Святой силуан афонский житие и творения

Святой Силуан Афонский — Житие и творения

Святой Силуан Афонский — Житие и творения
Исполнитель: Радиопередача
Тип: аудиокнига
Аудио кодек: MP3
Битрейт аудио: 24kBit/s
Описание: Семен Иванович Антонов — будущий Старец Силуан, родился в Тамбовской губернии в селе Шовском в крестьянской семье в 1866 г.
В самом начале молитвенного подвига он пережил такого рода искушения, о которых можно прочесть в древних патериках и наблюдать их массовый характер в наши дни: искушение подмены, прельщение чудесными явлениями, дающими ложную духовность. Однажды ночью келия брата Симеона наполнилась страшным светом, пронизавшим даже тело его, так что он увидел свои внутренности. Помысел нашептывал ему: «Прими — это благодать», душа смутилась, и дух покаяния отступил от нее. Потом старец сокрушенно скажет, что «всю жизнь надо плакати о грехах своих — таков путь Господень», — и это есть подлинная православная духовность, в отличие от всех других «возводящих на небо» учений, питающих гордость человеческую.
Об истинности этого пути свидетельствует и особая злоба, с которой обрушивались на подвижника силы ада, после того как он не принял смущающий его помысел и не прельстился чудом. Мучительность демонических нападений возрастала и повергла в страшное состояние богооставленности, томления и тоски. В тот же день, когда ему довелось пережить страшные муки, в церкви св. пророка Илии во время вечерни он увидел живого Христа, и это предопределило дальнейшую жизнь преподобного. Старец постоянно вспоминал явление Господа и писал о том чувстве, которое поселилось в его душе: «Господь нас так много любит, что мы сами не можем так любить..» «И если бы люди Духом Святым познали, каков наш Господь, то все бы изменилось: богатые презрели бы свои богатства, ученые — свои науки, а правители — свою славу и власть, и все бы смирились, и жили бы в земном мире и любви, и на земле была бы великая радость».
Содержание:
Вступление. Детство и молодые годы. Время военной службы.
Приезд на Святую Гору. Монашеские подвиги.
Монашеские подвиги — продолжение. Внешность и беседы старца.
Беседы старца.
О познании воли Божией.
О послушании. О Священном Предании и Писании. Об имени Божием. Мысли старца: о растениях и животных.
О красоте мира. О храмовом богослужении. Об уподоблении человека Христу. Об искании Бога. Об отношении к ближнему. О единстве духовного мира и о величии святых.
О личном отношении человека к личному Богу. О любви к врагам.
Различение добра и зла. Путь Церкви. О различии христианской любви и о человеческой справедливости. Беседа с о.Спиридоном о непрерывности молитвы старца.
Об умном безмолвии и чистой молитве. О трех образах молитвы. О развитии помысла.
О развитии помысла. Антропологическая основа умного безмолвия. Опыт вечности.
Начало духовной жизни — борьба со страстями.
О видах воображения и о борьбе с ним.
О видах воображения и о борьбе с ним — продолжение. О прозорливости и видах ее.
О несозданном Божественном свете и образах созерцания его. О богоподобном бесстрастии. Органический путь к бесстрастию.
О мраке совлечения. О благодати и о рождаемом ею догматическом сознании
О духовных испытаниях.

Память преподобнаго Николая монаха

Январь 5th 2011 —

Память 24 декабря/ 6 января

Преподобный отец нашъ Николай былъ первоначально воеводою при царѣ греческомъ Никифорѣ1 иимѣлъ подъ своимъ начальствомъ много воинскихъ полковъ.

Однажды, когда царьНикифоръ воевалъ с болгарами, Николай также выступилъ въ воходъ со своими воинам:къ вечеру онъ вошелъ в гостиницу, поужиналъ вмѣстѣ съ гостинникомъ и, помолившись, легъ спать. Но вотъ во вторую и третью стражу ночную2 дочь гостинника, возбужденная сатанинскимъ пожеланіем’ь на грѣхъ, тихо подошла къ постели воеводы, разбудила его и стала увлекать на любодѣяніе грешными рѣчами.

— Отступись отъ твоего сатанинскаго неистоваго вожделѣнія, дѣвица, — сказалъ ей воевода, — и не желай осквернить свое дѣвство, меня же окаяннаго низвергнуть въ глубину ада!

Немного устыдившись, она отошла, но, спустя недолго, опять приступила къ нему, склоняя на грѣхь цѣломудреннаго мужа. Воевода ее снова отослалъ, но она въ третій разъ пришла къ нему, распаляемая отъ бѣса блудною похотью. Тогда блаженный воевода сказалъ ей:

— О, окаянная, исполненная всякаго безстыдства и неистовства, раба своихъ страстей! Не видишь ли, что бѣси возмущаюгь тебя, желая растлить твое дѣвство и сдѣлать тебя посмѣшищемь и позоромъ для всего рода твоего и для всѣхь людей, душу же твою ввергнуть въ вѣчную муку? Не видишь ли также, что я недостойный иду на кровопролитную войну съ чужимъ народоиъ? Какъ же я оскверню свое тѣло, идя на брань! Нѣть, Богъ мнѣ поможетъ, и я не осквернюсь!

Это и еще многое другое сказалъ онъ безстыдной дѣвицѣ и со стыдомъ отослалъ ее отъ себя. Когда наступилъ день, воевода всталъ и, помолившись, отправился въ дальнѣйшій путь. На слѣ­дующую ночь онъ во снѣ увидѣль себя стоящимъ въ какомъ-то воздушномъ мѣстѣ. Близъ него сидѣль нѣкто Сильный, у Котораго правая нога была положена на лѣвую.

— Видишь ли этихъ воиновъ съ обѣихь сторонъ?—спросилъ Онъ Николая.

— Да, Господинъ мой,— отвѣтиль тоть,—вижу, что греки по­бивають болгаръ.

Тогда Мужъ, явившійся праведному воєводѣ, сказалъ ему:

— Взгляни на насъ.

Взглянувъ на Того Сильнаго, воевода увидѣль, что Онъ переложилъ лівую ногу на правую. Послѣ этого праведный Николай обернулся къ воинамъ и увидѣль, что болгары окрѣпли и безпо­щадно побивають греческіе полки.

Когда же битва прекратилась, то Сильный сказалъ праведному воєводѣ:

— Разсмотри тщательно тѣла убитыхъ и скажи, что увидишь.

Осмотрівшись, воевода увидѣль, что все поле покрыто мер­твыми тѣлами, посреди же нихъ одно мѣсто, поросшее травой и пустое, такой величины, что на немъ можно лечь только одному человѣку.

— Господинъ мой,—сказалъ онъ,—все поле покрыто трупами безпощадно убитыхъ грековъ, кромѣ одного только мѣста, на которомъ можно лечь одному человѣку.

— Что же ты думаешь объ этомъ?—спросилъ тогда его Силь­ный.

Воевода же отвѣтиль Ему:

— Я невѣжда, Господинъ мой, и человѣкь некнижный, и не понимаю этого.

Тогда тотъ страшный Мужъ сказалъ ему:

— Это пустое и поросшее травой місто, равное ложу одного человѣка, было приготовлено для тебя. Ты долженъ былъ возлечь на немъ, убитый вмѣстѣ съ друзьями твоими, и запол­нить его пустоту. Но такъ какъ ты въ прошедшую ночь мужественно отогналъ ота себя злокозненнаго змія, трижды боровшагося съ тобою, скло­няя тебя на грѣхъ и желая умертвить, то вотъ ты самъ освободилъ себя отъ смерти: ото поросшее травою мѣсто оставилъ пустымъ, душу же свою спасъ вмѣстѣ съ тѣломь. Остальное время жизни твоей ты, спасшись отъ смерти, поработаешь Мнѣ.

Видя и слыша все это, праведный Николай припюлъ въ трепетъ, воспрянулъ отъ сна, объятый страхомъ и ужасомъ, и, вставши, помолился Богу за своихъ воиновъ. Когда же настало сраженіе и съ обѣихъ сторонъ сража­лись съ великою яростью, то сначала греки осиливали и одолѣвали болгаръ, но затѣмь болгары внезапно воспрянули и начали одолѣвать грековъ. Какъ разъяренные звѣри, они храбро бросились на греческіе полки и погнали грековъ, безпощадно изби­вая ихъ. Скоро вся сила греческая пала отъ мечей болгаръ, и самому царю Никифору съ трудомъ удалось бѣжать съ малою дружиною.

Тогда предводитель греческихъ полковъ, блаженный Николай, увидѣвь исполненіе своего сна, вознесъ благодареніе Богу за спасеніе отъ смерти и, оставивъ свой санъ, удалился въ мона­стырь, неутѣшно плача и рыдая о погибшихъ воинахъ. Принявъ святую схиму и усердно послуживъ Богу въ течете долгихъ лѣть, онъ сделался однимъ изъ прозорливыхъ и великихъ Отцовъ. Съ ними онъ сподобился и части на Небесахъ со Христомъ Іисусомъ Господомъ нашимъ, Которому слава во віки. Аминь.

1. Византійскій императоръ Никифоръ I царстоововалъ съ 802 по 811 г.

2. Въ древности для охраненія жилищъ и городовъ отъ иападеній враговъ и другихъ угрожающихъ опасностей разделяли на нисколько смѣнъ сторожей, чтобы правильной смѣной стражи предотвратить ея утомленіе. Посему и время считалось по стражамъ— первая стража, вторая стража и т. д.

Жития святых

Память 21 апреля

В то время, когда александрийский патриарший престол занимал святейший патриарх Иоанн Милостивый, в Александрию пришел один инок, по имени Виталий, из монастыря преподобного Сирида. Сей инок, будучи шестидесяти лет от роду, избрал себе такой род жизни, который для людей, видящих только внешнее в человеке, казался нечистым и греховным, для Бога же, взирающего на внутреннее и испытующего сердца человеческие (Пс.7:10), был угоден и благоприятен: ибо тот старец, желая тайно обращать к покаянию грешников и людей нечестивых, сам во мнении людей являлся грешником и нечестивцем. Он составил себе список всех блудниц, живших в Александрии и о каждой из них особо усердно молился Богу, дабы Он отклонил их от их грешной жизни. Старец нанимался на работу в город от утра до вечера и брал за свой труд двенадцать медных монет. За одну монету он покупал себе боб и по закате солнца съедал его, ибо, работая весь день, он постился; затем, придя в блудилище, остальные деньги он отдавал какой-либо блуднице и говорил ей:

– Умоляю тебя, за эти деньги всю эту ночь соблюсти себя в чистоте, не делая ни с кем греха.

И так сказав, затворялся с ней в ее комнате. Она спала на своей постели, а старец, став в углу, всю ночь пребывал без сна, тихо читая псалмы Давида и до утра молясь за нее Богу. Наутро, уходя от нее, он с клятвою просил ее никому не рассказывать о его поступке.

Так поступал он долгое время, во все дни трудясь в посте, а ночью входя к блудницам и пребывая без сна в молитвах. Каждую же ночь он входил к иной, пока, обойдя всех, снова не начинал с первой.

Господь Бог, видя такой подвиг Своего раба, споспешествовал ему, ибо некоторые из блудниц, пристыженные таковыми добродетелями Виталия, сами вставали на молитву, и вместе с ним, преклонив колена, молились. Святой убеждал таких покаяться, угрожая им Страшным Судом Божиим и вечными геенскими мучениями по смерти и обнадеживая их милосердием Божиим и надеждою на получение вечных благ на небе. Тогда те, приходя в страх Божий, смирялись и обещались исправить свою жизнь. И многие из них оставляли свою прежнюю греховную жизнь и выходили замуж за законных мужей. А иные, желая жить в совершенной чистоте, поступали в женские монастыри и там в посте и слезах проводили свою жизнь. Другие в мире проживали без мужа в чистоте, питаясь трудами своих рук. И ни одна из блудниц никому не рассказала про целомудренное житие святого Виталия, потому что лишь только какая-нибудь из них начинала говорить людям, что Виталий приходит к ним не для греха, но ради их спасения, то Виталий, услыхав о том, сильно печалился, что открывается его непорочная жизнь, и молился Богу, чтобы Он наказал ту женщину, дабы и все прочие пришли бы в страх и не рассказывали бы о его подвигах людям. Тотчас, по Божественному попущению, та женщина приходила в бешенство, видя каковое прочие женщины приходили в страх и не дерзали что-либо открыть людям о святости жизни Виталия. Народ же говорил пришедшей в бешенство женщине:

– Видишь, как воздает тебе Бог за то, что ты сначала говорила, что этот монах входит к вам не для блуда; – вот ясно открывается, что он блудник.

И все соблазнялись о нем и каждый день укоряли его, говоря:

– Ступай, окаянный, – тебя, ожидают блудницы, – и плевали на него.

Святой же, претерпевая всё с кротостью, радовался, слыша брань и обличение от людей, духом утешаясь, что люди считают его великим грешником. Иногда же обличавшим его он говорил:

– Разве я не имею тела, как и все люди? Разве Бог монахов создал бесплотными? Поистине и монахи такие же люди.

Некоторые советовали ему:

– Отец, – говорили они, – возьми себе одну из блудниц в жены и сними монашескую рясу, чтобы не хулилось чрез тебя монашество.

Он же, как бы сердясь, отвечал им:

– Не желаю вас слушать; что хорошего мне взять себе жену и заботиться о ней, о детях, о доме и все дни проводить в заботах и в трудах? Зачем вы осуждаете меня? Ведь не вам придется отвечать за меня пред Богом. Заботьтесь каждый о себе, а меня оставьте. Есть один Судия всех, Бог, Который и воздаст каждому по делам его.

Так преподобный Виталий утаивал свою добродетель от людей.

Некоторые из клириков оклеветали его пред святейшим патриархом александрийским Иоанном Милостивым, говоря, что один старец соблазняет весь город, каждую ночь входя в дома блудниц. Но святейший патриарх не поверил клеветникам, так как он уже раньше был введен клеветниками в заблуждение, когда одного целомудренного и святого инока, бывшего притом евнухом2713, крестившего еврейку, невинного, предал побоям, поверив оклеветавшим его. Помня тот случай, патриарх не послушал доносивших на Виталия и сказал им:

– Перестаньте осуждать, а особенно не осуждайте иноков. Разве вы не знаете, что произошло на первом Вселенском Соборе2714, когда блаженной памяти императору Константину Великому некоторые из епископов и клириков отдали написанные друг на друга доносы о грехах. Император, повелев принести зажженную свечу, сжег их писание, даже не прочитав их, и при этом сказал: – если бы я своими собственными глазами увидал епископа или инока, совершающих грех, то покрыл бы такового своею одеждою, дабы никто не увидал его согрешающим.

Так святейший патриарх пристыдил доносчиков. Раб же Божий Виталий не переставал заботиться о спасении грешных душ, и никто не знал о таковой его добродетельной жизни до самой его кончины.

Однажды, когда преподобный Виталий на рассвете выходил из дома блудниц, его встретил один юноша блудник, который шел к блудницам, чтобы согрешить с ними. Увидав Виталия, юноша сильно ударил его по щеке и сказал:

– Окаянный и нечестивый, доколе ты не покаешься и не отстанешь от своей нечистой жизни, чтобы еще более не было поругано тобою имя Христово?

Святой ответил ему:

– Поверь мне, человек, что за меня смиренного получишь и ты удар по щеке такой, что сбежится вся Александрия на твой крик.

Спустя немного времени преподобный Виталий заключился в своей малой и тесной келлии, которую он построил около ворот, называемых «Солнечными», и там с миром отошел ко Господу. Никто в городе не знал об этом. В то время явился пред упомянутым юношей блудником, ударившим в щеку преподобного старца, бес, в виде страшного эфиопа, сильно ударил его по щеке и сказал:

– Прими удар, который прислал тебе монах Виталий.

Тотчас юноша пришел в беснование и, упав на землю, валялся по ней в исступлении, так что изо рта его шла пена; при этом он рвал на себе одежду и кричал столь громко, что жители всей Александрии сбежались на его ужасный крик. Он же долгое время мучился от беса. По прошествии же нескольких часов, немного придя в себя, юноша поспешил к келлии Виталия, взывая:

– Помилуй меня, раб Божий, что я согрешил против тебя, сильно оскорбив тебя ударом по щеке. Теперь я, по твоему предсказанию, получил достойное возмездие.

Так крича, он быстро бежал, сопровождаемый народом. Когда же он приблизился к келлии старца, то бес, бросив юношу на землю, скрылся.

Юноша, совершенно придя в себя, начал рассказывать народу, как он ударил по щеке старца и как старец предсказал ему, что он получит возмездие за это. Затем постучали в дверь келлии старца, но не получили никакого ответа. Когда же сломали дверь, то увидали его стоящим среди келлии на коленях, как бы молящимся; святая же душа старца отошла ко Господу. В руке своей он держал хартию, на которой было написано:

– Мужи александрийские! не осуждайте прежде времени, пока не придет Господь, Праведный Судия.

В это время пришла туда одна бесноватая женщина, которая ранее хотела рассказать людям о святой жизни Виталия, как о том было упомянуто выше. Она пришла, извещенная о кончине преподобного Ангелом, явившимся ей, и, прикоснувшись к честным останкам святого, тотчас получила исцеление от беснования. Точно также начали получать исцеление многие слепые и хромые, при прикосновении к телу преподобного.

Услыхав о преставлении преподобного, все те женщины, которых он своими увещаниями обратил к раскаянию в своих грехах, с зажженными свечами и лампадами стеклись к его гробу, плача и скорбя по своем отце и учителе. При этом они вслух всего народа рассказывали о добродетели старца, который не прикоснулся ни к одной из них даже своей рукой, и приходил к ним не для греха, а чтобы спасти их. Народ, услыхав их рассказ, разгневался на них и говорил:

– Зачем же вы скрывали от нас святость жизни сего честного старца, ибо мы, находясь в неведении, много грешили против него, осуждая и укоряя его?

Женщины отвечали на укоры народа так:

– Мы боялись, потому что сей старец с великими клятвами запрещал нам кому-либо рассказывать об его жизни, и лишь только одна из наших подруг начала рассказывать его тайну людям, то пришла в бешенство. Посему каждая из нас, боясь такого наказания, молчала.

И весь народ дивился такому рабу Божию, так смиренно утаившему святость своей жизни от людей. В то время как все люди думали, что он великий грешник, он был другом Божиим и чистым сосудом Святого Духа. Люди укоряли друг друга, стыдясь своего неразумия, что они осуждали такого угодника Божия и причиняли обиды и оскорбления неповинному и чистому сердцем человеку.

Когда обо всем происшедшем дошла подробная весть до святейшего патриарха Иоанна Милостивого, он со всем своим клиром пришел к келлии старца и, увидав вышеупомянутое письмо, в котором старец увещевал не осуждать его, а также увидав совершающиеся чудеса, сказал тем клирикам, которые доносили ему на преподобного:

– Видите, если бы я поверил вашим словам и оскорбил бы невинного святого старца, то и я получил бы удары по лицу, подобно тому как получил их оклеветавший святого юноша. Но я, смиренный, благодарю Бога за то, что я не послушал ваших доносов и тем избегнул греха и отмщения.

Все же клеветавшие и осуждавшие преподобного были сильно пристыжены.

После сего святейший патриарх, взяв честные останки преподобного Виталия, пронес их чрез весь город и в присутствии всех покаявшихся во грехах женщин, плачущих и рыдающих, с честью предал их погребению, прославляя Бога, имеющего многих неведомых людям верных рабов Своих.

Тот же человек, который получил удары от беса, отрекся от мира и сделался монахом. И многие из жителей Александрии, наученные добродетельною жизнью Виталия, положили для себя правилом – никого никогда не осуждать. Будем подражать им в этом и мы, споспешествуемые молитвами преподобного отца нашего Виталия и благодатью Господа нашего Иисуса Христа, Которому воссылается слава во веки. Аминь.

Силуан Афонский: Боговидец двадцатого века

Преподобный Силуан ушел на Святую гору незадолго до коронации Николая II. Монахом был мобилизован на русско-японскую войну, потом вернулся на Афон и умер уже при сталинском режиме. Революция, Гражданская война, возникновение СССР… А в это время необразованный русский крестьянин стал одним из великих христианских подвижников.
«Я в меру отца моего не пришел»
В миру его звали Семен Иванович Антонов. Он родился в 1866 году обычной крестьянской семье, не получил почти никакого образования (только две зимы ему удалось поучиться в школе) и в буудущем должен был жениться и стать деревенским хозяином, как и его отец.
Для этого у Семена были все задатки: он с детства помогал отцу в поле и обладал большой физической силой. Ударом кулака мог разбить толстую доску, а удерживал лошадь, копыта которой вмерзли в лед, пока хозяин освобождал животное из «плена».
Семен действительно стал таким, как его отец, но только в другом плане. По воспоминаниям, Иван Антонов отличался чутким сердцем, с большой любовью относился к окружающим и обладал жизненной мудростью: никогда не ругал сына, а старался деликатно указать ему на промахи.
Однажды Семен по невнимательности приготовил в постный день — пятницу — на обед свинину и отнес ее отцу в поле. Отец съел обед и только через полгода объяснил Семену, что тот ошибся. «- Что же ты мне не сказал тогда?, — спросил Семен. — Я, сынок, не хотел тебя смутить».
Семен часто вспоминал подобные эпизоды, связанные с отцом: «Я в меру отца моего не пришел. Он был совсем неграмотный, и даже «Отче наш» читал с ошибкой, говорил «днесть» вместо «днесь» (заучил в церкви по слуху), но был кроткий и мудрый человек».
Телом в трактире, умом на Афоне
В село Шовское под Тамбовом, где жила семья Семена, приходили богомольцы и рассказывали о подвижниках, святынях и далеких монастырях. Отец Семена был верующим человеком, но когда сын стал просить отпустить его в Киево-Печерскую Лавру, сказал, что сначала надо пройти военную службу. Семен стал солдатом.
Солдатская жизнь, особенно если ты не на фронте, далека от благочестия. Однако во время службы Семен «увлекся» Афоном. Сначала он, как и многие его соотечественники, стал откладывать деньги и делать переводы на Афон, чтобы хотя бы таким образом участвовать в монастырской жизни.
В один из вечеров он вместе с друзьями отмечал праздник в трактире. Играла музыка, все пили водку и шумно говорили, а Семен молчал.
— Семен, ты все молчишь, о чем ты думаешь? — спросил один из друзей.
— Я думаю: сидим мы сейчас в трактире, едим, пьем водку, слушаем музыку и веселимся, а на Афоне теперь творят бдение и всю ночь будут молиться; так вот — кто же из нас на Страшном Суде даст лучший ответ, они или мы?
Тогда другой сказал:
— Какой человек Семен! Мы слушаем музыку и веселимся, а он умом на Афоне и на Страшном Суде.
Когда кончился срок службы, он вместе с ротным писарем поехал к Иоанну Кронштадтскому, чтобы попросить его молитв и благословения. Священника встретить не удалось, и Семен оставил ему коротенькую записку: «Батюшка, хочу пойти в монахи; помолитесь, чтобы мир меня не задержал».
Он решил уехать на Афон. Немного погостил в родной деревне, собрался и вскоре отплыл на Святую гору.
Душа не может не узнать Бога
Семен был необычным послушником и монахом. Обычно те, кто приезжал на Афон, жили некоторое время в разных монастырях и скитах и потом выбирали один из них. Семен сразу приехал в русский монастырь Святого Пантелеимона (Руссик, как его называли на Афоне), и остался там навсегда.
Говорят, на Афон надо ехать не меньше чем на неделю, потому что в первые дни человеку приходится перестраиваться с одного жизненного ритма на другой. Семен собирался остаться на Горе на всю жизнь. По обычаю, сначала состоялась долгая беседа с духовником, во время которой он исповедался в грехах, которые совершил «до афонской» жизни.
Знал я одного мальчика. Вид его был ангельский; смиренный, совестливый, кроткий; личико белое с румянцем; глазки светлые, голубые, и добрые и спокойные. Но когда он подрос, то стал жить нечисто и потерял благодать Божию; и когда ему было лет тридцать, то стал он похож и на человека и на беса, и на зверя и на разбойника, и весь вид его был скаредный и страшный.
Знал я также одну девицу очень большой красоты, с лицом светлым и приятным, так что многие завидовали ее красоте. Но грехами потеряла она благодать, и стало скверно смотреть на нее.
Но видел я и другое. Видел я людей, которые пришли в монахи с лицами, искаженными от грехов и страстей, но от покаяния и благочестивой жизни они изменились и стали очень благообразными.
Вскоре после начала послушничества на Афоне его стала мучить мысль: «Ты молишься, и, может быть, спасешься, но если в раю ты не найдешь ни отца, ни матери, ни тех, кого ты любишь, то и там не будет тебе никакой радости». По своей молодости и неопытности он не понимал, что же, собственно, с ним происходит. Спустя некоторое время ему стали регулярно являться бесы, причем мучительность их нападений возрастала. Душевные силы молодого послушника начали падать.
Через несколько месяцев монах дошел до последнего отчаяния и подумал, что Бога умолить невозможно. С этой мыслью он почувствовал свою полную брошенность и в таком состоянии пробыл около часа. В тот же день, во время вечерни, в церкви Святого пророка Илии, направо от царских врат, где находится местная икона Спасителя, он увидел живого Христа. Вот как описывает этот эпизод ученик преподобного архимандрит Софроний (Сахаров):
«Господь непостижимо явился молодому послушнику», — и все существо, и самое тело его исполнилось огнем благодати Святого Духа, тем огнем, который Господь низвел на землю Своим пришествием (Лк. 12:49). От видения Симеон пришел в изнеможение, и Господь скрылся.
Невозможно описать то состояние, в котором находился он в тот час. Его осиял великий Божественный свет, он был изъят как бы из мира и духом возведен на небо, где слышал неизреченные глаголы, в тот момент он получил как бы новое рождение свыше (Ин. 1:13, 3:3). Кроткий взор всепрощающего, безмерно любящего, радостного Христа привлек к себе всего человека и затем, скрывшись, сладостью любви Божией восхитил дух его в созерцание Божества уже вне образов мира. Впоследствии в своих писаниях он без конца повторяет, что Господа познал он Духом Святым, что Бога узрел он в Духе Святом. Он утверждал также, что когда Сам Господь является душе, то она не может не узнать в Нем своего Творца и Бога».
Ему разрешили остаться на Афоне и в постриге дали новое имя — Силуан. В очень молодом возрасте святой получил дар непрестанной молитвы, и усердно молился всю свою жизнь. Он приучился почти не спать ночью, погружаясь в дремоту урывками на 15-20 минут, остальные часы читая молитвы.
Труды и дни афонского старца
В монастыре Силуана назначали на самые разные работы. Одно время он был экономом и должен был следить за работниками и раздавать им поручения. Заведование хозяйством — хлопотное дело, но Силуан и его обратил на благо души: он постоянно молился за своих подчиненных, и в итоге его работники справлялись с заданиями лучше остальных.
Святой приехал на Афон в 1892 г., а в 1904 г. началась русско-японская война. Она отнимала у Российской империи много сил, фронт требовал пополнения, и Силуан вместе с некоторыми другими монахами был мобилизован, но на фронт не попал.
Ему удалось съездить в родную деревню, но и там он устроил себе в поле шалаш, чтобы иметь возможность молиться в уединении.
Духовник рассказал что-то прочитанное им в газете и, обратившись к Старцу Силуану, спросил:
— А Вы, отец Силуан, что скажете по этому поводу?
— Я, батюшка, не люблю газет и газетных новостей,- ответил он.
— Почему так?
— Потому что чтение газет омрачает ум и мешает чисто молиться.
— Странно,- говорит духовник.- По моему, наоборот, газеты помогают молиться. Живем мы здесь в пустыне, ничего не видим, и так душа постепенно забывает о мире, замыкается в себе, и молитва от этого слабеет… Я когда читаю газеты, то вижу, как живет мир и как страдают люди, и от этого у меня появляется желание молиться. Тогда служу ли я Литургию, молюсь ли у себя в келлии, я от души прошу Бога за людей и за мир.
— Душа, когда молится за мир, без газет лучше знает, как скорбит вся земля, знает она и какие нужды есть у людей, и жалеет их.
Силуан стал духовником многих афонских монахов и учителем для тех, кто встречался с ним даже эпизодически.
Однажды к старцу Силуану пришел архимандрит, который миссионерствовал среди инославных христиан (католиков, протестантов).
— Я им говорю: ваша вера — блуд, у вас все извращено, все неверно, и нет вам спасения, если не покаетесь.
Старец выслушал это и стал спрашивать о том. Веруют ли инославные христиане в Бога, чтут ли Божию Матерьи святых и совершают ли богослужения. Когда архимандрит на все вопросы ответил «да», Силуан сказал:
Душа их знает, что они хорошо делают, что веруют во Иисуса Христа, что чтут Божию Матерь и Святых, что призывают их в молитвах, так что когда вы говорите им, что их вера — блуд, то они вас не послушают… Но вот если вы будете говорить народу, что хорошо они делают, что веруют в Бога… и прочее, но в том-то у них есть ошибка, и что ее надо исправить, и тогда все будет хорошо; и Господь будет радоваться о них; и так все мы спасемся милостию Божиею…
Старец Силуан умер 24 сентября 1938 г. Он тяжело болел, однако перед смертью, полностью владея собой, заверил пришедших навестить его монахов, что чувствует себя очень хорошо. Я лежу телом на земле, но рвется дух мой видеть Господа во славе. Хотя и много я грешен, но Господь дал мне познать Его Духом Святым, и душа моя знает Его, знает, как безмерно Он милостив и какой Он радостный.
Душа до благодати Божией боится смерти. Боится душа и Самого Бога, потому что не знает, насколько Он смирен, и кроток, и милостив. И никто не может понять любовь Христову, если не вкусит благодати Святого Духа».

СИЛУАН АФОНСКИЙ

Прп. Силуан (Афонский)

Силуан Афонский (1866 — 1938), схимонах, преподобный

Память 11 сентября, в Соборах Афонских преподобных, преподобных русских Святогорцев, а также в Соборах Воронежских, Липецких и Тамбовских святых

В миру Семен Иванович Антонов, родился в 1866 году в селе Шовском Шовской волости Лебедянского уезда Тамбовской губернии в крестьянской семье. Большая и дружная семья жила бедно, однако отец, подобно многим русским крестьянам, любил оказывать гостеприимство странникам и беседовал с ними о Боге и христианской жизни. С детства Симеон трудился вместе со старшими, в меру сил помогая отцу в поле и братьям на строительных работах в помещичьем имении.

О родителях своих он всегда говорил с особым благоговением, а об отце часто любил повторять: «…Хотел бы я иметь такого старца, он никогда не раздражался, всегда был кроткий и ровный. Когда случится в доме беда, он остается покоен. После пожара ему говорили: «Ты, Иван Петрович, погорел», а он отвечает: «Бог даст, поправлюсь». Однажды мы шли мимо нашего поля, и я сказал ему: «Смотри, у нас воруют снопы», а он: «Э, сынок, Господь нам уродил хлеба, нам хватит, а кто ворует, — стало быть, у него нужда есть».

Со временем юноша стал просить родителей отпустить его в монастырь, он хотел принять постриг в Киево-Печерской Лавре. Отец настоял на том, чтобы сын сначала поступил на воинскую службу и лишь после ее прохождения решил, кем ему быть. Воинскую службу Симеон проходил в Санкт-Петербурге.

По окончании военной службы Семен пробыл дома лишь одну неделю и уехал на Афон.

Осенью 1892 года он прибыл русский монастырь святого великомученика Пантелеимона. Первым послушанием стала работа на мельнице.

В 1896 г. пострижен в монашество с именем Силуан.

В самом начале молитвенного подвига он пережил такого рода искушения, о которых можно прочесть в древних патериках и наблюдать их массовый характер в наши дни: искушение подмены, прельщение чудесными явлениями, дающими ложную духовность. Однажды ночью келия брата Симеона наполнилась страшным светом, пронизавшим даже тело его, так что он увидел свои внутренности. Помысел нашептывал ему: «Прими — это благодать», душа смутилась, и дух покаяния отступил от нее. Потом старец сокрушенно скажет, что «всю жизнь надо плакати о грехах своих — таков путь Господень», — и это есть подлинная православная духовность, в отличие от всех других «возводящих на небо» учений, питающих гордость человеческую.

В 1911 году пострижен в схиму с оставлением прежнего имени. Нес послушание монастырского эконома, заведовал мастерскими, продовольственным складом, а на склоне лет — торговой лавкой.

Своих учеников он не имел и в послушании у какого-либо определенного старца не находился. «Трудно жить без старца, — говорил он впоследствии. — Неопытная душа не разумеет воли Божией, и много скорбей перенесет она прежде, чем научится смирению». Сам он, подобно большинству монахов, воспитывался в атмосфере общей для иноков Афона духовной традиции, проводя, как того требовал многовековой уклад жизни в обители, дни в непрестанной Иисусовой молитве, длительных богослужениях в храме, постах и бдениях, частой исповеди и Причащении Святых Христовых Тайн, чтении духовных книг и труде.

Прп. Силуан Афонский

Спал он сидя, один-два часа в сутки урывками по 15-20 минут, ночь отдавая Иисусовой молитве. В непрестанной борьбе прошло пятнадцать лет. И однажды ночью, когда, несмотря на все старания, чисто молиться не давалось, монаха Силуана охватило болезненное томление: столько лет предельных для человека усилий, и еще скрывается желанный Господь! Отец Силуан произнес в сердце своем: “Господи… что я должен делать, чтобы молиться Тебе чистым умом?.. чтобы смирилась моя душа?”. И был ему ответ в сердце от Бога: держи ум твой во аде, и не отчаивайся.

Прожив сорок шесть лет в обители с общежительным уставом, подвижник никогда не стремился к уходу в затвор или к удалению в пустынь, считая, что без благоволения Божия они сами по себе являются лишь вспомогательными средствами, а не целью христианской жизни. Находясь среди людей, старец хранил ум и сердце от посторонних помыслов, очищал их от страстей для молитвенного предстояния Богу, утверждая, что это самый короткий путь ко спасению.

Он писал записки, опубликованные в 1952 г. его учеником архимандритом Софронием (Сахаровым).

Скончался 24 сентября 1938 г. во втором часу ночи, поболев перед смертью чуть больше недели. Был погребен в тот же день вечером в 4 часа.

Афонское монашество в своем трезвом недоверии к человеку держится правила: «Никого прежде конца не ублажай». Уже после кончины старца отцы афонские говорили: «Теперь видим, что старец Силуан достиг меры святых отцов… Кончина его в этом убедила». Незадолго до смерти в ответ на вопрос: «Старец, Вы хотите умереть?» он сказал: «Я еще не смирился», но все его поведение в монастырской больнице было исполнено сокровенного смирения и тишины.

С 1970-х гг. известны случаи многочисленных исцелений, совершавшихся от главы преподобного, которая хранится в Пантелеимоновском монастыре. Часть его мощей находится в Иоанно-Предтеченском монастыре в Великобритании.

В 1987 г. прославлен Константинопольской Церковью.

В 1992 г. его имя внесено в месяцеслов Русской Православной Церкви.

Прп. Cилуан Афонский. Фреска

Записки прп. Силуана

Записи преподобного Силуана, переданные отцу Софронию (Сахарову), представляли собою несколько тетрадей с пронумерованными листами, в которых содержались разрозненные мысли старца по различным вопросам духовной жизни.

Как отмечает архимандрит Софроний, преподобный Силуан был человеком “малограмотным, в детстве ходил в сельскую школу только “две зимы”, но от постоянного чтения и слышания в церкви Священного Писания и великих творений Святых Отцов, он очень развился и производил впечатление начитанного в монашеском отношении человека. От природы у него был живой, сообразительный ум, а долгий опыт духовной борьбы, внутренней умной молитвы, опыт исключительных страданий и исключительных Божественных посещений — сделал его нечеловечески мудрым и проницательным” . Поэтому писания преподобного Силуана не всегда соответствовали правилам правописания и требовали существенного редактирования. Уже сама способность преподобного Силуана письменно изложить столь великие мысли можно по праву считать чудом Божиим (Достаточно сравнить вторую часть книги “Старец Силуан” (“Писания старца Силуана”) с письмами преподобного Силуана к монахине Силуане (Соболевой) ).

В издании книги “Старец Силуан”, подготовленном Иоанно-Предтеченским монастырем в Эссексе, приведены фотографии нескольких станиц этих оригинальных записей преподобного Силуана .

>Литература

  • Софроний (Сахаров), архим., Старец Силуан, Эссекс: Монастырь св. Иоанна Предтечи, 1990.

Старец Силуан Афонский

Преподобный Силуан Афонский (1866–1938) прославлен Константинопольской Церковью в 1987 г. Имя внесено в Месяцеслов Русской Православной Церкви в 1992 г.
Память празднуется 24 сентября (преставление) и на Святой Горе Афон во второе воскресенье по Пятидесятнице (Собор всех Святых на Горе Афонской просиявших).
Семен Иванович Антонов — будущий старец Силуан, родился в Тамбовской губернии в селе Шовском в крестьянской семье в 1866 г.
В самом начале молитвенного подвига он пережил такого рода искушения, о которых можно прочесть в древних патериках и наблюдать их массовый характер в наши дни: искушение подмены, прельщение чудесными явлениями, дающими ложную духовность. Однажды ночью келия брата Симеона наполнилась страшным светом, пронизавшим даже тело его, так что он увидел свои внутренности. Помысел нашептывал ему: «Прими — это благодать», душа смутилась, и дух покаяния отступил от нее. Потом старец сокрушенно скажет, что «всю жизнь надо плакати о грехах своих — таков путь Господень», — и это есть подлинная православная духовность, в отличие от всех других «возводящих на небо» учений, питающих гордость человеческую.
Об истинности этого пути свидетельствует и особая злоба, с которой обрушивались на подвижника силы ада, после того как он не принял смущающий его помысел и не прельстился чудом. Мучительность демонических нападений возрастала и повергла в страшное состояние богооставленности, томления и тоски. В тот же день, когда ему довелось пережить страшные муки, в церкви св. пророка Илии во время вечерни он увидел живого Христа, и это предопределило дальнейшую жизнь преподобного. Старец постоянно вспоминал явление Господа и писал о том чувстве, которое поселилось в его душе: «Господь нас так много любит, что мы сами не можем так любить…» «И если бы люди Духом Святым познали, каков наш Господь, то все бы изменилось: богатые презрели бы свои богатства, ученые — свои науки, а правители — свою славу и власть, и все бы смирились, и жили бы в земном мире и любви, и на земле была бы великая радость».

Архимандрит Софроний (Сахаров)
Исполнитель: В. Клементьев
Год выпуска: 2013

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *