О иоанн кронштадтский

Житие Иоанна Кронштадтского

Святой Иоанн Кронштадтский родился 19 октября 1829 года. В его роду было много священников. Стоит отметить, что семья Иоанна большого достатка не имела. Но она отличалась ревностной верой в Бога. Отец его служил в церкви псаломщиком. А мать отличалась простотой нрава и глубокой верой.

  • Иоанн родился болезненным и слабым мальчиком. Он настолько был слабым, что его родители старались его как можно быстрее окрестить. После обряда крещения мальчик стал постепенно поправляться и крепнуть.
  • Многие отмечают то, что еще в юношестве он стал свидетелем чуда. Однажды Иоанн в горнице увидал светоносного ангела, который увидел смущенного ребенка, успокоил его и сказал что он – Ангел–Хранитель и что он его будет оберегать до конца его жизни на земле.
  • В шесть лет благодаря обучениям родителей мальчик начал читать, а став немного постарше он самостоятельно начал изучать священные писания. Родители с огромным трудом собрали нужную сумму, чтобы его отправить учится в Архангельское Приходское Училище, по успешному завершению которого он был переведен в семинарию, а по ее окончанию в 1851 году Иоанн поступил в Санкт-Петербургскую Духовную Академию и учился за казенный счет.
  • В 1855 году И.Кронштадтский окончил Академию со степенью кандидата богословия и ввиду того, что он женился на Елизавете Несвицкой, ему было предложено стать священником в Кронштадтском Андреевском соборе. Позже его было рукоположено в диакона.

Нужно сказать, что пастырская жизнь святого Кронштадтского выпала в трудное время для страны. Ведь именно в это время происходило массовое ослабление веры. Вокруг была разруха, брожение революционных идей, процветало бродяжничество, пьянство и бедность.

Что касается его семейной жизни, то нужно сказать, что она у него также была не полноценной. Его жена объявила, что хочет сохранить девственность. Поэтому они с Елизаветой жили как сестра и брат. До конца своей жизни Иоанн сохранял целомудренную чистоту.

За все свое время священнослужителя . Время кончины ему было открыто заблаговременно. Он начал болеть и стал ослабевать. В декабре 1908 года он совершил последнюю Литургию, спустя 10 дней после нее он скончался.

Где находятся мощи Иоанна Кронштадтского

Вокруг гробницы данного святого идет много различных разговоров. Существует даже такое мнение, что их вообще нет. Однако документальных подтверждений таким утверждениям нет. После смерти его было захоронено при церкви во имя святых пророка Илии и Царицы Феодоры.

Над его могилой, ежедневно молилось более 80 архиереев. У мощей Иоанна происходили исцеления. Только в 1909 было зарегистрировано 12 исцелений. Но в 1923 году согласно секретному постановлению монастырь нужно было закрыть. А строение монастыря приказано было отдать под общественные нужды.

Много происходило событий над его гробом. Мощи Иоанна Кронштадтского не раз пытались, и перезахоронить и вывезти. Но одно можно утверждать наверняка, что на начало июня 1926 года мощи Иоанна находились в оцинкованном гробу были сокрыты на глубине 0,8-1,6 метров, а пол был забетонирован.

На Архиерейском Соборе, который был проведен в 1990 году Иоанн был причислен к лику святых. И его останки, которые покоятся под спудом основанном им в Иоанновском монастыре считаются святыми. Нужно сказать, что сам Иоанн при жизни пророчил, что его мощи будут утрачены, но в тяжелые времена для русского народа будут вновь обретены.

В чем помогает молитва Иоанну Кронштадтскому

При жизни святой пророк исцелял очень многих больных. Такие исцеления зачастую происходили через обряд причастия. Те кто не мог посетить святого, получали благословение на исцеление на расстоянии, через письма, телефонные звонки и т.д.

Исцелял пророк через молитву, которая производила невероятный эффект. Сегодня к иконе Кронштадтского люди идут с молитвой прося об исцелении таких недугов как:

  • Тяжелые неизлечимые заболевания,
  • От вредных привычек( алкоголизм, табакокурении, наркомании),
  • От душевных мук.

Для исцеления рекомендуется читать молитву святому следующего содержания:

О, святый праведный отче Иоанне, Всероссийский светильниче и предивный чудотворче! Ты от младенческих лет Богом избран был еси и, духом пламенея, яко истинный пастырь, житием, словом, любовию, верою, чистотою людем послужил еси. Сего ради молим тя, праведный отче: моли Человеколюбца Бога Церковь святую миром и тишиною оградити, землю Российскую во благоденствии сохранити, пастыри благодати и истины преизобильно исполнити, власти умудрити, православное воинство укрепити, немощныя исцелити, развращенный исправити, юныя воспитати, старцы и вдовицы утешити и нам всем во Царствии Небеснем сподобитися со всеми святыми прославляти Отца и Сына и Святаго Духа ныне и присно и во веки веков. Аминь

Господь всегда с Вами!

Смотрите еще и видео о святом пророке Иоанне Кронштадтском:

Мир Перевернулся… ДРУЗЬЯ, НАЖМИТЕ «ПОДЕЛИТЬСЯ», ПУСТЬ ПОБОЛЬШЕ ЛЮДЕЙ узнают об этом!Одна женщина забеременела во второй раз. В принципе, один взрослый ребенок у нее уже был, карьера шла в гору, да и возраст не молодёжный… В итоге решила она прервать беременность. Записалась к врачу на прием … Знакомство в супермаркете Один священник отправился в супермаркет. Когда он разложил продукты на кассе, то услышал за спиной фырканье следующего содержания: «О, смотрите, поп сколько себе понабрал… Учит народ нищете, а сам себе понабрал, чтобы обожраться! Пузо какое отъел…».Это был голос 50-летне… Чудо на Кавказе В 1960 годы при Н. Хрущёве органы КГБ, при содействии армии, планомерно прочесывали Кавказские горы – вылавливали всех, кто там укрывался, в основном монахов и отправляли в исправительные лагеря.В шестидесятые годы я был боевым офицером,имел партийный билет и был начальÐ… Тетя Лена, а можно я не умру? Я знаю, что 97% из вас не добавят эту запись к себе на страницу, но хотя бы 3% моих друзей сделают это. В честь тех, кто умер, и тех, кто борется с раком.— Тетя Лена, а можно я не умру? — мальчик, лежащий на кровати, полностью лишен волос на голове. Кожа зеленоватого оттенка. Он пох…

Икона Иоанна Кронштадтского находится в каждой православной русской церкви. Святой почитаемый многими православными верующими. Ведь он не только во время мирской жизни, но и после кончины творит много чудес и помогает людям обрести покой и счастье.

Чудо. Рассказ ко дню памяти Св. Иоанна Кронштадтского

Игорь Колс

Чудо

«Дивен Бог во святых своих!»

Прокимен службы мученикам

«Во Христе во веки живый,Чудотворче, любовию милуяй в бедах, слыши чада твоя,

верую тя призывающия, щедрыя помощи от тебе чающия, Иоанне Кронштадтский, возлюбленный пастырю наш».

Тропарь, глас 4-й святому праведному отцу Иоанну, Кронштадтскому Чудотворцу.

В сиднейском храме Архангела Михаила служил настоятелем священник тоже по имени Михаил. Исполнилось ему сорок пять лет, и к этому возрасту нажил он пятерых детей, а духовных чад и сосчитать нельзя было. Любили его прихожане за его верность Христу. Служил он добросовестно, отдавая себя полностью молитве, будь то на литургии, молебне или панихиде. Ко всем церковным таинствам относился он с большим вниманием, служа их по всем правилам и с особой тщательностью. Его верная матушка помогала ему во всем, всегда находя время и доброе слово для каждого прихожанина, не оставляя без внимания и своих детей, которых воспитывала в вере в Бога и в любви к ближнему.

Случился в это время и двадцатилетний юбилей пастырской службы отца Михаила, который радостно отметили его прихожане и домочадцы, благодаря батюшку за любовь к ним и искренность.

И только одному дьяволу все это не нравилось, который давно уже раздражался на честного пастыря. В этот же раз захотел он выжить Христову служку со свету. Знал он, что сила Господня особо покрывает сего верного служителя, поэтому начал свое злое дело издалека.

Отец Михаил много ходил пешком, посещая больных и других, нуждающихся в его помощи. И вот враг устроил так, что в один день, когда священник отправился на панихиду на кладбище, заложил ему складку в облачении так, что стало ему натирать бок. А день выдался жаркий, дорога долгая, и ответственный отче так торопился, что не обращал внимания на появившуюся боль.

Отслужив панихиду и вернувшись домой, отец Михаил обнаружил на правом боку покраснение и, решив, что к утру оно угаснет, не стал обращать на него внимания. Утром, позабыв о нездоровье, он отправился по делам и, придя домой к концу дня, заметил, что бок припух и стал пунцовым.

«Что за невидаль такая?» — думал отец Михаил, еще веря, что к следующему дню проблема рассеется.

Однако по вражьей козни состояние батюшки ухудшалось так быстро, что к концу третьего дня жар охватил Христова служителя. Он покрылся потом, его стало лихорадить так, что зуб на зуб не попадал, и все поняли, что нужно искать помощи. Дочь вызвала скорую, матушка промокала пот со лба мужа, а сыновья держали совет, что лучше делать.

В больнице осмотрели больного и уверили родных, что опасности для его жизни нет, решив понаблюдать за симптомами и взять анализы.

Дети не оставляли отца ни на минуту, сменяя уставшую матушку, которая отлучалась домой только для сна. Но к удивлению всех положение пастыря ухудшалось от часу к часу, а на пятый день стали отказывать почки.

Отец Михаил лежал на постели пожелтевший. Глаза его потеряли былую живость и, казалось, он сам понимал, что конец близок. Врачи шептались при входе в палату, украдкой поглядывая на больного. Медсестры то и дело меняли капельницы и трубки, которыми были унизаны обессиленные руки священника. Дети растерянно смотрели по сторонам, будто ища невидимой помощи, a матушка постоянно творила молитву, прося Господа помиловать ее батюшку.

Диагноз был страшный – заражение крови, почечная недостаточность, и врачи признались, что надежды на спасение нет, советуя родным успеть попрощаться.

Дети обступили постель отца и с мокрыми глазами смотрели на его неподвижное тело. Матушка стояла между ними и, не сдаваясь, все настойчивее стучалась к Господу:

«Господи! Сохрани и помилуй моего отца Михаила. Не оставь нас сиротами без батюшки нашего. Как нам без него?»

И вдруг она ясно вспомнила, как читала о безнадежно больных, которые письменно обращались к святому Иоанну Кронштадтскому за исцелением и выздоравливали по его молитвам. Она отошла от постели мужа и, взяв за руку старшего сына, поманила его из палаты.

— Андрей! – обратилась она к нему. – Вези меня скорее в церковь!

— Мама…, — удивился сын, указав глазами на отца.

— Скорее, родной, торопиться надо, — потянула она по коридору сына.

В машине Андрей, заметив серьезный настрой матери, выбирал кратчайший путь к храму, а матушка торопливо писала на листке бумаги записку святому:

«Возлюбленный пастырю наш Иоанне, услыши чада твоя, веруя тя призывающая и щедрые помощи от тебя чающая, любовию своею помилуй мужа моего отца Михаила, во Христе во веки живый, наш Чудотворче».

Вбежав в храм, матушка протянула сыну сложенную вдвое записку со словами:

— Положи в алтаре за икону святого Иоанна Кронштадтского.

Сын быстро выполнил просьбу матери и, спустя полчаса, они шли по больничному коридору с надеждой на чудо.

У входа в палату их встретили врачи. Один из них обратился к матушке:

— Ваш муж ожил, его почки работают!

— Как он чувствует себя? – спросила в волнении матушка.

— Хорошо! – ответили ей врачи в один голос.

Матушка вошла с сыном в палату и увидела мужа с открытыми глазами. Он смотрел на нее с любовью и пониманием. Она взяла его руку и прошептала:

— Миша, это чудо, чудо. Бог сохранил тебя. Я просила Его. Я знаю, что это Он!

В этот момент в палату вошли священники — владыка Павел и отец Николай, приехавшие отслужить молебен за здравие пастыря. Владыка приложил к больному взятую с собой святыню – частицу от честной ризы святого Иоанна Кронштадтского и начал молебен. Матушка и дети стояли сзади и поддерживали их молитвенной помощью.

Когда после молебна все покинули комнату, матушка осталась наедине с мужем.

— Матушка моя, а кто был тот третий священник, что молебен служил? — обратился с живым интересом к жене отец Михаил, приподнявшись в постели.

— Лежи, лежи, батюшка, тебе окрепнуть надо, — заволновалась матушка.

— Да разве ты не видишь, что я здоров? – улыбнулся отец Михаил. – Скажи мне скорее, кто был тот третий священник, которого я не знаю.

Матушка озабоченно взглянула на батюшку, испугавшись, не бредит ли он.

И отец Михаил, поняв ее мысль, рассердился:

— Да что ты, в самом деле!

— Миша, да ведь не было третьего священника. Только владыка да отец Николай с ним, — попыталась объяснить матушка.

— Да как же не было! – воскликнул батюшка. – Я ведь только за ним и наблюдал во время молебна. Благовидный, с окладистой седой бородой. Вижу, что не наш, и удивляюсь, откуда такой пожаловал, да еще молебен о моем здравии служит.

Матушка поняла, что муж в ясном сознании и задумалась, наклонив голову.

— Да, полно тебе матушка тайну из ничего делать. Говори, кто это был. Меня после случившегося ничем не удивишь.

Матушка внимательно посмотрела на мужа, отметив, что он возвращается к жизни прямо на глазах, и спросила серьезно:

— Ты говоришь, что он был с седой бородой?

— Ну, да. Вот с такой…, — изобразил руками отец Михаил, округлив для убедительности глаза.

— Миша, послушай, что я тебе скажу, — обратилась к мужу матушка. – Когда ты, извини, при смерти был, врачи посоветовали нам прощаться с тобой. Дети стоят, плачут, а я смириться с этим никак не могу и все к Господу за помощью обращаюсь. И вспомнился мне вдруг по милости Божьей святой Иоанн, Чудотворец Кронштадтский. Как раньше люди обращались к нему за исцелением, письма писали и при жизни его, и после…. А он исцелял всех с верою обращавшихся к нему и даже иноверцев. И подумала я, как же он не исцелит тебя, как не походатайствует перед Господом, Его угодниче. Ты уже лежал без движения и не дышал будто, а я Андрея за руку схватила и скорей в церковь, к святому Иоанну. По дороге просьбу свою на блокнотном листке записала и велела Андрею за икону святого вложить. А когда в госпиталь вернулись, то узнали, что ты ожил. И сразу же владыка с отцом Николаем на молебен приехали, принеся с собой, не иначе как по Божьему промыслу, часть ризы Чудотворца Кронштадтского, которая на тебе весь молебен и пролежала.

Отец Михаил сидел на кровати, облокотившись на подушку, и внимательно слушал свою матушку. Он вспомнил икону святого Иоанна, что была в алтаре его храма, и Чудотворец предстал пред ним как живой. Он узнал его благородный лик, пронзительные голубые глаза, вьющуюся пышную бороду и произнес, глядя перед собой:

— Господи, как рядом Ты с нами…. Не оставляешь нас… и прославляешь своих верных угодников.

— Батюшка! – ахнула, догадавшись, матушка, прикрыв рот рукой. — Не уж то сам отче Иоанне к тебе пожаловал?

— Он! Он! Матушка! По молитвам твоим! – соединил руки перед собой отец Михаил, потянув за собой трубки от капельниц.

Одна капельница опрокинулась и упала на пол.

В палату вбежали сестры и врач, с удивлением смотря на необычного пациента.

Отец Михаил, освободившись с помощью сестры от иголок и трубок, обвивших его руки, прошелся по палате, потирая запястья, и сказал с ударением на первое слово:

— Настоящее, ведь, чудо, матушка!

В это время в ординаторской сидели врачи, поставившие ему смертельный диагноз, пили чай и разговаривали вполголоса. Пожилой профессор в очках с тонкой, еле заметной оправой, держа в руке чашку с чаем, продолжал разговор:

— Такого в моей практике еще не было…. Чтобы так со смертного одра подняться.

Его коллега, тоже в возрасте, заметил:

— Самое интересное, профессор, что ему по нашим единодушным прогнозам до вечера не дожить было, а он, смотрите, через час — другой по палате ходит!

— Да его можно было бы хоть сегодня выписать! — включился в разговор молодой врач.

— Ну, уж этого мы не допустим, а то сестры над нами смеяться будут, — улыбнулся профессор. – Подержим его с недельку, понаблюдаем.

Святой праведный Иоанн Кронштадтский

Чудеса: Чудеса Божии в наши дни

версия для печати

Я, запасный нижний чин, служил в городе Двинске на военной службе, во время которой жизнь проводил развратно и шел прямым путем на дно ада; наконец я сделался несчастной жертвой заразительной венерической болезни, от которой ощущал ломоту в костях; у меня стягивало руки и ноги и гнили некоторые члены тела. Вскоре я слег совсем в постель и упал духом. Я обратился за помощью к врачам, которые хотя и взялись лечить меня, но болезнь была затянута, и помощи подать мне не могли. Я стал считать себя уже приговоренным к смерти. Домой возвратиться я не хотел, да и боялся, чтобы и их не сделать такими же несчастными, как я сам. Приходила такая мысль в голову: удалиться куда-нибудь на край света к чужим людям и там ожидать конца своей злосчастной жизни. Друзья, зная о моей участи, совсем бросили меня, да и мне некогда было о них думать. Я одно повторял и думал, что нет на свете грешнее и несчастнее меня. Но Милосердный Господь – не хотяй смерти грешника, его обратится и живу быти ему – Сам шел ко мне навстречу, как отец к блудному сыну, послал ко мне своих служителей, истинных последователей учения Христова, ревностных проповедников слова Божия и неустрашимых прославителей светополного и Божественного мужа о. Иоанна Кронштадтского, духовных братьев, имена которых я не спросил, да и не хотел их называть иначе, как служителями Божиими. Они посоветовали мне немедленно поехать в Кронштадт и просить батюшку о. Иоанна о исцелении от своей скверной и неизлечимой болезни и о прощении бесчисленных грехов. Я с радостью принял это предложение и через три дня был уже в Кронштадте, но дорогой батюшка в тот день выехал в Петербург, куда поспешил и я. По приезде в Петербург я нашел дорогого батюшку в своем Иоанновском женском монастыре уже совершившим Божественную литургию. Я стал около монастырских ворот и ожидал, когда дорогой батюшка поедет, чтобы хоть чем-нибудь коснуться его, что мне и удалось: я вскочил в коляску и целовал бесценную его руку, после чего почувствовал в себе такую силу и радость, что бегом добежал до пристани (около 3 верст), на которую поехал , моя радость, дорогой батюшка, несмотря на то что раньше с трудом мог переставлять полусогнутые ноги. Батюшка ехал на одном со мной пароходе; я пробрался на палубу, где сидел он, и со слезами на глазах бросился к ногам милостивого утешителя, подавая письмо, в котором изложены были все мои тяжкие грехи, мучительная болезнь и просьба о помиловании. Он милостиво принял письмо, по прочтении которого поднял свой светлейший взор к небу и творил про себя молитву, после которой обратился ко мне со словами: «Встань и успокойся, все будет тебе». Я встал, но весь горел, как в огне, потом облилось все мое тело, и я верил, что вместе с потом исчезнут все мои мучения; так и было. По приезде в Кронштадт я целую неделю ходил в Андреевский Собор, ежедневно причащаясь Св. Христовых Таин из рук своего милостивого целителя, и, получив напутственное благословение от дорогого батюшки, поехал домой с такой радостью, что не могу выразить своим слабым умом.
В настоящее время я проживаю в городе Двинске, занимаю порядочное место в казенном учреждении и чувствую себя таким же сильным и бодрым, как некогда до злополучной болезни. Но вечно не забуду слова, сказанные мне дорогим милостивым и всезнающим старцем о. Иоанном: «Встань и успокойся. Все будет тебе».

И. Рыболовов

12 февраля 1908
Г. Двинск Витебской губернии

Судьба захоронения святого Иоанна Кронштадтского

Вокруг судьбы гробницы святого Иоанна Кронштадтского в храме-крипте Иоанновского монастыря в Санкт-Петербурге сложилось множество преданий. Мнение о том, что мощей в усыпальнице нет, господствует в Русской Православной Церкви Заграницей. Похожее писал в 1966 г. атеист-кощунник Н. Юдин, излагая почти через 40 лет события 1920-х гг. Однако в обоих случаях не было приведено никаких документальных подтверждений. Иное предание, со ссылками, в числе прочих, на воспоминания Н. Д. Жевахова и монахини Вероники (Врасской-Котляревской), приводит М. В. Шкаровский в своей фундаментальной монографии об истории монастыря. По сообщению Т. И. Орнатской, оно бытовало и среди родственников Кронштадтского пастыря. Представляется, что рассматриваемые ниже документы подтверждают истинность свидетельства о том, что мощи святого Иоанна во все лихолетье почивали на месте его первоначального упокоения и являлись залогом нынешнего возрождения Иоанновской обители.

Настоящая работа затрагивает период 1923–1926 гг. и основана на трех группах источников: архивных делах из ЦГА С.-Петербурга (фонды Ленгубисполкома, ф. 1000, секретный отдел; Ленгорисполкома, ф. 7384, церковный стол; Отдела управления Петрогубисполкома, ф. 1001; Исполкома Петроградского райсовета, ф. 151) – ранее известных (1923 г.) и, прежде всего, сравнительно недавно рассекреченных (1926 г.), а также на газетах того времени. Важность вопроса заставляет вновь вернуться к нему и после выхода в свет книги М. В. Шкаровского и рассмотреть подробнее судьбу мощей святого праведного Иоанна Кронштадтского.

Как известно, отец Иоанн еще в 1904 г. через ходатайство к митрополиту Антонию (Вадковскому) получил разрешение быть погребенным в крипте Свято-Иоанновского монастыря – в порядке исключения из существовавшего законодательства. 23 декабря 1908 г. Кронштадтский пастырь нашел упокоение перед правым клиросом церкви-усыпальницы во имя святых пророка Илии и Царицы Феодоры. Над его могилой, находившейся, что важно отметить, на очень небольшой глубине, была положена массивная мраморная плита с изображением Креста, Святого Евангелия и резной митры из мрамора. В 1911 г. на гробнице был помещен образ преп. Иоанна Рыльского работы академика живописи Н. П. Шаховского. Перед ним горела неугасимая лампада. Могила пользовалась всеобщим почитанием – у нее молились члены Царствующего Дома, более восьмидесяти архиереев (только в 1909 г.), многие тысячи богомольцев со всех концов России. Кроме того, у мощей о. Иоанна происходили исцеления (в 1909 г. отмечено 12 исцелений).

15 августа 1919 г. Петроградским райсоветом было выдано временное свидетельство о регистрации приходской общины Иоанновского монастыря. После кончины 13 июня 1921 г. прот. Димитрия Федорова, настоятелем монастырских церквей стал муж племянницы отца Иоанна Кронштадтского, протоиерей Иоанн Николаевич Орнатский, председатель приходского совета с июля 1920 г. В августе 1922 г. приход примкнул к Петроградской автокефалии, противодействовавшей распространению в епархии обновленчества. Возможно, в связи с этим 10 апреля 1923 г. отдел управления Петроградского райсовета сообщил в приходской совет о немедленном расторжении договора с «двадцаткой» как «нарушающей общественный порядок». 12 мая дела были переданы новой, более близкой властям общине во главе с прот. Иаковом Журавским. Она принадлежала радикальной обновленческой группировке «Петроградский епархиальный комитет группы православного белого духовенства «Живая Церковь». Монастырь, сохранивший верность «старо-церковникам», оказался в положении самоуправляемого, новая «двадцатка» впоследствии даже просила замуровать проход между церковью и обителью. Ключи от усыпальницы находились у старосты А. Г. Тимофеева.

Согласно секретному постановлению Петрогуб-исполкома (ПГИ) от 19–25 мая 1923 г., монастырь надлежало закрыть и использовать его строения «под общественные нужды». В это время власти еще не определили свою политику относительно захоронения отца Иоанна Кронштадтского: видимо, в связи с предстоящим закрытием обители Петроградский райисполком предлагал перезахоронить останки в Новодевичий монастырь, против чего выступили живоцерковники. Особый представитель комитета «Живая Церковь» – сам прот. И. Журавский – был командирован для «решения этого вопроса» «в высшие правительственные инстанции г. Москвы».

Обновленческое Петроградское Епархиальное управление (ПЕУ) в лице прот. А. Боярского занимало не столь однозначную позицию. Губисполком стремился подчеркнуть разногласия среди обновленцев и указывал, что ПЕУ, напротив, «всецело пошло навстречу Губисполкому в вопросе о раскассировании реакционно настроенных против церковного обновления монахинь, свивших себе в стенах Иоанновского монастыря достаточно крепкое гнездо т. н. автокефального движения». По словам Председателя Петрогубисполкома, ПЕУ «также предложило свои услуги» «в вопросе о перенесении праха протоиерея Сергиева, наметив место для захоронения» теперь уже «на кладбище б. Александро-Невской лавры». Прот. Журавский же, «захватив недавно в свои руки эксплуатацию Иоанновского монастыря в смысле обслуживания религиозных потребностей верующих», почувствовал, «что с его ликвидацией уплывают из рук колоссальные доходы… идя в разрез желаниям Петрогр. Епархиального Управления, начал искусственно подбивать верующих к выражению недовольства решением Петрогубисполкома». Однако и прот. А. Боярский 4 июня ходатайствовал в высший Церковный Совет об оставлении монастыря действующим, указывая, что «обновленческое движение должно будет перенести громадные нарекания со стороны многочисленных почитателей почившего пастыря». Мощи остались на месте, но заявления о приостановке решения ПГИ «в интересах обновленческого движения» не возымели эффекта. Как предполагает М. В. Шкаровский, сказалось и «усиление в 1923 г. влияния возглавлявшего петроградские власти председателя Коминтерна Г. Е. Зиновьева, который со своим ближайшим сподвижником Г. Евдокимовым лично выступал за закрытие Иоанновского монастыря». 31 июля Президиум ВЦИК постановил утвердить решение ПГИ. 14 ноября, по словам верующих, «по неизвестным причинам храмы были закрыты и на все попытки узнать о причинах был один ответ – «по распоряжению Исполкома».

Предвидя скорое разорение, прот. Иоанн Орнатский, отставной поручик Е.В.Фиделин (племянник св. Иоанна) и другие его родственники – Гартц и Озерова – 20 ноября обратились с ходатайством «выдать им гроб покойного отца Иоанна для перевезения и погребения на одном из кладбищ г. Петрограда или его пригородов, в ряду других умерших граждан; а также указать, как это сделать: тайно, без оглашения, или открыто». В повторном прошении «вывезти тело умершего пастыря из Иоанновского храма», которое датируется буквально тем же днем, уже фигурирует Смоленское кладбище «или куда пожелают родственники, близкие»: «Остаемся в надежде, что Губернский исполнительный Петроградский комитет отнесется к нашей покорнейшей просьбе благосклонно и разрешит вывезти тело Гражданина РСФСР И. И. Сергиева». Община просит также оставить им в монастыре усыпальницу и храм во имя преп. Иоанна Рыльского.

Стали собирать деньги «на вывоз Батюшки». Мария Трынкина пожертвовала 10000 руб., «Биржевая церковь» – 3050 руб. 26 ноября отец И. Орнатский описывает предполагаемый порядок перенесения останков, назначенного уже на 1 декабря: «Все работы по снятию мраморной плиты и изъятию наверх оцинкованного гроба будут произведены в присутствии представителей власти, родных и друзей покойного накануне в 8 ч. вечера… Официально… не будет сообщаться о дне перенесения тела… Процессия двинется в следующем порядке: впереди крест и фонарь, затем одни священники в облачении (каковым буду я…) затем колесница с гробом. Очень желательно, чтобы в 8 ч. утра… был командирован в бывший монастырь небольшой наряд милиции во избежание могущих произойти каких-либо нежелательных эксцессов. Процессия пройдет по самым малолюдным улицам: Геслеровский пер., Малый пр. П. С., 8-я линия, Камская ул. Тело почившего отца Иоанна будет предано земле в ряду общих могил… будет перенесена с бывшей могилы надгробная мраморная плита вместе с мраморным памятником, в который вставлена икона Преподобного Иоанна Рыльского…» Отдел управления ПГИ выдал отцу Иоанну Орнатскому бумагу с разрешением на перезахоронение. Перенесение останков, однако, было отложено до 8 декабря («Провожающих будет не более 100 человек» – вновь пытаясь успокоить власти, пишет отец Иоанн Орнатский), потом до 28 марта. В марте вместо зачеркнутого «Смоленское кладбище» на разрешительном мандате надписывают «Богословское». Под личную ответственность отца Иоанна Орнатского ему – единственному священнослужителю – 24 марта разрешили сопровождать процессию через Гренадерский мост по ул. Братства, пр. Карла Маркса, Бабурину пер., Лесной ул., Муринскому пр., Алексеевской и Иоанно-Богословской ул. до Богословского кладбища. Власти, кажется, чрезвычайно опасались огласки и скопления почитателей Батюшки: Адмотдел Ленгубисполкома в лице начальника подотдела Ильина опять предложил «сделать распоряжение о принятии решительных мер к недопущению провожающих более указанных 100 человек».

Однако перезахоронения так и не произошло. 27 марта, накануне предполагаемой даты, Ильин сообщил в Петроградский и Выборгский райисполкомы, что «захоронение трупа Иоанна Кронштадтского не состоится ввиду поступившего 26/III заявления родственников последнего, в коем по не зависящим от них причинам отказываются от получения трупа и его захоронения на указанном в отношении кладбище». Перезахоронению препятствовали, вероятно, и сестры монастыря (судя по их позиции в дальнейшем), и обновленческая бывшая «двадцатка», которая уверяла в письмах Смольный, что «на Ленинградской стороне Тихоновская поповщина соединилась с белогвардейцами деникинского и колчаковского режима церковниками» (имелась в виду община отца Иоанна Орнатского) и на деньги от продажи монастырского имущества «хочет… батюшку отца Иоанна перетащить на Смоленское, что делать не полагается и против чего рабочие протестуют. Насупротив вывоза батюшки с его места на Смоленское будут идти и путиловцы и все рабочие и на других заводах. И будут тоже писать в Смольный…»

Возможно также, что здесь не обошлось без поддержки властей, к тому времени осознавших, что перенесение сделает святыню доступной людям. По словам И. К. Сурского, «слуги антихристовы поняли, что на кладбище паломничество к могиле великого праведника и чудотворца нельзя будет удержать и предпочли закрыть доступ в усыпальницу отца Иоанна. Тогда паломники стали класть земные поклоны у переднего угла здания Иоанновского монастыря».

Тем временем вовсю шла разнузданная кампания борьбы с почитанием Всероссийского Пастыря и его мощей. Особенно усердствовала «Красная газета». «Рабочие завода «Электрик» в прошлом году взяли для себя дом общежития Иоанновского монастыря, – писала она 24 мая 1924 г. – Дом черной своры тунеядцев превратился в красную казарму тружеников. Все бы хорошо, да не совсем. Черные тени иоаннитов и белые платочки иоанниток все еще витают около бывшего монастыря. Там в подвале лежит их батя – Иоанн Кронштадтский. Там по-ихнему его мощи, а потому они и ходят туда плакаться и лизать пыльные стены подвала. Не пора ли разрушить старое гнездо черных ворон?». Через два дня сообщалось, что «объединенное заседание коллектива РКП и РКСМ з-да Электрик им. тов. Скороходова выдвигает вопрос об общежитии в б. Ивановском монастыре. – Нам, – говорит тов. Чижов, – присылают грозные письма, будто бы от рабочих Путиловского и Балтийского заводов, в которых нас ругают за то, что мы выслали из монастыря их «сестер». Конечно, никто не поверит тому, что у наших рабочих были сестры в монастырях, и по существу речь идет из-за помещения, вернее, из-за «мощей» Ивана Кронштадтского. Они находятся в подвале и к окнам этого подвала по вечерам совершается целое паломничество. Коллектив определенно заявляет: пора убрать оттуда старый ненужный хлам и уничтожить мракобесие».

Непосредственным шагом к принятию властями окончательного решения о судьбе захоронения послужило то, что почитание святых останков отца Иоанна продолжалось, равно как и попытки спасти их от осквернения. В заявлении от 9 февраля 1926 г. в Ленинградский губисполком, подписанном председателем приходского совета Андреевского собора в Кронштадте И. Тюлькиным, указывалось: «Ввиду закрытия Ленинградского Иоанновского что на р. Карповке женского монастыря, в подвальной церкви которого погребены останки протоиерея Иоанна Ильича Сергиева, Приходской Совет Кронштадтского Андреевского собора обращается в губернский Исполком с ходатайством о разрешении перенести останки почившего Кронштадтского протоиерея в г. Кронштадт для погребения в Андреевском соборе, в подвальном его помещении. Протоиерей Иоанн Ильич Сергиев начал свою службу в Кронштадтском Андреевском соборе и кончил ее в том же соборе, прослужа в нем 53 года. В верующих массах почивший протоиерей был известен под именем Кронштадтского и сейчас в памяти верующих он сохранил за собой звание Кронштадтского. Если обстоятельства заставляют потревожить гробницу прот. Иоанна Сергиева и перенести его останки из усыпальницы упраздненного монастыря, то приходской совет Кронштадтского Андреевского собора, являясь выразителем мнения всего прихода, полагает справедливым, чтобы останки Кронштадтского протоиерея были выданы верующим того собора, где почивший протоиерей прослужил 53 года, и были в нем похоронены».

Власти вновь почувствовали угрозу появления чтимой святыни в действующем храме и решили действовать оперативно. Первая резолюция на заявлении кронштадтцев гласила: «Полагаю совершенно невозможным удовлетворить просьбу. Степанов. 10/II-26 г.». Однако окончательное решение по данному вопросу Степанов предлагал вынести на президиум Райисполкома. Решение это в архиве не обнаружено, но очевидно, что на Президиуме было принято решение о замуровании усыпальницы.

Почти одновременно из Петроградского райисполкома позвонили в ГПУ и 12 февраля переслали туда копию заявления приходского совета. ГПУ уже занималось этим «политически важным» вопросом. Еще 4 февраля в стенах закрытой усыпальницы побывал уполномоченный 3-го отдела следственно-оперативной части Алексей Макаров. К 16 февраля он подготовил доклад для начальника части Леонова следующего содержания (фактическая сторона и правописание – на совести автора): «Ивановский монастырь закрыт, на основании постановления Губисполкома. В течение 2 лет церковное здание монастыря использовано не было. Бывшие обитатели монастыря – монашки, в течение 2-х лет, при содействии небольшой кучки верующих, руководимых антисоветским элементом, старались монастырь открыть вновь, и вновь начать эксплуатацию верующих могилой Ивана Кронштадтского. Все старания при этом были положены на то, чтобы гробница Ивана Кронштадтского сохранилась при монастыре. Они были против и того, чтобы Иван Кронштадтский был перенесен на одно из кладбищ гор. Ленинграда, и когда родственники Ив. Кронштадтского намеривались уже это проделать – монашки запротестовали вплоть до угроз: убить того, кто прикоснется к Ивану Кронштадтскому. Вследствие чего назначенный перевоз Ив. Кронштадтского на Богословское кладбище был приостановлен, в виду отказа св. Орнатского, из-за боязни. В настоящее время церковное и монастырское здания заарендовали Государственным Научно-Мелиоративным Институтом. Производится капитальный ремонт и помещение приспосабливается к институту (снимаются кресты, колокола и пр.). Остается разрешить вопрос с могилой Ивана Кронштадтского. Со стороны института, повидимому, с ведома Петроградского Райисполкома, предложено могилу Ивана Кронштадтского замуровать (проходы заложить кирпичами). 4-го февраля с. г., я, осмотрев помещение, где помещается могила Ив. Кронштадтского, нашел, что вследствие такого предложения Института – прежде всего: 1) теряется до 200 саж. хорошего подвального помещения с бетонированным полом; 2) при замуровке будет замурована часть труб парового отопления, а при порче парового отопления может явиться надобность замуровку разламывать. Кроме сего, оставлять могилу нетронутой, да еще замурованной – это равносильно сохранению могилы. В настоящее время монашки, да и та фанатичная масса верующих, почувствовав, что с занятием монастыря институтом пропадает всякая возможность на эксплуатацию верующей массы могилой Ивана Кронштадтского, вновь возбуждает ходатайство о перенесении гроба Ивана Кронштадтского на одно из Ленинградских кладбищ, чтобы иметь возможность на эксплоатацию. Между тем, с занятием монастыря – Институтом имеется возможность раз и навсегда покончить с могилой Кронштадтского. Для чего мраморную гробницу разобрать, гроб Кронштадтского опустить на глубину 2-х метров, а пол забетонировать, предоставив для Института все подвальное помещение. С переносом гроба Ив. Кронштадтского на одно из кладбищ – появится новое поклонение и не пройдет несколько лет, как на месте захоронения будет выстроена церковь».

Тем временем по инициативе районных властей началась замуровка усыпальницы. «Новая вечерняя газета» 18 февраля сообщала: «После передачи бывшего Иоанновского монастыря Научно-мелиоративному институту среди религиозно настроенных обывателей, у которых еще до сих пор имя Иоанна Кронштадтского окружено ореолом святости, распространился слух, что могила «старца» в монастыре будет разрушена, а самое тело… вывезено неизвестно куда. От некоторых из почитателей «святого батюшки» поступили даже предложения предоставить им право вывезти прах по их усмотрению. Между тем могила… осталась в неприкосновенности и подвал, где она находится, в настоящее время замурован и вход в него закрыт. Любопытно, что многие из почитателей «отца», проходя мимо окон подвала… бросали медные деньги. Окрестные мальчуганы, устроив дежурство для наблюдения за иоаннитами, затем эти копейки спокойно собирали и превращали в леденцы и кинобилеты». Газета умалчивала, что между 13 и 23 февраля из усыпальницы были изъяты для продажи мраморные иконостас и престол, и подобная ретивость районных властей не была одобрена Адмотделом Губисполкома.

16 февраля в Секретариат Президиума Ленгуб-исполкома с грифом «Секретно» были отправлены следующие документы: доклад Макарова с резолюцией Леонова: «Лично тов. Кондратьеву. Полагаю, что давать разрешение на перенос гроба не следует, тем более в Кронштадт. Прошу сообщить ваше мнение», отношение исполкома Петроградского райсовета (вероятно, с решением замуровать вход в крипту) и копия заявления приходского совета Андреевского собора. 23 февраля зам. начальника Адмотдела Ленгубисполкома Трушин и зав. церковным столом Смирнов «ввиду того, что данный вопрос имеет значение политического характера», просят Петроградский райисполком приостановить продажу изъятых им из усыпальницы мраморного иконостаса и престола, «а также подтвердить правильность появившейся заметки в Новой вечерней газете о состоявшемся замуровании указанной усыпальницы».

Вскоре дело стало предметом тайного рассмотрения Малого Президиума – после других вопросов, и с участием представителя Петроградского райисполкома. 26 февраля датирован самый важный для нас документ за подписью самого Председателя Губисполкома, который следует привести целиком: «В секр. дело. М(алый) През(идиум Губисполкома). 26/II с. г. без занесения в протокол решено помещение гробницы Иоанна Кронштадтского замуровать и спустя два-три месяца гроб опустить ниже на два-три аршина, а пол над могилой забетонировать. 27/II 26. Ларионов».

Распоряжение Ларионова носило компромиссный характер и соответствовало представлению ГПУ. Оно предусматривало сокрытие мощей в два этапа, которые следовало осуществить в разное время – немедленно замуровать гробницу (что предлагалось ранее Петроградским райисполкомом, и что уже осуществлялось де-факто), но так, чтобы через два-три месяца ее открыть, перезахоронить гроб на большей глубине и забетонировать пол (что считал нужным сделать уполномоченный ГПУ А. Макаров).

Какие могли быть альтернативные варианты? Перевезти останки, как уже указывалось, означало создать новый очаг почитания Кронштадтского пастыря (в 1926 г., когда уже закрыто, например, большинство домовых церквей и несколько лет не возводятся храмы, сотрудник ГПУ всерьез боится постройки церкви над мощами!). Просто вывезти и уничтожить мощи власти, вероятно, боялись. Сестры не смогли помешать тому, что усыпальницу замуровали, но продолжали охранять ее. По словам послушницы Татьяны Щеголихиной, они «зорко стерегли честные святые мощи дорогого нашего батюшки Иоанна Кронштадтского, хотя они и замурованы в усыпальнице сатанинскими руками». Были живы и родственники св. Иоанна – не случайно власти вынужденно привлекали их в случаях попыток перезахоронения или «замуровки» гробницы.

Следует учесть, что гробница в Иоанновском монастыре являлась могилой, причем совсем недавней и посещаемой близкими. Никакого мнимого разоблачения «обмана церковников», чем пытались оправдать вскрытие мощей, ожидать здесь не приходилось – кроме останков отца Иоанна, в усыпальнице ничего более находиться не могло. Уничтожение же захоронения создало бы юридические проблемы и для беззаконной власти. Даже при повсеместных грабежах и срытии некрополей (а в 1926 г. эпоха такого рода кощунств еще не наступила) формально всегда устанавливался срок для перенесения родственниками останков на действующие кладбища. Здесь, в пределах крипты, без привлечения дополнительного внимания, предполагалось внешне уничтожить гробницу, а, когда страсти улягутся, использовать усыпальницу для практических нужд, на чем настаивало ГПУ и что произошло при последующем ее переоборудовании под бомбоубежище. Нельзя исключить, что и в сердцах врагов Церкви тлела искра Божия – мы не можем отрицать, что и за кощунственными словами могли скрываться иные мотивы. Во всяком случае, здесь Промысл Божий действовал через «Соломоново решение» властей.

Об очень быстром окончании исполнения первой части решения свидетельствует сохранившийся документ – «Акт ликвидации прохода к усыпальнице Иоанна Кронштадтского» от 1 марта 1926 г., в котором сказано: «Сего числа была проведена окончательная замуровка арки прохода в усыпальницу с левой стороны при спуске с лестницы… толщиной в два кирпича (12 вершков). Перед окончательной заделкой в помещение усыпальницы были допущены родственники священника Иоанна Сергиева – священник Орнатский, Орнатская, Макеева. При осмотре гробницы таковая оказалась в неприкосновенности. В помещении усыпальницы в момент окончательной замуровки никаких вещей или предметов не было, за исключением самой гробницы и лежащей на ней маленькой иконы простой работы в мраморной рамке». То, что «усыпальница действительно замурована», подтвердил 11 марта секретарь Петроградского Райисполкома.

Не обнаружены документы об осуществлении второй части распоряжения, но вероятность того, что это произошло, весьма высока. Такого уровня секретные распоряжения, тем более согласованные с ОГПУ, подлежали обязательному исполнению и в связи с этим они, как сами собой подразумевающиеся, могли не быть документированы (хотя поиск соответствующего документа следует продолжить). Акт же об исполнении первой части работ – «замуровке» – связан с присутствием при этом родственников святого Иоанна. Эти работы уже нашли отражение в прессе и вообще должны были получить широкую огласку.

Власти как будто успокоились после марта 1926 г. – никакие другие, более поздние, постановления по поводу гробницы не обнаружены. Подтверждением пребывания св. мощей в усыпальнице в начале 30-х гг., служит обнаруженный М. В. Шкаровским и приводимый им документ – обвинительное заключение по делу сестер Иоанновского монастыря от 19 марта 1932 г., в котором, в частности, говорилось: «Замурованный гроб Иоанна Кронштадтского в подвальном помещении бывшего монастыря прославляли как «святые честные мощи» и распространяли заведомо ложные слухи о том, что якобы гроб этот будет соввластью уничтожен, тем самым верующих злоумышленно вводили в заблуждение, которые толпами ходили к гробу и, молясь на него через «окошечко», всячески поносили соввласть».

О судьбе усыпальницы в 1930-е гг. сведений не обнаружено, но, вероятно, в это время святыня оставалась непотревоженной. Открытое почитание мощей отца Иоанна, как это было в середине 20-х гг., тогда уже не представлялось возможным и осквернять повторно гробницу в целях «антирелигиозной пропаганды» для безбожников не было смысла. Трудно предположить в стенах функционировавшего госучреждения и разграбление мародерами замурованной усыпальницы – там уже не было ничего ценного, мощи же были труднодоступны.

В годы Великой Отечественной войны «храм-усыпальницу размуровали и устроили в нем бомбоубежище. В этот период гробницы уже не существовало, а пол на ее месте был забетонирован (как и было решено 26 февраля 1926 г. Малым Президиумом Ленсовета)… Уже в послевоенное время представители райисполкома на вопрос о судьбе мощей отвечали, что так как почва на месте усыпальницы болотистая, мощи, вероятно, опустились ниже (в такой искаженной форме могла передаться информация о тайном перезахоронении их на 2 метра вглубь под полом храма)», – указывает М. В. Шкаровский.

На сегодняшний день можно утверждать, что в период с конца апреля по начало июня 1926 г. мощи святого Иоанна в оцинкованном гробе (по свидетельству отца И. Орнатского) были сокрыты под полом усыпальницы на глубине 0,8–1,6 м (по распоряжению Ларионова, Макаров рекомендовал на 2 м) и пол забетонирован. Прослеживается аналогия с захоронением святителя Патриарха Тихона в 1992 г., только там мощи были сокрыты самими православными.

На Архиерейском Соборе 1990 г. 8 июня отец Иоанн был причислен к лику святых. Определено было «телесные останки святого праведного Иоанна, покоящиеся под спудом в основанном им Иоанновском монастыре, считать святыми мощами». «Существует пророчество самого святого, что его мощи будут утрачены и затем обретены в трудное для русского народа время. А людей при этом соберется множество: очередь, чтобы приложиться к мощам, будет стоять от Карповки до Александро-Невской лавры». Если будет на то воля Господня, данные сведения в надлежащее время могут помочь свершиться обретению святых мощей величайшего русского праведника прошлого столетия.

А. В. Берташ

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Ныне в каждом православном храме обязательно есть икона Иоанна Кронштадтского – святого, канонизированного Русской Православной церковью. Иоанн Кронштадский еще при жизни прославился своей праведностью, а после кончины сотворил немало чудес.

История жизни св. Иоанна Кронштадского

Дни памяти:

  • 2 января
  • 14 июня — Прославление
  • 1 декабря

Он родился в 1829 году в небогатой семье дьяка. Мальчик рос очень болезненным, плохо учился, но, с самого детства приученный к молитвам, неустанно молился, чтобы Господь даровал ему разум и способность к учению. И вот как-то ночью во время молитвы он ощутил, как его осенила Божья благодать, а с глаз словно спала завеса. С этого момента учеба у него пошла очень успешно, а в Архангельской духовной семинарии даже был лучшим учащимся.

Закончив Санкт-Петербургскую Духовную академию и получив степень кандидата богословия, Иоанн вступил в брак с Елизаветой, дочерью протоиерея Несвицкого. Поразительна история его семейной жизни: Елизавета дала обет девства, даже находясь в браке, и всю свою жизнь супруги прожили в единстве и согласии как брат с сестрой.

После рукоположения Иоанна назначили служить в Андреевском соборе в Кронштадте. В те времена царское правительство ссылало в этот город всякого рода уголовников, которые ютились в подвалах и землянках. Иоанн ежедневно посещал этих отверженных, но не только вел с ними душеспасительные беседы, но и помогал ухаживать за больными, на собственные деньги покупал для них еду и лекарства, а порой даже снимал с себя обувь и рясу, чтобы отдать несчастным. Горожане ежедневно наблюдали этот подвиг милосердия и иногда приносили матушке вещи и обувь, так как видели, что он идет по улице босой.

Иоанн понимал, что его скромных средств не хватит, чтобы помочь всем нуждающимся, и тогда обратился к жителям Кронштадта с просьбой о помощи. На их пожертвования он добился устройства в Кронштадте Дома трудолюбия, где были не только мастерские, но также детский сад, школа, приют, столовая, библиотека, бесплатная лечебница, ночлежный и странноприимный дом.

Его самоотверженная благотворительная деятельность вскоре снискала широкую известность, он получал огромные пожертвования и тратил все эти миллионы на благие цели. Но отца Иоанна заботило не только то, чтобы обеспечить людям нормальные условия существования, но и их душевное здоровье, которое он видел в вере. Храм был для него местом, где скорбящие души могли получить надежду и исцеление, а Литургию он совершал с такой страстью, будто лично беседовал с Богом.

Молитвы, возносимые отцом Иоанном, порой приводили к настоящему чуду, слухи о котором распространялись по Кронштадту, Петербургу, а потом и по всей России. К нему потянулись сотни и тысячи людей; в Андреевском соборе, который мог вместить до семи тысяч молящихся, яблоку негде было упасть, а сам он по 12 часов в день принимал исповеди, и количество пришедших исповедаться ему доходило до шести тысяч.

Сама личность отца Иоанна, его подвижнический труд оказали колоссальное воздействие на все слои общества, его считали Божьим человеком, он стал непререкаемым духовным авторитетом

Особенно способствовала этому его исповедальная книга «Моя жизнь во Христе». Глубоко чтил его и император Александр III, который перед кончиной призвал отца Иоанна к своему смертному ложу. С просьбой помолиться за них ему писали люди не только со всей России, но и из Европы, Америки, Индии.

Скончался Иоанн Кронштадский в 1908 году, кончина его была тихой и мирной.

Молитва иконе

О великий угодниче Христов, святый праведный отче Иоанне Кронштадтский, пастырю дивный, скорый помощниче и милостивый предстателю! Вознося славословие Триединому Богу ты молитвенно взывал: «Имя Тебе Любовь: не отвергни меня заблуждающегося. Имя Тебе Сила: укрепи меня изнемогающего и падающего. Имя Тебе Свет: просвети душу мою, омраченною житейскими страстями. Имя Тебе Мир: умири мятущуюся душу мою. Имя Тебе Милость: не переставай миловать меня».

Ныне благодарная Твоему предстательству всероссийская паства молится тебе: Христоименитый и праведный угодниче Божий! Любовию твоею озари нас, грешных и немощных, сподоби нас, принести достойные плоды покаяния и неосужденно причащатися Святых Христовых Тайн. Силою твоею веру в нас укрепи, в молитве поддержи, недуги и болезни исцели, от напастей, врагов видимых и невидимых избави. Светом лика твоего служителей и предстоятелей алтаря Христова на святые подвиги пастырского делания подвигни, младенцам воспитание даруй, юность настави, старость поддержи, святыни храмов и святые обители озари.

Умири, Чудотворче и Провидче преизряднейший, народы страны нашея, благодатию и даром Святаго Духа избави от междоусобныя брани; рассточенныя собери, прельщенныя обрати и совокупи Святей Твоей Соборной и Апостольской Церкви. Милостию твоею супружества в мире и единомыслии соблюди, монашествующим в делах благих преуспеяние и благословение даруй, малодушныя утеши, страждущих отдухов нечистых свобода, в нуждах и обстояниях сущих помилуй и всех нас на путь спасения настави.

Во Христе живый, отче наш Иоанне, приведи нас к невечернему свету жизни вечныя, да сподобимся с тобою вечного блаженства, хваляще и превозносяще Бога во веки веков. Аминь.

О великий чудотворче и предивный угодниче Божий, богоносне отче Иоанне! Призри на нас и внемли благосердно молению нашему, яко великих дарований сподоби тя Господь, да ходатаем и присным молитвенником за нас будеши. Се бо страстьми греховными обуреваеми и злобою снедаеми, заповеди Божия пренебрегохом, покаяния сердечнаго и слез воздыхания не принесохом, сего ради многим скорбем и печалем достойни явихомся. Ты же, отче праведный, велие дерзновение ко Господу и сострадание к ближним своим имея, умоли Всещедраго Владыку мира, да пробавит милость Свою на нас и потерпит неправдам нашим, не погубит нас грех ради наших, но время на покаяние милостивно нам дарует. О святче Божий, помози нам веру православную непорочно соблюсти и заповеди Божии благочестно сохранити, да не обладает нами всякое беззаконие, ниже посрамится Правда Божия в неправдах наших, но да сподобимся достигнути кончины христианския, безболезненныя, непостыдныя, мирныя и Тайн Божиих причастныя. Еще молим тя, отче праведне, о еже Церкви нашей Святей до скончания века утвержденней быти, Отечеству же нашему мир и пребывание испроси и от всех зол сохрани, да тако народи наши, Богом храними, в единомыслии веры и во всяком благочестии и чистоте, в лепоте духовнаго братства, трезвении и согласии свидетельствуют: яко с нами Бог! В Нем же живем и движемся, и есмы, и прибудем во веки. Аминь.

Праведный Иоанн Кронштадтский

Краткое житие святого праведного Иоанна Кронштадтского.

празднование совершается 20 декабря/2 января

Святой праведный Иоанн Кронштадтский (Иоанн Ильич Сергиев) родился 19 октября 1829 года в бедной семье в селе Суре Архангельской губернии. Думая, что мальчик недолго проживет, его крестили сразу после рождения с именем Иоанн, в честь празднуемого в этот день преподобного Иоанна Рыльского. Но ребенок стал крепнуть и расти. Детство его протекало в крайней бедности и лишениях, но набожные родители заложили в него твердый фундамент веры. Мальчик был тихим, сосредоточенным, любил природу и богослужения.

Когда Иоанну исполнилось девять лет, отец, собрав последние крохи, отвез его в приходское архангельское училище. Трудно давалась ему грамота, из-за чего он сильно скорбел и молил Бога о помощи. В один из таких тяжелых моментов, ночью, когда все воспитанники спали, он встал на молитву и молился особенно горячо. Господь услышал его молитву: божественная благодать осенила его, и, по его собственному выражению, как бы «завеса спала с его очей». Иоанн вспомнил то, что говорилось в классе, и как-то все прояснилось в его уме. С тех пор он стал делать большие успехи в учении. В 1851 году Иоанн Сергиев окончил с отличием семинарию и поступил в Петербургскую духовную академию.

Столица не испортила юношу, он остался таким же религиозным и сосредоточенным, каким был дома. Вскоре умер отец, и, чтобы поддержать мать, Иоанн стал работать в канцелярии академии с жалованием в девять рублей в месяц. Эти деньги полностью отсылались матери. В 1855 году он окончил академию с прекрасными отметками. Молодой выпускник в том же году был рукоположен в иереи и назначен священником Андреевского собора в городе Кронштадте (недалеко от Петербурга).

С первого же дня после своего рукоположения отец Иоанн всецело отдал себя на служение Господу и людям и стал ежедневно служить Божественную Литургию. Он молился, учил людей правильно жить и помогал нуждающимся. Его усердие было поразительно. Поначалу, да и потом, люди нередко осуждали его, смеялись над ним, считая его не вполне нормальным.

На Литургии отец Иоанн молился горячо, требовательно, дерзновенно. В просьбах помолиться он не отказывал никому. И Господь принимал его молитвы. Совершались чудеса: их бесчисленное множество — записанных и незаписанных. К нему стали обращаться за помощью не только жители Кронштадта, но и Петербурга, а затем и со всей России и из-за границы. Письма и телеграммы сотнями приходили в Кронштадт. Отец Иоанн читал их и обычно сразу же горячо молился

Отец Иоанн не был блестящим проповедником, но, говоря просто, ясно, сердечно, от души, он покорял и воодушевлял слушателей. Эти проповеди печатались отдельными выпусками и распространялись в огромном количестве экземпляров по всей России. Было издано и собрание сочинений о. Иоанна, состоящее из нескольких больших томов.

Особой популярностью у верующих пользовался его пастырский дневник «Моя жизнь во Христе». Это был дневник духовной жизни отца Иоанна, запись благодатных мыслей и чувств, которых удостоился он, по его собственным словам, «от просвещающего Духа Божия в минуты глубокого внимания и испытания себя, особенно во время молитвы».

Отец Иоанн был и законоучителем. Причем влияние его на учеников, было неотразимое. Дети его любили. Батюшка был не сухим педагогом, а увлекательным собеседником. Он тепло и задушевно относился к своим ученикам, часто за них заступался, уроков не задавал, на экзаменах не проваливал, а вел простые беседы. Эти беседы на всю жизнь запоминались ученикам. Отец Иоанн как-то особенно умел пробудить живую веру в душе ребенка. На уроках он часто читал жития святых, Библию или рассказывал о своей пастырской деятельности.

Велико было милосердие отца Иоанна с первых же дней его пастырства. Он не гнушался людей, шел по первому зову к самым бедным и опустившимся людям. У них он молился, наставлял и помогал, а часто отдавал последнее, вызывая упреки со стороны близких. Случалось иногда, что, придя в бедную семью и видя нищету и болезни, он сам отправлялся в лавочку или за лекарством в аптеку.

Позже через руки отца Иоанна проходили сотни тысяч рублей. Но он не считал их: одной рукой возьмет, а другой тут же отдаст. Кроме такой непосредственной благотворительности отец Иоанн создал еще и специальную организацию помощи. В 1882 году в Кронштадте был открыт «Дом трудолюбия», в котором была собственная церковь, начальное народное училище для мальчиков и девочек, убежище для сирот, лечебница для приходящих, приют, народная бесплатная читальня, народный дом, дававший пристанище бездомным в количестве до 40 тысяч человек в год, разные мастерские, в которых неимущие могли заработать, народная дешевая столовая, где по праздникам отпускалось до 800 бесплатных обедов, и странноприимный дом.

По инициативе отца Иоанна и при его материальной поддержке была построена спасательная станция на берегу залива. У себя на родине он построил прекрасный храм. Нет возможности перечислить, все места и области, куда простиралась его забота и помощь.

Скончался отец Иоанн 20 декабря 1908 года на восьмидесятом году жизни. Несметная толпа сопровождала его тело из Кронштадта в Петербург, где он похоронен в Иоанновском монастыре, им же основанном. К месту его упокоения со всех концов России стекались молящиеся и постоянно служились панихиды.

Крепкий в вере, горячий в молитве и в своей любви к Господу и ко всем людям, отец Иоанн Кронштадтский получил по милости Божией всероссийское почитание.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *