Святые о животных

Нечистое животное

У нас в квартире живет собака Плюшка. Не породистая, но очень ласковая, чистоплотная. Никаких проблем с ней не возникало ни разу. Дети ее очень любят. Недавно верующая подруга сказала мне, что держать собаку в доме – грех, потому что в Библии сказано, будто собака – нечистое животное. Как теперь быть? Выгонять ее на улицу у меня рука не поднимется…

Передайте, пожалуйста, Вашей подруге, что в Библии нигде нет отдельного упоминания о ритуальной нечистоте собаки. Слова …из всех зверей четвероногих, те, которые ходят на лапах, нечисты для вас… (Лев 11:27) в равной степени относятся и к кошкам, морским свинкам, хомячкам и прочим домашним любимцам, которые ходят на лапах, а не, скажем, на копытах.

Но ветхозаветное деление животных на «чистых» и «нечистых» относится исключительно к возможности их употребления в пищу и никак не регламентирует отношений человека с живыми зверушками. Так, в Библии есть, например, эпизод, где ангел Рафаил был спутником юноши Товии. На протяжении всего их путешествия им сопутствовала …собака: …И отправились оба, и собака юноши с ними (Тов 5:17). Если уж собака может сопровождать ангела, то почему бы ей не жить рядом с человеком? Да и само это деление животных на «чистых» и «нечистых» было упразднено еще на апостольском Соборе в Иерусалиме.

Поэтому для изгнания Вашей Плюшки из квартиры я не вижу никаких оснований религиозного характера. А вот вспомнить в этой связи слова писателя-христианина Экзюпери о том, что …мы в ответе за тех, кого приручили, думаю, будет вполне уместно.

> 5 историй о святых и их животных

Герасим и лев

Герасим Иорданский. Художник Елена Черкасова

Герасим Иорданский основал в египетской пустыне обитель с очень строгим уставом и сам был в обители первым подвижником.

Однажды Герасим встретил в пустыне льва. В лапу измождённого, больного хищника вонзилась колючка, лапа сильно распухла и нагноилась. Святой вылечил зверя и благодарный лев сильно привязался к монаху — стал мирным и кротким, всюду следовал за своим благодетелем. Герасим кормил его хлебом и всем, что ел сам. Другие монахи тоже полюбили льва, даже доверили ему охранять ослика, который приносил в монастырь воду из Иордана.

Как-то раз лев вернулся в обитель один. Герасим решил, что лев съел своего подопечного, и строго отчитал зверя, назначив его с тех пор водоносом вместо осла. Зверь честно исполнял свои обязанности. Но вот вдруг монахи увидели, как лев ведёт к ним того самого осла! Живого и невредимого! И вместе с ослом за узду — ещё двух верблюдов!

Оказалось, пока лев-пастух спал, ослика случайно увел проходивший мимо с караваном купец. Позже купец вновь проследовал тем же путём, вдоль берега Иордана, уже вместе с осликом. Лев заметил осла, бросился к нему, напугав погонщиков. Те оставили животных, поклажу и разбежались. Так лев смог возвратить пропажу Герасиму.

Когда всё прояснилось, святой простил льва и даже дал ему имя — Иордан. Ещё пять лет настоятель примечал и кормил Иордана. Когда святой скончался, лев долго не мог поверить в смерть своего благодетеля, отказывался от еды, искал его… Когда же монахи втолковали хищнику, что случилось, лев не смог пережить горя и умер на могиле святого Герасима.

Косма, Дамиан и верблюд

Погребение святых Космы и Дамиана. Художник Фра Анджелико. 1438—1440

Святые братья целители Косма и Дамиан Ассийские жили в Малой Азии около IV века нашей эры. Они исцеляли не только людей, но и животных. Ходили по домам, лесам и пустыням, находили больных зверей и помогали им. Благодарные животные следовали за врачевателями целыми стадами.

Однажды Косма и Дамиан повстречали в пустыне еле живого верблюда. Святые сжалились над ним, исцелили и отпустили. Через много лет верблюд отплатил братьям благодарностью. Косма и Дамиан дали обет никогда ни от кого не брать платы за своё занятие, но под конец жизни Дамиан вынужден был нарушить обет — он взял от исцелённой женщины три яйца во имя Святой Троицы. Косма очень огорчился, узнав о поступке брата, и даже составил завещание, в котором запрещал после смерти хоронить его и брата вместе. Но в ту же ночь Косме явился Господь: «Для чего ты скорбишь ради взятых трёх яиц? Они взяты не ради мзды, но ради клятвы жены в Моё имя…» Косма утешился, но никому не сказал о своём видении. Через какое-то время святой Косма с миром почил. Спустя ещё некоторое время скончался и Дамиан. Люди, чтившие их память, не знали, что делать с телом Дамиана, где его положить, чтобы не нарушить завещание. И вдруг к ним подошёл верблюд — тот самый, которого святые братья исцелили когда-то, — и заговорил человеческим голосом! Верблюд рассказал всем тайну Космы. Братьев погребли вместе.

Флорентий и медведь

Святой Флорентий жил в пустыне со своим духовником Евтихием до тех пор, пока Евтихия не избрали настоятелем ближнего монастыря. Флорентий остался в пустыне один, охранять церковь. Задача была непростая и опасная. Флорентий молился, чтобы Господь послал ему помощника. И вот однажды у дверей церкви святой встретил медведя. Зверь стоял, кротко опустив голову, показывая, что пришёл послужить монаху.

Флорентий повелел медведю пасти пять овец. Когда «пастух» возвращался со своим «стадом» с пастбища, животные кормились все вместе. В постные дни медведь возвращался с овцами в три часа дня, а до того — постился, как и его хозяин. В другие дни пас овец до двенадцати часов дня. Зверю было непросто, но «режим» он честно соблюдал и ни разу не возвращался раньше времени.

Скоро о чудесном помощнике святого узнали в окрестностях. Одни люди ценили Флорентия как человека Божьего, другие завидовали ему. Четверо монахов из монастыря Евтихия из лютой зависти сговорились и убили медведя. Однако, Господь покарал злодеев — все четверо умерли от страшной проказы.

Давид Гареджийский и олени

Cвятые Давид и Лукиан Гареджийские, 1993.
Автор Лаша Кинцурашвили

Святой Давид Гареджийский жил в VI веке в Грузии. Вместе с учеником Лукианом он удалился из Тифлиса в пустыню и жил в пещере, питаясь корнями растений и травой. Вскоре жара убила всю растительность и монахи остались совершенно без пищи. Лукиан впал в уныние, собрался даже вернуться в город. Давид утешал его, рассказывая о Промысле Божием. Как вдруг к инокам прибежали три оленихи с оленятами. Лукиан подоил животных, а Давид крестным знамением обратил молоко в сыр. Голод более не грозил монахам — молоко олених стало постоянной пищей отшельников. Олени поселились в пещере вместе с людьми.

Спустя некоторое время в долину пришли охотники, которые выследили олених. Охотники были поражены: пугливые животные кротко и смирно стояли рядом с отшельниками, как если бы они были домашними, а Лукиан доил их. Святой Давид Гареджийский просил охотников пойти охотиться в другое место. Те хотели остаться с иноками в качестве учеников, но преподобный направил их по своим домам.

Охотники возвестили всем о том, что видели и слышали от святого Давида. После этого люди стали посещать пещеру, чтобы увидеть дивных отшельников и принять благословение. Со временем здесь возникла большая обитель.

Считается ли собака нечистым животным и можно ли кошкам и собакам жить в доме?

Деление животных на чистых и нечистых очень условно. Фактически его нет. Особенно в новозаветной Церкви. Любая Божья тварь является чистой, ибо она создана Господом и есть плодом Его любви к миру. Оскорбляя Божье создание, не оскорбляем ли мы и Творца, Создавшего его?

Нечистым может быть человек или падший ангел бес – существа высшего порядка, имеющие волю и право выбора уклониться в добро или во зло. Если человек или ангел (бес) свободно, по собственному желанию уклоняется во зло и оскверняется злом, то он становится нечистым.

В Ветхом Завете существовал перечень нечистых животных, которых евреи не могли употреблять в пищу (см. 11-ю главу Книги Левит). Но с этой позиции данное установление было исполнено и упразднено в Новом Завете (см. Книгу Деяний, глава 10:9–16).

Почему же Господь повелел почитать нечистым животное, которое же сам и создал? Это было связано не с самим зверем (он по-прежнему оставался чистым Божьим созданием), но с отношением человека к нему. Святитель Патриарх Константинопольский Фотий писал на эту тему:

«Многое по природе очень хорошо, но для пользующихся становится большим злом, не из-за собственной природы, но из-за порочности пользующихся… Чистое стало отделяться от нечистого не с начала мироздания, но получило это различие из-за некоторых обстоятельств. Ибо поскольку египтяне, у которых израильское племя было в услужении, многим животным воздавали божеские почести и дурно пользовались ими, которые были весьма хороши, Моисей, чтобы и народ израильский не был увлечен к этому скверному употреблению и не приписал бессловесным божеское почитание, в законодательстве справедливо назвал их нечистыми – не потому, что нечистота была присуща им от создания, ни в коем случае, или нечистое было в их природе, но поскольку египетское племя пользовалось ими не чисто, но весьма скверно и нечестиво. А если что-то из обожествляемого египтянами Моисей отнес к чину чистых, как быка и козла, то этим он не сделал ничего несогласного с настоящим рассуждением или с собственными целями. Назвав что-то из боготворимого ими мерзостью, а другое предав закланию, и кровопролитию, и убийству, он равным образом оградил израильтян от служения им и возникающего отсюда вреда – ведь ни мерзкое, ни забиваемое и подлежащее закланию не могло считаться богом у тех, кто так к нему относился».

Исходя из вышесказанного, мы видим, что мера разделения животных на чистые и нечистые была не онтологической, то есть свойственной их природе чистоте или нечистоте, но исторической. Нужно было с Божьей помощью искоренить в народном еврейском сознании остатки языческой зооморфной (поклонение животным) религии. И разделение животных на чистых или нечистых кроется не в их природе, но в природе человека, искаженной и больной грехом.

Действительно сегодня среди православных христиан бытует мнение, что кошка является чистым животным, а собака нечистым. Вот как на этот вопрос ответил Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл в бытность его митрополитом Смоленским и Калининградским: «Я хорошо отношусь к животным и очень люблю собак. У меня есть три собаки в Москве и две в Смоленске. Никогда Церковь не считала собак нечистыми животными, никогда не запрещала им входить в помещение. Очень многие выступают против того, чтобы собака заходила в храм, но не по богословским мотивам, а по причинам чисто традиционного, исторического характера, укорененным, как мне кажется, в представлениях о гигиене. Возвращаясь к вопросу о собаках, хочу сказать, что запрет на то, чтобы собаки входили в храм, не зафиксирован в каноническом праве. Это просто часть традиции, и та же традиция распространяется, наверное, и на лошадей, поросят, кур, гусей и других животных. Но не распространяется на кошек. Почему? Да потому, что они всегда ловили мышей. И кошек запускали в храм именно с этой целью. Тем более что кошка – очень чистоплотное, почти стерильное существо, домашнее в полном смысле этого слова. Она не создает гигиенических проблем для пространства, в котором находится. Я думаю, что проблема заключается только в этом, и никакой мистики, связанной с собаками, нет, и тем более не существует никакого “антисобачьегоˮ богословия. Надо любить животных, потому что, проявляя любовь к животным, мы тренируем наши человеческие эмоции, становимся более человечными. Что же касается бессмертной души, то должен сказать, что по образу и подобию Божию создан только человек. Согласно христианскому учению, животные не обладают бессмертной душой, и поэтому, когда животное умирает, мы с ним прощаемся навсегда».

Исходя из слов Святейшего Владыки, основанных на принципах православного богословия, мы должны понимать, что в иерархическом плане собака, как и любое другое животное, является низшим по сравнению с человеком существом и подчинено ему. Его душа не бессмертна. Она погибает со смертью тела. О том же говорит и святой праведный Иоанн Кронштадтский в своей книге «Моя жизнь во Христе»: «Весь мир вещественный пред Богом, яко ничтоже; одни духовные существа яко нечто, как-то: Ангелы и человеки. Те только твари и имеют прочное бытие, которыя близко к Богу, имеют образ и подобие Его; остальныя же твари, как тень преходят – самое небо и земля прейдет, словеса же Моя не прейдут (Мк.13:31)».

В том же сочинении святой Иоанн написал: «Не дыши злобою, мщением, убийством даже на животных, чтобы твою собственную душу не предал смерти духовный враг, дышащий в тебе злобою даже на бессловесных тварей, и чтобы тебе не привыкнуть дышать злобою и мщением и на людей. Помни, что и животные призваны к жизни благостью Господа для того, чтобы они вкусили, сколько могут, в короткий срок жизни радостей бытия. Благ Господь всяческим . Не бей их, если они, неразумные, что-либо и напроказят или пострадает от них какая-либо из твоей собственности. Блажен, иже и скоты милует (Псалом)».

Нужно относиться к животным с теплотой и любовью, как и ко всякому Божьему созданию, но нельзя относиться как к равным или (упаси Бог!) как к высшим. В этом уже начало язычества и идолопоклонства.

Таким образом, не стоит называть животных человеческими именами, тем более именами святых угодников Божиих, помещенных в святцах.

Все стихи Священного Писания, будто бы касающиеся отрицательного отношения к собакам, типа: «Господи! Но и псы едят крохи, которые падают со стола господ их» (Мф. 15:27); «Берегитесь псов!» (Флп. 3:2); «Пес возвращается на свою блевотину» (2 Пет. 2:22) – нельзя воспринимать буквально и формально. Так, например, в Послании Филиппийцам в стихе «Берегитесь псов!» святой первоверховный апостол Павел имел в виду вовсе не собак, а лжеапостолов-еретиков, которые вкрадываются в христианские общины и совращают людей с истинного пути веры. Ведь не будем же мы понимать буквально слова «…и есть скопцы, которые сделали сами себя скопцами для Царства Небесного» (Мф. 19:12), и уродовать собственную плоть, отрезая себе органы, как это делали сектанты-скопцы. Нет. Разумный человек поймет, что Господь наш Иисус Христос пророчествует фактически о монашестве, о тех людях, которые оскопили себя духовно. То есть порвали связи с миром, отказались от всего ради служения Христу.

Во всем важно разумение, рассуждение и трезвомыслие, растворенные верой, надеждой и любовью. И так с Божьей помощью рождается мудрость.

Правило не держать собаку в доме является скорее исторической традицией. В отличие от кота, домашнего животного, ловящего мышей, собака – служебный зверь, несущий охранную, пастушью, на Севере ездовую функции. Потому их место было на улице, в конуре, в хлеву. Кроме того, это сейчас появились декоративные миниатюрные виды собак, раньше они все были большие, мощные, сильные, и держать их в доме было попросту неудобно.

Но нынче времена изменились. Миллионы людей живут в квартирах, и нет возможности на улице держать собаку. Им лишать себя радости общения с домашним питомцем? Конечно, нет. Если вы хотите держать пса в квартире, держите на здоровье. Тем более что в этом есть еще и хорошая педагогическая функция. Дети учатся любви, заботе, вниманию.

Ведь, в сущности-то, и планета наша является большим домом-квартирой, где Господь поселил человека, собак, кошек и других тварей.

Протоиерей Павел Великанов, главный редактор портала Богослов.ru

Протоиерей Павел Великанов, главный редактор портала Богослов.ru

Христианство не принимает никакого деления на чистых и нечистых животных. Ритуальной нечистоты животных в нашей вере нет. Об этом четко говорит явление апостолу Петру (Деян.10:11-15).

Животные находятся в особых отношениях с человеком: Бог сам приводил животных к человеку и смотрел, как человек будет называть их по именам. Но до поры до времени эти отношения были дружественными, а потом стали враждебными. При этом домашние животные, их способности общаться с человеком являются осколками Рая – доступными нам остатками от первозданного мира.

Наконец, участь животных сильно связана с участью самих людей. Прожившая с хозяином двадцать лет собака, которая почти читала его мысли, понимала его настроение, находилась с ним в особых отношениях, разительно отличается от обитавшей в подворотне и бегавшей ото всех людей. И посмертные участи этих собак, можно предположить, будут различаться.

Именно поэтому у человека по отношению к животным особое призвание. Приближаясь к Богу, человек должен подтянуть на другой качественный уровень бытия тварный мир. Человек должен обожиться, а животный мир – очеловечиться. И то, что домашние животные в определенном смысле очеловечиваются, тому подтверждение.

Игумен Стефан (Тараканов), заместитель председателя Синодального отдела по монастырям и монашеству:

Игумен Стефан (Тараканов), заместитель председателя Синодального отдела по монастырям и монашеству

– Как к творению Божьему. Вспомним, как Адам нарекал им имена, как преподобный Сергий кормил медведя… Мы должны относиться к животным с любовью, заботиться о них, кормить бездомных. Конечно, нельзя ставить их выше человека. А то иногда мы наблюдаем, как кто-то больше любит животных, чем своего ближнего.

Иеромонах Сергий (Филиппов), настоятель Иоанно-Предтеченского подворья Новоспасского монастыря в с. Сумароково:

Иеромонах Сергий (Филиппов), настоятель Иоанно-Предтеченского подворья Новоспасского монастыря в с. Сумароково

– Догматического учения Православной Церкви о животных не существует, есть только частные мнения святых отцов. Но даже у них встречаются два противоположных мнения относительно бессмертия души животных. Одни говорят, что душа животного распадается в момент его физической смерти, другие – что окружающие животные будут участниками Царства Христа. Достаточно распространено также мнение святых, что в рай попадут те животные, с которыми общался и которых любил хозяин (в силу их причастности к бессмертной душе человека).

Согласно Священному Писанию, на обновленной земле волк и ягненок будут пастись вместе; и лев, как вол, будет есть солому (Ис 65:25). То есть хищники станут травоядными, какими и были задуманы и сотворены Богом.

Христос неоднократно указывал на иерархию в отношении человека и животных. «Кто из вас, имея одну овцу, если она в субботу упадет в яму, не возьмет ее и не вытащит? Сколько же лучше человек овцы!» (Мф. 12: 11, 12) или «сколько же вы лучше птиц?» (Лк. 12: 24) Отметим: любовь к животным не стоит в заповедях Божиих на первом месте. Прежде всего, Господь заповедал нам любить Бога: «возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душею твоею и всем разумением твоим» (Мф.22:37). С этой заповедью тесно связана вторая: «возлюби ближнего твоего, как самого себя» (Мф. 22:39). Если человек будет их соблюдать, то и любовь к животным займет свое подобающее место.

Пример христианского отношения к животным нам являют святые. Преподобный Серафим Саровский возле своей кельи кормил зайцев, лисиц, белок; даже медведь был кроток, приходя к святому. Преподобный Герасим Иорданский вытащил занозу из лапы льва, который после этого всю жизнь помогал святому и умер на его могиле.

Человек духовно здоровый будет любить любое творение Божие. Смерть домашних животных может вызывать печаль, но она не должна быть чрезмерной. Однако недопустимо отношение к животным доводить до уровня поклонения им – притом что сердце наше будет закрыто для помощи людям!

Но есть и другая крайность, когда к своим «меньшим братьям» у нас относятся как к неодушевлённой вещи. Мы в ответе за тех, кого приручили! И если христианин взял к себе в дом животное, обязан ухаживать за ним до конца его жизни.

Если имеется возможность помочь бездомным животным, христианин обязан это сделать. Для верующего будет грехом, если он так не поступит.

«Будьте милосердны!» – один из призывов Христа к каждому из нас. Человек с каменным сердцем не может стать участником Царства Небесного! Нельзя любить людей и в то же время ненавидеть остальное творение Бога. Я уж не говорю о том, что человек, испытывающий удовольствие при виде страданий любого творения Бога, не имеет в себе ни капли христианина. Сострадание не должно быть выборочным! Если мы выборочны в своем милосердии, значит, любви в нашем сердце нет.

Архимандрит Порфирий (Шутов), наместник Соловецкого ставропигиального мужского монастыря:

Архимандрит Порфирий (Шутов), наместник Соловецкого ставропигиального мужского монастыря

– Как говорит Исаак Сирин, признак чистоты сердца – воздыхание о всей твари. В том числе, конечно, и о животных. Поэтому мы должны обращаться с ними милосердно и бесстрастно. С любовью, с благодарением Бога за прекрасную тварь, которую он создал в таком виде.

Тотемизм: его происхождение и тотемистические праздники

Тотемизм — феномен под которым чаще всего подразумевают одну из древнейших форм первобытной религии.

Этим термином обычно обозначают деление племени на группы, связанные родством по мужской или по женской линии. причем каждая из таких групп верит в свое родство с тотемом — чаще всего животным (сыновья койота, сыновья ворона и пр.), реже растением (сыновья кукурузного початка), неодушевленным предметом или даже природным явленем (сыновья Большой Медведицы, сыновья Грома) — который считается предком данной группы. Нередко у тотемических групп существуют материальные эмблемы, имеющие сакральное значение (как, например, чуринги австралийцев, столбы-тотемы у американских индейцев)). Родовой тотем обычно запрещено убивать и употреблять в пищу (иногда даже избегают встречаться и как-либо соприкасаться с ним), он считается мистическим покровителем данной группы, на него можно воздействовать с помощью определенных магических приемов. В отдельных случаях связь с тотемом устанавливается путем его ритуального умерщвления и коллективного поедания, в котором участвуют все члены данной группы (яркие примеры: «медвежий праздник» у енисейских кетов, во время которого все члены группы обязаны поедать убитого медведя – тотема племени, чтобы к этому тотему приобщиться; растерзание и поедание верблюда у некоторых аравийских племен в доисламский период и пр.). Табу на убийство тотема временно отменяется, во время коллективной трапезы члены группы приобщаются к своему общему предку; в то же время они нередко просят у него прощение за совершенное убийство (именно так и поступают во время «медвежьих прадников» у енисейских кетов, сахалинских айнов и т.п.). Тотемизм имеет свою мифологию — это представление и мифы о тотемическом предке (предках). Иногда с предствлениями о тотемических предках бывает связана вера в перевоплощение — реинкарнацию, в то, что тотемические предки вечно воплощаются в своих потомках. Особенно распространены были такие верования у аборигенов Австралии; у других народов они представлены менее отчетливо. Тотемистические представления также отражают тесную связь первобытного коллектива с его территорией.

Тотемы североамериканских индейцев

Сам термин «тотем» взят из словаря североамериканских индейцев (алгонкинов) и впервые был употреблен в европейской научной литературе Дж.Лонгом в конце XVIII в. Интерес научной общественности к этому явлению особенно возрос в конце XIX — начале XX вв. после работ Дж.МакЛеннана «О культе животных и растений» и Дж.Фрэзера «Тотемизм» и «Тотемизм и экзогамия». Дж.Мак-Леннан выделил в т. три составные части: фетишизм, экзогамию (обычай вступать в брак вне данной группы) и матрилинейный счет родства (т.е. определение родства по материнской линии). Дж.Фрэзер видел основу т. в возможности магического воздействия на свой тотем (отразившуюся, в частности, в обрядах «размножения» тотема). Эти воззрения в более расширительном толковании — сохранении в тотемистических верованиях элементов промысловой магии (воздействие на тотем как на предмет промысла) — высказывали впоследствии и другие исследователи. В.Робертсон-Смит утверждал, что в основе т. лежит концепция, согласно которой природа, как и человечество, разделена на группы вещей по аналогии с кровнородственными группами в человеческом обществе. Однако еще Э.Тайлор предупреждал против искусственного раздувания проблемы т., подчеркивая, что, по его мнению, этому явлению принадлежит довольно скромное место в религиозых и социальных системах; кроме того, он обращал внимание на тот факт, что экзогамия в ряде случаев существует без тотемизма и, следовательно, эти явления не находятся в неразрывной связи.

Особенно велик был интерес к тотемизму в 1910-1920-е гг., когда появилось множество работ, посвященных этой теме, а в журнале «Антропос» начиная с 1914 г. и в течение 10 последующих лет существовал раздел «Проблема тотемизма», в котором публиковались труды виднейших ученых. Существовало множество (около 40) версий происхождения тотемизма, их обзору посвящена известная работа А ван Геннепа «Современное состояние тотемической проблемы». С точки зрения самого ученого, тотемизм — это распределение между вторичными группами общества участков территории со всем, что на ней живет и произрастает, т.е. существует тесная связь тотемизма с промысловой магией.

Еще английский этнолог У. Робертсон Смит отмечал, что кровь жертвенного животного символизирует единение первобытного коллектива со своим божеством, а ритуальное умерщвление и поедание жертвенного животного — это прототип всякого жертвоприношения, заключение союза между таким коллективом и его божеством. О том, как возникли представления о связи того или иного первобытного коллектива с определенным животным, высказывались разные мнения, хотя, по-видимому, они коренятся в психологии первобытного человека. Французский антрополог Э.Дюркгейм считал тотемизм первоначальной формой религии. Он пришел к выводу, что главным объектом тотемистических верований является не конкретное животное, растение или изображение, а некая безличная и анонимная сила, которая находится внутри них, но не смешивается с ними. Он полагал эту силу богом — безличным, без имени, без истории, имманентным миру. Тотемические животные и изображения, таким образом, символы этой безличной силы. В то же время тотем — символ первобытного клана, его бог, в лице которого клан чтит самого себя. Иными словами, тотемизм определялся им, отчасти следуя Робертсону Смиту и Р. Турнвальду, как форма самопочитания первобытного коллектива.

У. Риверс определял тотемизм как совокупность трех элементов: социального (связи животного, растения и т.п.) с определенной (причем, экзогамной) группой людей; психологического (веры в родство членов этой группы и ее тотема); ритуального (почитание животного, растения или материального объекта, выражающееся в запрете на его употребление, кроме отдельных случаев).

Одни исследователи сосредоточивали свое внимание на социальном аспекте проблемы (Э.Лэнг, Г.Кунов, Ф.Гребнер, В.Шмидт и др.). Другие специально обосновывали ее религиозную сторону (Э.Тайлор, Дж.Фрэзер, В.Риверс, В.Вундт) или психологическую (Б.Анкерман, Р.Турнвальд) — чувстве единения между определенной социальной группой и тотемом, а также на коллективизме первобытного мышления, лежавшего в основе тотемистических верований.

З.Фрейд предложил свое понимание проблемы тотемизма. В книге «Тотем и табу» он проводит аналогию между отношением к животному у первобытного человека и у ребенка — оба не отделяют себя полностью от животного мира. Возникновение фобий того или иного животного, являющегося, согласно его теории, заместителем отца, к которому ребенок испытывает амбивалентные чувства страха и обожания, происходит в результате перенесения этих чувств на животное. Следовательно, согласно З.Фрейду, тотемическое животное у первобытных народов — это заменитель образа отца, а сам тотемизм произошел из эдипова комплекса. Тотемическое жертвоприношение он объясняет тем же — желанием сыновей убить и съесть отца (его животного заменителя) и занять его место.

Но уже в 1920-е гг. высказывались скептические взгляды на проблему тотемизма. Так, некоторые представители американской исторической школы (А.Гольденвейзер, Р.Лоуи) отрицали тотемизм как феномен и особую форму религиозных верований. А.Гольденвейзер, в частности, оспаривал взаимосвязь трех феноменов которые многие исследователи считали непременными атрибутами тотемизма: клановой организации, приписывания кланам животных и растительных эмблем и веры в связь клана и его тотема. Р.Лоуи вообще не был уверен в существовании тотемизма как такового.

В дальнейшем наметился спад интереса к проблеме тотемизма. В «Антропологии» А.Кребера (1923), «Общей антропологии», написанной Ф.Боасом совместно с учениками (1938), «Социальной структуре» Дж.Мэрдока (1949) ей уделено совсем немного внимания. Оспаривалась также сязь тотемизма и экзогамии, которую прежде нередко рассматривали как причину т.

Глава культурно-морфологической школы Ад.Иенсен отрицал тотемизм как форму религии и полагал, что это — перенесение на первобытный коллектив более ранних идей — «настоящего тотемизма» (веры в мифических полуживотных предков, восходящей к вере в божественного «хозяина зверей»). А.Элькин, Х.Петри и А.Шлезнер выделяли в Австралии «культовый тотемизм», который, по их мнеию, является первичным по отношению к «социальному тотемизму». Крупный этнолог-автраловед А.Элькин не подвергал сомнению существование тотемизма, но он как бы «дробил это явление, выделяя тотемизм идивидуальный, половой и т.д.

Сторонники функционализма не отрицали существование тотемизма как феномена, но объясняли его в соответствии со своей теорийе. Так, Б.Малиновский сводит тотемическую проблему к трем вопросам. Культ животных и растений в тотемизме он объясняет тем, что они необходимы человеку в качестве пищи и потому вполне естественно оказываются в центре интересов первобытной группы. Вера в родство человека с животным коренится, по его мнению, в сходстве многих биологических функций человека и животного и даже, в представлении первобытного человека, о превосходстве некоторых животных над человеком. Желание контролировать тот или иной вид животных (с тем, чтобы он был доступен в качестве объекта охоты или не представлял опасности) приводит, согласно Б.Малиновскому, к возникновению идеи общности с тотемным животным, а также к установлению запретов на убийство тотема и т.п. А.Рэдклиф-Браун рассматривал тотемизм как частный случай формулирования связей человека с природными видами в мифе и ритуале. Он также отрицал, что тотемизм — это универсальное явление, полагая, что существует множество различных феноменов, связанных с разными институтами; единственное, что их объединяет — это ассоциация отдельных сегментов общества с какими-либо растительными или животными видами.

Тотемизм в Древнем Египте

По мнению Э.Эванс-Притчарда, тотемическая связь коренится не в самой природе тотема, а в тех ассоциациях, которые он вызывает в человеческом сознании, т.е. на живые сущсства и предметы проецируются понятия и эмоции, которые находятся вне их.

Глава Венской школы Й.Гекель полагал, что тотемизм развивался на основе различных источников, основным из которых было «социализирование» определенных видов животных.

Кл.Леви-Строс, с одной стороны, считал проблему тотемизма надуманной, не отвечающей реальности. Он указывал на искусственность образования самого слова «тотем», которое в таком виде не существует в языке индейцев оджибве алгонкинской группы и отмечал, что у них никогда не встречалось верование, основанное на том, что члены клана были потомками тотемного животного и что оно было предметом культа. С другой стороны, он рассматривал тотемизм как способ классификации явлений природы, не отличающиийся принципиально от классификаций, применяемых средневековой и даже в ряде случаев современной наукой. Логика тотемистической классификации основана на идее сходства. Поэтому вся система тотемистических верований, согласно Кл.Леви-Стросу, — это система кодов, устанавливающая логическую эквивалентность между естественными видами и социальными группами.

Представители советской этнографической школы в своих попытках объяснить феномен тотемизма придерживались, что было неизбежным, марксистского подхода к религии и выступали последователями эволюционистских взглядов. С.П.Толстов рассматривал тотемизм как форму сознания связи членов одного коллектива и его противоположности другим коллективам. По его мнению, в основе тотемизма лежит чувство связи с некоторыми видами животных или растений, единства человеческой группы с занимаемой ею территорией находящимися на этой территории производительными силами. Ученый полагал , что тотемизм явление более древнее, чем родовая организация. А.Золотарев утверждал, что тотемизм — это первая форма религиозного отражения кровного родства. А.Анисимов видел центральную идею тотемизма исторически развитое идеологическое отражение некоторых особенностей кровнородственной структуры социальных групп. С.АТокарев, полагая, что самое главное и труднообъяснимое в тотемизме — это вера в родство, некую мистическую связь между первобытным кланом и его тотемом, утверждал, что в основе тотемизма как древнейшей формы религии лежит перенесение кровнородственных отношний на внешний мир, отражение древнеродовой структуры общества с превалирующим типом кровнородственых социальных связей.

Не раз указывалось, что в системе тотемистических представлений животное играет далеко не видную роль — это может быть растение, предмет и т.д. Некоторые исследователи (Ф.Гребнер, В.Шмидт и др) пытались объяснить, почему то или иное животное (растение и пр.) становится тотемом данной группы экономическими причинами — тотемом, по их мнению становилось животное или растение, бывшее предметом экспорта данного коллектива. Ю.И.Семенов считает, что существенную роль в формировании тотемизма сыграла специализация отдельных охотничьих групп на промысле определенного животного, которое впоследствии становилось тотемом данной группы.

Смысл ритуального умерщвления и поедания тотема, который обычно табуирован, заключается, по мнению ряда исследователей, в том, чтобы сильнее закрепить связь клана со своим тотемом (иногда этот обряд называют «богоядением» как прообраз более поздних ритуальных трапез).

Обращаясь к вопросу о тотемических предках, исследователи иногда считали их реальными людьми, обожествленными после их смерти, хотя еще Л.Леви-Брюль отмечал, что не следует смешивать мифологических (тотемических) и реальных предков первобытного коллектива. Но чаще исследователи признают, что это не реальные родоначальники той или иной группы, они нередко наделены фантастическими чертами и свойствами, представления о них достаточно расплывчаты. Вслед за Б.Малиновским, объяснившим связь между мифом и ритуалом и указавшим, что мифология есть своего рода оправдание ритуальной практики, многие исследователи считают таких предков мифологической персонификацией чувства единства данной группы. Тотемических предков рассматривают как религиозно-мифологическую санкцию обычаев данного первобытного коллектива: учредителей тотемических обрядов и запретов. Некоторые ученые (М.Фортес) вообще связывают возникновение т. с культом предков, полагая, что отношения между людьми и тотемными животными представляют собой символ отношений между людьми и предками в плане мистической причинности.

Некоторые ученые считают многочисленные мифологические сюжеты о сексуальных сношениях людей (особенно женщин) с животными первоначально связанными с тотемистическими представлениями о реинкарнации тотемических предков.

Высказывалось также предположение, согласно которому тотемические предки могли выступить в роли древнейших «культурных героев». Некоторые ученые (Л.Леви-Брюль, Д.Е.Хайтун) истолковывают антропозооморфные изображения, а также изображения людей в звериных масках эпохи палеолита как образы тотемических предков.

Некоторые исследователи считают разного рода табуаирование, зоолатрию (поклонение животным), поклонение зооантропоморфным божествам (имеющим черты человека и животного), веру в оборотней, представления о метемпсихозе (переселении душ) и т.п. пережитками тотемизма. По-видимому, такой взгляд правомерен, если удается установить связь между подобными представлениями и коллективом (особеннно если последний носит имя данного животного). Ряд ученых рассматривает почитание определенного животного каким-либо племенем или даже целым народом как проявление поздней стадии развития т. — племенного тотемизма; другие отрицают это явление. Отголоски тотемистических верований прослеживают в мифологических еистемах самых различных народов (ообенно в древнем Египте и Индии).

Литература: Фрейд З. Тотем и табу. Пг., б.г.; Золотарев А. Пережитки тотемизма у народов Сибири. Л., 1934; Хайтун Д.Е. Тотемизм, его сущность и происхождение. Душаббе, 1958; Семенов Ю.И. Возникновение человеческого общества. Красноярск, 1962; Токарев С.А. Тотемизм // Токарев С.А. Ранние формы религии. М., 1990; Fraser J.G. Totemism and Exogamy. V.1,2. L., 1910; Van Gennep A. L’etat actuel du probleme totemique. 1920; Thurnwald R. Die Psychologie des Totomismus // Anthropos. 1917-1918 Bd.XII-XIII; Goldenveiser A. The method of investigating totemism // Anthropos. 1915-1916. Bd.X-XII; Lowie R. Primitive Society. N.Y., 1925; Durkheim E. Les formnes elementaires de la vie religieuse: lt systeme totemique en Australie. P., 1912; Levi-Bruhl L. Mythologie primitive, P., 1935; Malinowski B. Myth in Primitive Psychology. L., 1926; Makarius R., Makarius L. L’origine de l’exogamie et du totemism. {., 1961; Levi-Strauss Cl. Le totemism aujourd’hui. P., 1962.

Кеты: мифы и реальность. Ритуалы, обряды, легенды

Сокровищница кетской мифологии богата удивительными и красивыми легендами, объясняющими сотворение мира и происхождение многих природных явлений. Когда-то кеты жили в верховьях Енисея, на плодородных землях, не зная ни нужды, ни печали. Но однажды на них с юга напало племя людоедов. Кеты построили лодки и поплыли в них по Енисею, вручив свою судьбу духу реки и молясь о спасении. Людоеды не умели плавать, поэтому они хватали горы и бросали их в реку – так появились речные пороги. Но Енисей разбивал горы своим мощным потоком и нес лодки дальше. В районе Туруханского края людоеды устроили самую мощную засаду, бросив в реку несколько огромных гор, и Енисей никак не мог пробиться через них. Тогда он разлился озером, поднял свои воды и начал вливаться в долину Оби. Мощный шаман Альба, наблюдая за происходящим, пожалел людей и огромным ножом рассек скалы. Так Енисей прорвался в Туруханскую долину, где и поселились племена кетов.

Медвежий ритуал (Медвежий праздник)
В мифологии кетов медведь выступает как Божество, дух-хранитель, тотемное животное, хозяин нижнего мира и звериный двойник человека. Он считался помощником шамана, воплощением его души и даже оборотнем. Культ медведя пронизывает всю концепцию мира, которой придерживаются кеты. Ритуал, демонстрирующий тождество медведя и человека, называется «Медвежий праздник» или «Медвежья охота». После убийства медведя с него снимается шкура – это первый этап приобщения животного к человеческому естеству. Затем начинается вкушение медвежьего мяса – так медведь сливается с человеком, и различия между ними стираются окончательно. Этот обряд в кетских племенах сохранился до сих пор. Перед охотой или после удачного ее завершения, а также во время обрядов врачевания кеты совершают ритуальный танец – в медвежьих масках и шкурах, в сопровождении медвежьих песен.
У кетов медведь считается покровителем целительства, причем, от его благосклонности зависит не только здоровье людей, но и домашних животных. Поэтому перед тем, как шаман собирался лечить больного, он с помощью специальных заклинаний призывал дух медведя. Особо могущественные шаманы сами могут перевоплощаться в этих животных, а во время магических ритуалов превращают в медведей и других людей.

Еще о кетской мифологии:

Хоседэм – богиня зла, которая живет в одном из ущелий в скале на берегу Енисея и насылает на людей порчу, болезни и неприятности. Томэм – светлая Богиня, которая противостоит Хоседем и живет на небе, под солнцем. Когда-то она была женой Еся, но потом изменила ему с месяцем, и он изгнал ее из своих владений.
Одним из активных участников кетских мифов является Альба – первый человек на земле, который принимал участие в сотворении мира. Альба контролирует жизнь людей и помогает им в случае опасности. Однажды он решил избавить мир от Хоседэм и погнал ее на север вдоль Енисея, но она превратилась в стерлядь и скрылась в темных водах реки. Альба прыгнул за ней, но она вдруг взмыла в небо, обернувшись птицей. Он помчался за ней по небу в огромных санях, оставляя след в виде Млечного пути. В результате ему удалось если не избавиться от Хоседэм, то хотя бы загнать ее на север, где она и живет до сих пор.

Жаль, что кетов осталось очень мало — благодаря европеизации территории России происходит вымирание старых кетских традиций и культов. Многих косит голод и алкоголизм. И прогнозы ученых неутешительны – со временем эта нация исчезнет с лица земли. И вместе с ней канет в небытие богатая культура, которая развивалась на протяжении многих веков. Воспоминания о кетских обрядах и ритуалах останется лишь в истории. Может быть, кеты просто уходят обратно на звезды, откуда пришли? Наверно, они выполнили свою миссию на нашей планете, и Альба приказал им вернуться назад. Жаль, если они нас покинут…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *