «Саратов-Москва». В данном случае я разделяю взгляд Гоголя, утверждавшего, что театр может стать ступенью к Церкви. Если ты чувствуешь, что можешь совмещать свое актерство и свою церковную жизнь, или вообще не чувствуешь, что в твоей жизни одно другому противоречит, то тогда продолжай. А если театр уже взрастил тебя до Церкви, то тогда вылетай из этого «родительского гнезда», чтобы устремиться выше. То есть, на мой взгляд, когда человек предельно искренен с самими собой, то рано или поздно он дойдет до той точки, в которой почувствует потребность сделать выбор.

Я не говорю человеку, который еще не на той стадии: бросай все, это тебе не нужно. Если мотивация актера — служение ближним, это очень хорошо. Ведь были в этом смысле люди исключительные, которые именно так воспринимали свое дело: Евгений Вахтангов, Михаил Чехов, Андрей Тарковский. Другое дело, что для христианина некоторые актерские техники просто непозволительны. Чтобы коснуться души зрителя, ты должен сопереживать материалу, вжиться в образ. Хотя, конечно, когда актер при этом вживается настолько, что перестает чувствовать грань между своей личностью и образами, в которые он перевоплощается, — это пагубно скажется на его душе. И здесь надо быть очень осторожным, чтобы это не превратилось в болезнь сознания. И возможно в таких случаях тоже стоит задуматься о целесообразности существования в данной профессии, по крайней мере, для христианина. Потому что Богу важна и ценна именно твоя личность в ее чистом виде, без примесей каких-то других — вымышленных и привнесенных насильно «личностей».

Да и вообще, не стоит христианину рассчитывать на эти техники, а иными словами на свои собственные силы. Живи праведно, живи по-христиански, и Господь, видя твое чистое сердце, даст тебе возможность воздействовать на человека, начнет как бы говорить с ним через тебя (только, конечно, это ни в коем случае не должно становиться самоцелью, потому что такие состояния называются духовной прелестью). Дело в том, что, только изменяя себя, ты изменяешь мир. Я как священник вижу: говоришь человеку один раз, другой раз, десятый раз — он не слышит. «Почему?», — задаешь неустанно вопрос. И находишь его в святоотеческой литературе: только слово очищенного от грехов человека имеет способность к духовному воздействию. А когда люди пытаются какими-то техническими внешними приемами воздействовать на других, они объективно оказываются не способными поразить человека так, что он захочет измениться. Потому что без содействия Божиего, которое возможно только очищенному аскетическим подвигом сердцу, ни слова, ни поступки, разыгрываемые на сцене, в сердечную глубину другого не войдут. Тем более, когда режиссер пытается каким-то образом эпатировать публику, возмущать, запутывать или навязывать зрителям свои извращения, это, по-моему, просто портит театральное искусство.

Наиболее, как мне кажется, здоровый и правильный театр — когда он является иллюстрацией к литературному или драматургическому произведению, и даже иногда лекцией в театрализованной форме. Мы видим неплохой опыт так называемых, православных театров, где члены труппы подбирают нравственно здоровый репертуар, отказываются в своих постановках от сомнительных техник, эпатажа, от установки на эффект в ущерб содержанию, и помимо всего прочего вместе пытаются вести церковную жизнь. А когда человек в одиночестве, ему в этой среде очень тяжело. Ведь все-таки, на мой взгляд, природа Церкви и природа театра слишком различны.

Однако все многообразие жизни трудно вместить в какие-то рамки. Каждая судьба, каждая душа индивидуальна. Если даже взглянуть на ответ, полученный мной от отца Наума — я вполне допускаю, что кому-то другому он бы и дал свое благословение. Главное для человека в театре — не играть с самим собой, быть с собой предельно искренним и честным, и тогда Господь выведет на путь спасения. Либо он тебе какую-то нишу в театре дарует, либо ты найдешь единомышленников в своей среде, и из этого единения, возможно, родится что-то новое и душеполезное. Либо Господь просто выведет тебя из театра, если это не ко спасению души.

Фото Артема Коренюка

Газета «Саратовская панорама» №16 (893)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *