Православие и толерантность

Толерантность (социология)

У этого термина существуют и другие значения, см. Толерантность (значения).

Толера́нтность (от лат. tolerantia — терпение, терпеливость, принятие) — социологический термин, обозначающий терпимость к иному мировоззрению, образу жизни, поведению и обычаям. Толерантность не равносильна безразличию. Она не означает также принятия иного мировоззрения или образа жизни, она заключается в предоставлении другим права жить в соответствии с собственным мировоззрением.

Толерантность — терпимость к иного рода взглядам, нравам, привычкам. Толерантность необходима по отношению к особенностям различных народов, наций и религий. Она является признаком уверенности в себе и сознания надежности своих собственных позиций, признаком открытого для всех идейного течения, которое не боится сравнения с другими точками зрения и не избегает духовной конкуренции.

Толерантность означает уважение, принятие и правильное понимание других культур, способов самовыражения и проявления человеческой индивидуальности. Под толерантностью не подразумевается уступка, снисхождение или потворство. Проявление толерантности также не означает терпимости к социальной несправедливости, отказа от своих убеждений или уступки чужим убеждениям, а также навязывания своих убеждений другим людям.

Социологические теории

Проблема толерантности на уровне микросоциологии была исследована Дж. Мидом и Г. Блумером. Для объяснения толерантности они пользовались описанием процессов межличностного взаимодействия и теорией символического интеракционизма. Личности и социальные действия обозначаются символами, в символы вкладывается отношение, позиция и социальная установка. В дальнейшем общающиеся индивиды интерпретируют символы друг друга. Присвоение знаков и символов есть процесс идентификации. При помощи знаков люди и группы людей находят своё место в системе «свой-чужой». Толерантность может существовать только в тех случаях, когда человек пробует посмотреть на ситуацию глазами «другого». Так же толерантность обеспечивается созданием символов, отвечающих общечеловеческим ценностям, таким как: , демократия, мир.

Наиболее частыми векторами исследования толерантности в социологии являются:

  • Гендерная толерантность
  • Расовая и национальная толерантность
  • Толерантность по отношению к инвалидам
  • Религиозная толерантность
  • Сексуально-ориентационная толерантность
  • Политическая толерантность
  • Образовательная толерантность
  • Межклассовая толерантность

По мнению Дробижевой (1998), для оценки толерантности в обществе необходимо учесть:

  • насколько толерантное отношение разделяется и декларируется социальными институтами и официальными организациями;
  • в какой степени различные социальные группы разделяют ценности толерантности;
  • проявляется ли толерантность в различных сферах жизнедеятельности людей;
  • причины нетолерантного отношения со стороны социальных институтов и социальных групп;
  • возможности формирования толерантных установок.

Д. М. Бондаренко и Е. Б. Деминцева говорят о сегодняшней толерантности как фундаментальном универсальном принципе, на котором должны базироваться и мир в целом, и отдельные общества. Среди многих прочих аспектов проблемы толерантности (социальной, гендерной и т. д.) особое значение к началу XXI века приобрели её этнорасовая и конфессиональная составляющие. В утверждении толерантности важнейшая роль отводится образованию.

Толерантность и терпимость

Во многих культурах понятие «толерантность» является своеобразным синонимом «терпимости»: лат. tolerantia, англ. tolerance, нем. Toleranz, фр. tolérance. Кроме того, все словари XX века однозначно указывают прямое толкование толерантности как терпимости.

Словари XX века определяют «толерантность» как терпимость к чужому образу жизни, поведению, чужим обычаям, чувствам, верованиям, мнениям, идеям или просто называют «толерантность» синонимом понятия «терпимость». Словарь Брокгауза и Ефрона сводит толерантность в основном к веротерпимости.

Слово «терпимость» присутствует практически во всех словарях русского языка. В частности, словарь В. И. Даля трактует «терпимость» как способность что-либо терпеть только по милосердию или снисхождению. Другие словари дают похожее толкование. По мнению М. В. Семашко, понятие «терпимость» содержит в себе пассивное принятие окружающей реальности, непротивление ей, способность подставить вторую щёку.

Понятие «толерантность» было введено в научный оборот в XVIII веке. В России понятие толерантности стало употребляться в либеральной печати с середины XIX века, но с середины 1930-х годов оно исчезло из политической лексики, пока вновь не появилось в начале 1990-х годов.

Семантическое поле слова толерантность в целом можно считать сегментом семантического поля слова терпимость, с некоторым сдвигом в сторону понятия «принять». В современный язык оно пришло из англ. tolerance — «терпимость, готовность принимать поведение и убеждения, которые отличаются от собственных, даже если вы не соглашаетесь или не одобряете их».

Уполномоченный по правам человека в Пермском крае и кандидат психологических наук Татьяна Марголина также разграничивает понятия «терпимость» и «толерантность»:

Разумеется, есть определенная традиция понимания слова «терпимость». Вплоть до середины прошлого века оно трактовалось, как пассивная позиция: терпеть — значит, наступать на себя, уступать кому-то. Слово «толерантность», хотя и используется как синоним «терпимости», несёт в себе другие смыслы. «Толерантность» — это активное социальное поведение, к которому человек приходит добровольно и сознательно.

Развитие толерантности в России

Одновременно признание толерантности в более широком смысле является условием эффективной борьбы с расизмом, так как гражданские, политические и экономические права человека тесно связаны с социальными и культурными правами.

Как известно, «новое мышление» было предложено всему миру в качестве стратегической ориентации М. С. Горбачевым. Парадигму «нового мышления» можно представить как попытку подчинить эмпирические данные о наличии глобальных угроз задаче формирования всеобщего братства народов мира.

Горбачев был совершенно уверен в том, что перестройка старого сознания и утверждение «нового мышления» позволят решать ключевые глобальные проблемы «в духе сотрудничества, а не враждебности». Мир, таким образом, должен был вступить в качественно новую эру — эру всеобщей толерантности. Горбачев утверждал, что концепция перестройки — это не звонкая фраза, а тщательно подготовленная программа.

Горбачев был вынужден придать идее перестройки содержание многофункциональной панацеи. Перестройка была призвана сыграть роль волшебной силы, позволяющей обеспечить решительное преодоление застойных процессов, опору на живое творчество масс, всестороннюю интенсификацию экономики, решительный поворот к науке, соединение плановой экономики с достижениями научно-технической революции, приоритетное развитие социальной сферы, последовательное проведение в жизнь принципов социальной справедливости. Соответственно и «новое мышление» рассматривалось как универсально действующий рычаг оздоровления всей международной обстановки. Исходя из специфической логики «нового мышления», Горбачев утверждал, что образ мысли и образ действия, основанные на применении силы в мировой политике, «утратили всякое разумное основание».

Фильтр «нового мышления» подтверждал лишь те истины, которые формировались в его структурах. Среди них можно отметить вывод, согласно которому «безопасность неделима. Она может быть только равной для всех, или же её не будет вовсе». Горький опыт, однако, показал, что при распаде Варшавского договора, вызванного перестройкой, безопасность США, стран НАТО значительно окрепла, тогда как безопасность России существенно ослабла.

В Российской Федерации главный документ для широкого определения толерантности — Конституция. В области расизма и расовой дискриминации основными признаются ст. 136 Уголовного кодекса (Нарушение равенства прав и свобод человека и гражданина) и 282 (Ответственность за действия, направленные на возбуждение национальной и расовой вражды, унижение национального достоинства, пропаганду исключительности, превосходства либо неполноценности граждан по признаку их национальной или расовой принадлежности).

Государство обязано обеспечить равный доступ к охране здоровья, образованию, социальному обеспечению, реализации права на жилище для всех без какой-либо дискриминации, в том числе по признаку наличия регистрации по месту жительства; регулировать проблемы миграции, приводящие к различным формам этнической дискриминации представителей меньшинств и мигрантов. СМИ должны освещать события так, чтобы репортажи отражали, помимо прочего, точку зрения и мнение групп, которые являются или могут стать объектом национальной дискриминации и расизма. Эти и другие требования содержались в резолюции Всероссийской конференции НПО. Ключевую роль в борьбе с расизмом и расовой дискриминацией правозащитники отводят межправительственным организациям: ООН, ОБСЕ, Совету Европы.

Толерантность и религии

Буддизм

Будда указывал, что по отношению к другим религиям необходима веротерпимость. Исследователи М. С. Уланов, В. Н. Бадмаев считают, что это стало практически первым в истории провозглашением данного принципа. Также Будда призывал не навязывать собственное учение тем, кто ещё не достиг духовной зрелости и не пришёл к учителю самостоятельно. Будда считал, что каждый искатель имеет право на самостоятельный поиск духовности.

Среди индийских буддистов толерантность являлась «религиозным идеалом». Правитель Ашока, известный распространением буддизма, в своём указе заявлял: «Следует почитать чужую веру. Поступая так, способствует успеху своей веры и оказывает поддержку чужой. Поступая иначе, он подрывает корни своей веры и вредит чужой». В буддизме также существует терпимое отношение к раскольникам, что позволило создать большое количество школ буддизма. Подобная толерантность, как считает буддолог и профессор В. П. Андросов, «делает самую древнюю религию самой современной». Кроме того, как отмечает буддолог и профессор В. Г. Лысенко, последователь буддизма может быть также одновременно последователем синтоизма, даосизма и «любой другой религии». Далай-лама XIV отмечал, что христианам и иудеям желательно брать из буддизма только те медитативные и философские части учения, которые не противоречат их религиям, потому что отказ от иудаизма или христианства не является необходимым условием для практики буддизма. Критики оценивают этот феномен как «слабость» буддизма, в свою очередь учёные указывают, что именно такая толерантность привлекает в буддизм множество последователей, особенно на Западе.

Учёные, рассматривая буддийскую толерантность, часто имеют в виду то, что буддизм не приемлет насильственного распространения учения. Распространение буддизма в другую культуру происходит ненасильственно и постепенно. Насильственное же «навязывание» учения буддизм считает «преступлением и насилием над личностью».

Кандидат исторических наук и старший научный сотрудник ДНЦ РАН Г. И. Юсупова, рассматривая буддийскую школу дзэн, прогнозировала, что в будущем распространение этой школы в мире будет усиливаться в том числе по той причине, что учение школы содержит в себе «неиссякаемые возможности для развития толерантного сознания, терпимости, приятия человеком самого себя и окружающих».

Критика понятия

И. о. секретаря по взаимоотношениям церкви и общества Отдела внешних церковных связей священник Георгий Рябых указывает, что «заимствованный у Запада термин „толерантность“ имеет много значений, свои плюсы и минусы. Но не может не беспокоить, что зачастую под ним понимается нравственный нигилизм, индифферентность к различным порокам, религиозной истине, к тем ценностям, которые веками формировались в стране». Некоторые священники выступали с инициативой бойкота уроков толерантности в школах.

Также современная социологическая толерантность критикуется как форма манипулирования сознанием людей с целью заглушить, прикрыть губительные и чрезвычайно негативные для общества моменты. Например: сокращение коренного населения и его замещение дешевой, иностранной низкоквалифицированной рабочей силой, без каких бы то ни было прав, социальных и юридических гарантий, в целях увеличения личностного капитала.

Термин «толерантность» был подвергнут критике и со стороны епископа Пермского и Соликамского Иринарха (Грезина). В свою очередь его открытое письмо было подвергнуто критике некоторыми журналистами.

если мы не научимся пониманию того, что люди могут по-другому выглядеть и есть другую еду, по-другому устраивать свои семьи и реагировать на множество бытовых вещей, мы всё время будем находиться в состоянии самой ужасной войны, которая может быть, — войны у себя дома.

Иногда критики толерантности используют неологизм «толераст» (или «толерастка») для имплицитного оскорбления сторонников идей толерантности, а саму толерантность называют «толерастией».

Примечания

  1. Viktor Emil Frankl. Wörterbuch der Logotherapie und Existenzanalyse, S. 471—472.
  2. Философский энциклопедический словарь / Под ред. А. Б. Васильева. — 2-е изд. — М.: Инфра-М, 2011. — 576 с. — ISBN 978-5-16-002594-0.
  3. Рамазан Г. А.Этнополитология: учебное пособие для студентов высших учебных заведений, с. 182
  4. «ВЕК ТОЛЕРАНТНОСТИ» N 3-4
  5. Бондаренко Д. М., Деминцева Е. Б., Кавыкин О. И., Следзевский И. В., Халтурина Д. А. Образование как фактор утверждения в обществе норм этноконфессиональной толерантности в условиях глобализации (на примере России, Франции и Танзании). История и современность (2007) 2: 153—184.
  6. Балцевич В. А., Балцевич С. Я. Толерантность (недоступная ссылка с 14-06-2016 ) // Энциклопедия социологии, 2003
  7. Толерантность, в третьем значении // Большой энциклопедический словарь
  8. Словарь иностранных слов и выражений. — М., 1998. — 477 с.
  9. Толерантность (недоступная ссылка с 14-06-2016 ) // Толковый словарь русского языка Ушакова, 1935—1940
  10. Толерантность // Малый энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 4 т. — СПб., 1907—1909.
  11. Даль В. Терпеть (недоступная ссылка с 14-06-2016 ) // Толковый словарь живого великорусского языка, 1998
  12. 1 2 Семашко M. A. Развитие термина «толерантность» в гуманитарных науках // Электронный научно-педагогический журнал, 2007
  13. tolerance noun (ACCEPTANCE) — definition in British English Dictionary & Thesaurus — Cambridge Dictionary Online
  14. Татьяна Марголина. Уполномоченный по правам человека в Пермском крае. Дата обращения 27 января 2017.
  15. Татьяна Марголина. Толерантность — это не попустительство пороку. Толерантность — это великодушие! // Известия
  16. Толерантность (недоступная ссылка с 14-06-2016 ) // Безопасность: теория, парадигма, концепция, культура. — Словарь-справочник. — 2005.
  17. ДЕКЛАРАЦИЯ ПРИНЦИПОВ ТОЛЕРАНТНОСТИ
  18. Преамбула Устава Организации Объединенных Наций
  19. Уланов, Бадмаев, 2013, с. 43.
  20. 1 2 Андросов, 2001, с. 29.
  21. Андросов, 2001, с. 194.
  22. 1 2 Лысенко, 2003, с. 25.
  23. 1 2 3 Уланов, Бадмаев, 2013, с. 44.
  24. Ермакова, Островская, 2004, с. 248.
  25. Юсупова, 2007, с. 94.
  26. В Русской церкви призывают прививать детям в школах вместо западного понятия толерантности традиционные ценности страны // Интерфакс-Религия, 11.02.2009
  27. Петухова Т. Н. Теоретико-методологический анализ понятия «толерантность» // Вестник Южно-Уральского государственного университета. Серия: Право. — № 20 (279). — 2012. — С. 18-23.
  28. «На смену толерантности приходят националистические тенденции» // Русская народная линия, 14.11.2011
  29. Открытое письмо епископа Пермского и Соликамского Иринарха ко всем согражданам, руководителям учреждений образования и культуры, руководителям губернской и областной администрации // Интерфакс, 11.02.2009
  30. «Пермские боги» заговорили Православный иерарх выступил против уроков толерантности // НГ Религия, 18.02.2009
  31. Васильев Г.Е. Введение в философию культуры. — Москва-Берлин: Директ-Медиа, 2015. — 429 с. — ISBN 9785447546250.
  32. Вестник Санкт-Петербургского университета / Санкт-Петербургский университет. — Санкт-Петербург: Издательство Санкт-Петербургского университета, 2008. — С. 78. — ISSN 1560-1390.
  33. АКИМОВА Ю.В., ЛЕБЕДЕВ А.А., МИНЕЕВА З.И. Актуальное словообразование в свете новых информационных технологий (рус.) // Ученые записки Орловского государственного университета. Серия: Гуманитарные и социальные науки. — 2014. — Январь (вып. 57 (№ 1). — С. 172—178.

Литература

  • Андросов В. П. Будда Шакьямуни и индийский буддизм. Современное истолкование древних текстов.. — М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 2001. — 508 с. — ISBN 5-02-018236-2.
  • Толерантность / Гусейнов А. А. // Телевизионная башня — Улан-Батор. — М. : Большая российская энциклопедия, 2016. — С. 236—237. — (Большая российская энциклопедия : / гл. ред. Ю. С. Осипов ; 2004—2017, т. 32). — ISBN 978-5-85270-369-9.
  • Ермакова Т. В., Островская Е. П. Классический буддизм. — СПб.: Азбука-классика; Петербургское востоковедение, 2004. — 256 с. — (Мир Востока). — ISBN 5-85803-268-0 (Петербургское Востоковедение). ISBN 5-352-00735-9 (Азбука-классика).
  • Куренной В. А. Толерантность // Современная западная философия. Энциклопедический словарь / Под ред. О. Хеффе, В. С. Малахова, В. П. Филатова при участии Т. А. Дмитриева. — М.: Культурная революция, 2009. — С. 190—192.
  • Лысенко В. Г. Ранний буддизм: религия и философия. Учебное пособие. — М.: ИФ РАН, 2003. — 246 с. — ISBN 5-201-02123-9.
  • Уланов М. С., Бадмаев В. Н. Буддийские ценности и проблема толерантности в современном мире // Научная мысль Кавказа. — Ростов-на-Дону: Северо-Кавказский научный центр высшей школы федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего профессионального образования Южный федеральный университет, 2013. — № 3 (75). — С. 43—45. — ISSN 2072-0181.
  • Юсупова Г. И. Духовная традиция дзэн и современность: к истокам толерантного сознания (теоретические аспекты) // Вестник Дагестанского научного центра РАН. — Махачкала: Региональный центр этнополитических исследований ДНЦ РАН, 2007. — № 28. — С. 93—95. — ISSN 1684-792X.

О толерантности

Протоиерей Владислав Цыпин. Фото: Авдей Правдолюбов / Православие.Ru

Среди самых повторяемых, кстати и некстати, паролей нашего времени – пресловутая «толерантность», или, по-русски, «терпимость». В прошлом это слово употреблялось либо в сочетании со словом «дом», либо в трансформированном виде, с уточняющим это понятие значением, в контексте темы правового статуса религиозных меньшинств – «веротерпимость». Очевидно, что в государстве, где, как в современной Российской Федерации, Франции или Соединенных Штатах, нет господствующей или государственной религии, где гарантируется свобода вероисповедания и равенство граждан независимо от их религиозной принадлежности, понятие «веротерпимость» утрачивает свою актуальность. Новейшая семантическая эволюция слова «толерантность» расширила его смысловое поле, сблизив его с модным неологизмом «политкорректность» и поместив его в область взаимоотношений между расами, этносами, культурами, цивилизациями. Приверженность принципу толерантности и политкорректности стала своего рода пропуском в «приличное общество», вроде смокинга или галстука.

Расовая или национальная толерантность скрывает латентный расизм

Между тем употребление этого своеобразного термина применительно к взаимоотношениям между людьми, принадлежащими к разным расам, выявляет в человеке, который декларирует свою толерантность, латентного расиста. Чтобы пояснить это заключение, могущее показаться абсурдным, достаточно привести пример с веротерпимостью в государстве, где существует государственная религия. Веротерпимость в таком случае – это цивилизованное отношение к религиозным меньшинствам со стороны государства и лиц, принадлежащих к господствующей или государственной религии, не ставящее под вопрос статусный приоритет господствующего вероисповедания. Или еще одна бытовая аналогия, иллюстрирующая парадокс, связанный с употреблением слова «терпимость»: рассказывают, что пылкие американские дамы из числа феминисток, исполненные чувства гендерного достоинства, весьма бурно реагируют на попытки услужливых кавалеров, пытающихся помочь им спуститься по крутой лестнице или перенести чрезмерно тяжелый саквояж, подозревая в галантном встречном гендерного расиста, в любом случае трактуя подобную услужливость как злостное унижение и оскорбление. Подобным образом нередко реагируют в наше время на терпимость и политкорректность по отношению к ним со стороны «бледнолицых» европейцев или американцев лица, принадлежащие к расам, которые в минувшую эпоху обозначались как «цветные» и считались на Западе неполноценными.

Толерантность во взаимоотношениях с людьми разных рас, этносов и культур в России, в традициях нашего народа неуместна потому, что столь характерное для самооценки западных европейцев или северных американцев – ради вящей политкорректности скажем: в недавнем прошлом – сознание превосходства белой расы над расами цветными в России не привилось, а если и проявлялось в иных случаях в виде эксцессов, то определенно относится к явлениям маргинальным, чуждым мировоззрению русских людей, и это наблюдение относится ко всем периодам нашей истории. Можно назвать разные причины этого обстоятельства, но главная заключается в том, что евангельское учение о всеобщем человеческом братстве, а также о том, что во Христе «нет ни еллина, ни иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, скифа, раба, свободного» (Кол. 3: 11), было принято нашими предками со всей искренностью и усвоено глубоко, настолько, что даже у людей, утративших православную веру, но выросших в среде, этос которой пропитан христианской традицией, и в ту пору, когда на уровне официальной идеологии христианство и всякая вообще религия дискредитировались и отвергались, сохранялось живое чувство равенства людей разных рас и национальностей. Поэтому рассуждения о толерантности по отношению к расовым и национальным меньшинствам теряют у нас почву за ненадобностью. На этом фоне хулиганские либо прямо криминальные выходки скинхедов воспринимаются как явление микроскопическое по масштабам, вполне карикатурное, абсолютно чуждое традиции и инородное, подражательное, что видно уже из их самоназвания, для которого в русском языке не нашлось приемлемого слова. В российском обществе они опоры не имеют, а потому и не заслуживают серьезного обсуждения вне рамок социальной психотерапии. Медийный шум по поводу их одиозных выходок представляется поэтому контрпродуктивным.

Коллекция засушенных голов новозеландцев племени маори, собранная британским офицером Горацио Робли. Фото 1895 г.

Россия, равно как и другие страны православной традиции, насколько они не заражены бациллами заимствованных на стороне расизма, ксенофобии и шовинизма, радикально отличается в этом от Запада, который столь недавно еще в своих отношениях с остальным миром был насквозь пропитан идеей превосходства сахиба над туземцами, в более филантропической версии – сознанием «бремени ответственности белого человека». В замаскированном виде разве не то же самое «бремя» подталкивает одну из сверхдержав наших дней навязывать свои ценности народам, которые еще не до конца забыли о цивилизаторских подвигах сахибов ушедшей эпохи, хотя на уровне публичной риторики ныне никто уже всерьез не пытается выступать в роли апологета одиозного расизма?

К навязываемым миру моральным ценностям современных цивилизаторов относится «толерантность» в новой и совершенно оригинальной интерпретации. Когда в наше время укоряют оппонентов в отсутствии толерантности, то в качестве нормы выставляют уже в основном не толерантность по отношению к расовым, национальным или религиозным меньшинствам, но к меньшинствам иного рода, к тем, кто выбирает образ жизни, который в прошлом представлялся порочным и скандальным, иными словами – речь идет о толерантности по отношению к греху.

Но христианин по совести своей не может выполнить подобное требование, потому что всерьез принимает предостережение апостола Павла: «Не обманывайтесь: ни блудники, ни идолослужители, ни прелюбодеи, ни малакии, ни мужеложники, ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники – Царства Божия не наследуют» (1 Кор. 6: 9–10). Апостол учит христиан не толерантности, но как раз наоборот – нетерпимости к греху. При этом мы призываемся обнаруживать ее, прежде всего, в отношении самих себя, ибо Господь призывает нас: «Не судите, да не судимы будете… И что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь?» (Мф. 7: 1, 3). Но этот призыв не высматривать сучков в глазах ближних при наличии бревна в собственном глазе не подразумевает совершенной слепоты в отношении очевидных грехов наших братьев. Господь говорил Своим ученикам: «Если же согрешит против тебя брат твой, пойди и обличи его между тобою и им одним: если послушает тебя, то приобрел ты брата твоего; если же не послушает, возьми с собою еще одного или двух, дабы устами двух или трех свидетелей подтвердилось всякое слово. Если же не послушает их, скажи церкви; а если и церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь» (Мф. 18: 15–17), иными словами, неисправимый грешник подлежит отлучению от Церкви.

Важно только, чтобы, обличая явного грешника, мы делали это без фарисейского превозношения, со смирением, сознавая собственную греховность, и с любовью к ближнему, с искренней надеждой на его покаяние и перемену жизни. Апостол, перечисливший грехи, запирающие тем, кто им привержен, вхождение в Царство Небесное, затем добавляет в своем Послании к коринфским христианам: «Такими были некоторые из вас; но омылись, но освятились, но оправдались именем Господа нашего Иисуса Христа и Духом Бога нашего» (1 Кор. 6: 11).

Неверно считать, что нетерпимость к греху – дело сугубо личное и не имеет политического и юридического аспектов

Значит ли все сказанное, что заповеданная Господом нетерпимость, нетолерантность ко греху относится к области самоукорения и покаяния, к межличностным отношениям, затрагивает исключительно внутрицерковную жизнь и не содержит в себе общественно значимого, политического и юридического аспекта? Подобное предположение неверно. Христиане не эскаписты и не анархисты. Даже во времена гонений на Церковь в Римской империи они сознавали себя ее верными гражданами, что замечательно выражено, например, в «Апологии» святого Иустина Философа, адресованной императору Антонину Пию. Христиане не считали зазорной и несовместимой с их верой службу в легионах языческого Рима. Православная Церковь почитает в сонме святых угодников убиенных за веру в Спасителя при чистке армии от христиан воинов, военачальников и полководцев, таких как великомученики Георгий Победоносец, Димитрий Солунский, Феодор Стратилат. Участие христиан в государственных делах и заботах стало несравненно более весомым после того, как святой Константин даровал христианам свободу вероисповедания.

Когда же христиане составили большинство граждан, законодательство Римского государства – знаменитое римское право – подверглось существенной трансформации под влиянием евангельского учения, под влиянием христианских нравственных норм. В частности, в уголовном праве иначе, чем прежде, проведена была граница между теми пороками, которые не подлежат карательной санкции, и уголовно наказуемыми проявлениями человеческой греховности. Эту черту проводили и корректировали христиане не в качестве частных лиц или чад церковных, а как граждане или также как чиновники, призванные к участию в подготовке законодательных актов, либо, когда благочестивые христиане становились носителями верховной власти, императорами, они издавали законы, руководствуясь своей христианской совестью. Подобные уроки можно извлечь и из истории Российского государства в его взаимоотношениях с Церковью, из истории российского права, основанного на христианских нравственных ценностях.

Очевидно, что не частные общества, но государство решает, где лежит граница между ненаказуемыми грехами и криминальными деяниями. Но для нас, христиан, отнюдь не безразлично, какие именно при этом принимаются решения. В любом случае православные христиане, верные евангельскому учению во всей его полноте, в своей гражданской жизни призываются быть на стороне нравственно охранительных политических сил и партий, а не тех, которые проповедуют толерантность ко греху или вовсе зачеркивают самое понятие греха, то есть, по существу дела, склоняются к отрицанию различения добра и зла. Поэтому, делая тот или иной политический выбор, христианин во главу угла ставит позицию избираемых по вопросам общественной морали, его намерение своим участием в законодательной, административной или судебной деятельности содействовать охранению или разрушению фундаментальных нравственных норм, укреплять или подрывать общественные устои. Понятно, что судить о заявленных намерениях нужно не по словам только, но главным образом по делам. Особая ответственность пред Богом за противодействие очевидному злу лежит при этом на тех православных христианах, которые являются участниками законодательного процесса или обладают властными управленческими полномочиями.

Толерантность: христианский взгляд

В прошлой колонке я говорил о толерантности — что это вообще за идея, откуда взялась и во что в итоге превратилась. Но, как верно заметили комментаторы, была в моих рассуждениях некая недосказанность. Хорошо, пусть так, пусть автор показал нам звериный оскал толерантности в современном ее изводе — а нам-то, христианам, как к этому относиться? Нам что, нужно воевать с толерантностью? Брать пример с обезумивших «активистов», которые уже и до погромов докатились? Или как? Может, возможна какая-то другая форма толерантности, на христианской основе?

Но прежде, чем перейти к сути, сделаю важную поправку, которую, по-хорошему, нужно было дать еще в той колонке. Когда мы говорим о толерантности — мы в основном говорим о вещах вне правовой сферы. Толерантность — это не когда люди соблюдают законы, запрещающие устраивать еврейские погромы или вешать негров. Тут все просто и понятно: закон защищает права человека и общественный порядок, конкретные запреты и санкции могут варьироваться в зависимости от времени и места, но смысл этих норм остается единым. А тема толерантности возникает там, где о нарушении закона не идет и речи. То есть не в пространстве уголовно наказуемых деяний, а в пространстве вроде бы свободных мнений.

Так вот, идея толерантности в том и состоит, что мы должны ограничивать себя в словах и даже в мыслях не потому, что этого требует от нас закон, а потому, что этого требуют от нас некие высшие соображения. Общечеловеческие ценности, идеалы демократии, либерализма, глобализация, мировая экономика, и так далее. Да, есть случаи, когда толерантность внедряется посредством полиции, но гораздо чаще она внедряется посредством пропаганды.

А один из главных ее пропагандистских приемов — объявить нетолерантных людей нарушителями закона: реальными или потенциальными. Сегодня ты высказался против миграции из Средней Азии — значит, завтра ты с высокой вероятностью возьмешь лом и пойдешь громить дворников-таджиков. Сегодня ты высказался против гей-парада — значит, ты потенциальный убийца содомитов, а следовательно, по тебе не мешало бы нанести превентивный удар — во благо общества, разумеется. То есть что получается: идея толерантности на неком этапе своего развития сталкивается с различием между писанным правом и реальной жизнью — и хочет нивелировать это различие, отредактировав право так, чтобы оно охватывало вообще все стороны жизни, вплоть до мысли. В обществе доведенной до абсурда толерантности не может быть никакой свободы слова, никаких споров. Все должны ходить, опустив глаза книзу, и бояться тюрьмы. То есть — классическая модель тоталитаризма с понятием «мыслепреступления», всеобщей слежки за всеми и всеобщим страхом. Этакая «тоталерантность».

Но довольно об ужасах, перейдем к сути вопроса. А именно — к христианской оценке идеи толерантности.

Начну с того, что христианское мировоззрение всегда четко проводило разницу между грехом и грешником. Никакой терпимости к греху как к таковому быть не может. Грех надо всячески обличать. А вот к человеку, совершающему грех, отношение иное — его нужно любить, его нужно прощать. «Осуди грех — и прости грешника» — вот основа основ христианства. Любой всерьез верующий христианин хочет, чтобы все спаслись. Спаслись — значит, избавились от власти греха. Поэтому если видит, что его ближний грешит — он должен обличить его грех, чтобы грешащий ближний хотя бы задумался. Здесь стопроцентная аналогия с медициной: если мы видим, что человек серьезно болен, но и не думает обращаться к врачам, мы буквально плешь ему проедаем: что ты делаешь! Все это серьезно! Ты понимаешь, чем это кончится? Твоя жизнь в опасности! Немедленно в больницу! И даже если в этом случае мы несколько сгущаем краски, это допустимо, поскольку продиктовано заботой о человеке.

Вот то же касается и отношения к греху. Грех — ни что иное, как духовная болезнь, и последствия этой болезни могут оказаться куда печальнее, чем у болезни физической. Поэтому христианин к чужому греху толерантным быть не может. «И не участвуйте в бесплодных делах тьмы, но и обличайте» — говорит апостол Павел (Еф. 5:11). Причем такое обличение может быть и весьма резким — «а других страхом спасайте, исторгая из огня, обличайте же со страхом, гнушаясь даже одеждою, которая осквернена плотью» (Иуда, 1:23).

При таком отношении к «бесплодным делам тьмы» современные христиане, разумеется, входят в конфликт с «духом века сего», в частности, с общепринятым пониманием толерантности. Этот конфликт может кончиться неприятностями — как, например, у шведского пастора Ааке Грина, отсидевшего месяц в тюрьме за обличение гомосексуализма в своих проповедях. Но тут уж каждый решает, что ему дороже — спокойная жизнь или верность Христу. Вспомним эпизод из Деяний Апостольских: «…не запретили ли мы вам накрепко учить о имени сем? и вот, вы наполнили Иерусалим учением вашим и хотите навести на нас кровь Того Человека. Петр же и Апостолы в ответ сказали: должно повиноваться больше Богу, нежели человекам» (Деян. 5:28-29).

Это — что касается отношения к греху. Но другое дело — отношение к согрешающему. Да, его грех нужно обличать, но нельзя ненавидеть грешника. Он брат твой, ты в идеале должен любить его, и если не любишь — то исключительно по причине своей собственной греховности, а вот Бог любит его так же, как и тебя. Сколь бы ни был тяжел его грех, сколь бы ни был он тебе отвратителен — а ведь пока этот человек жив, у него есть шанс покаяться, избавиться от власти греха. Воспользуется ли он этим шансом, зависит, конечно, от его свободной воли. Но не только — это еще зависит и от тебя. Ведь его решение будет проистекать в том числе и из того, как он воспринимает тебя и твои обличения. Если он видит твое презрение, твое отвращение, твою ненависть, то, скорее всего, отождествит их не с твоими личными особенностями, а с твоей верой. Чтобы покаяться в своем грехе, ему сперва нужно ощутить любовь Божию и христианскую любовь тех, кто обличает его грех. Но когда «христианская любовь» проявляется в форме избиений, оскорблений, идиотского шутовства — у грешника возникает подозрение, что это все-таки не любовь, а нечто иное. И он оказывается прав. Слишком часто под видом «спасения грешников» люди просто выплескивают свою агрессию и дают волю своим темным инстинктам.

Практические выводы (во всяком случае, для себя) я вижу такие:

Во-первых, «не лезть поперек батьки». Церковь как единое целое соборно высказывает отношение к тем явлениям жизни, которые несовместимы с верой во Христа. Мнение Церкви надо знать и при необходимости воспроизвести. Но самочинно тратить свои силы и время на обличение грешников, тем более, не являющихся твоими ближними, не надо. Можешь наломать дров. Не надо вообще высказываться на эти темы, пока ты лично не оказался в ситуации выбора. «Не обнажай меча в тавернах».

Во-вторых, если уж тебе приходится обличать «бесплодные дела тьмы» — делай это компетентно, не тиражируй стереотипы. Изучи сперва вопрос. И помни, что твоя цель — не победить в споре, а четко изложить людям позицию Церкви и заставить задуматься. Больше этого ты сделать все равно ничего не сможешь.

В-третьих, думай о форме своих обличений, если уж приходится обличать. Если ты говоришь с людьми свысока, если демонстрируешь им свое отвращение — они просто не станут тебя слушать и лишь укрепятся в своих предубеждениях.

…Да, нам не по пути с толерантностью, понимаемой как равнодушие, как равноудаленность от любой правды, как оправдание греха. Но та мотивация толерантности, что проистекает из неприятия обид, оскорблений, унижений, нам близка. Ведь утверждать свою правду можно и без издевательств. Разве нет?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *