Мощи Елизаветы Федоровны

Содержание

11 октября – день обретения мощей Великой княгини Елизаветы Феодоровны

  • E-mail

Памятные мероприятия пройдут в этот день в Алапаевске

11 октября Русская Православная Церковь отмечает день обретения мощей Великой княгини Елизаветы Федоровны Романовой. 99 лет назад в этот день из чрева заброшенной шахты были извлечены останки алапаевских мучеников.

Празднование установлено по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла. Памятная дата – 11 октября – с 2017 года внесена в церковный мясецеслов.

В Алапаевске празднование этой даты начнется накануне – 10 октября в 16 часов епископ Каменский и Алапаевский Мефодий возглавит всенощное бдение в храме св. Екатерины (ул. Кронштадтская, 2) .

11 октября в 09-00 час. начнется Литургия архиерейским чином в Свято-Троицком архиерейском подворье (ул. Чайковского, 19).

В 12-20 час. состоится молебен на месте трагической кончины мучеников – мужском монастыре новомучеников и исповедников Церкви Русской. Затем под пение Херувимской песни вокруг шахты на Межной пройдет крестный ход с мощами преподобномученицы Елисаветы и инокини Варвары.

Великая княгиня когда-то молилась здесь, затем почти год пребывала своими нетленными мощами на этой земле, и надеемся, что она не оставит народ Божий и после своей кончины.

Приглашаем почтить память алапаевских мучеников 10-11 октября.

Торжества по случаю праздника Обретения мощей Великой княгини Елизаветы Феодоровны в Алапаевске проходят второй год. В прошлом году памятные мепроприятия состоялись с участием духовенства Каменской епархии.

Пресс-служба Каменской епархии

100 лет назад были обретены мощи святой Елизаветы Федоровны

100-летие обретения мощей святой преподобномученицы Великой княгини Елизаветы Федоровны празднует Церковь в четверг 11 октября 2018 года.

В феврале 1905 года террорист Иван Каляев убил ее мужа, великого князя Сергея Александровича. Карета не успела отъехать далеко от дома, и, когда Елизавета Федоровна услышала взрыв, она тут же выбежала на улицу.

Материал по теме

Елизавета Федоровна: жизнь как “дорога, полная света”

Говорят, ни один художник, писавший портрет великой княгини Елизаветы Федоровны, не оставался доволен своей работой. Красота — ослепительная в реальности — ускользала, когда ее пытались зафиксировать на холсте.

На снегу, залитом кровью, она увидала обрывки одежды, обломки экипажа и… куски тела мужа, с которым она простилась всего несколько минут назад. Своими руками Великая княгиня собрала с мостовой останки Сергея Александровича и уложила их на носилки. А спустя три дня пришла в камеру Бутырской тюрьмы к арестованному террористу и сказала, что прощает его.

Она принесла в камеру Евангелие и икону и просила убийцу покаяться, пожалеть свою душу. В первый раз после гибели Сергея Александровича улыбка озарила лицо Великой княгини, когда ей рассказали, что подаренную икону Каляев положил себе под подушку.

Террориста повесили, невзирая на прошение Великой княгини Елизаветы Федоровны о его помиловании. Через тринадцать лет она точно так же будет просить Господа помиловать пьяных красноармейцев, которые ударами прикладов скинут ее в глубокую шахту заброшенного рудника под Алапаевском…

Мощи святой Елизаветы Федоровны были обретены 28 сентября/11 октября 1918 года в шахте под Алапаевском.

Храм в имении княгини-мученицы Елизаветы Федоровны

На Рублево-Успенском шоссе в селе Усово стоит новый храм иконы Спаса Нерукотворного. С 1882 года хозяевами имения в Усово и соседнем Ильинском стали великий князь Сергей Александрович Романов – московский генерал-губернатор – и его супруга великая княгиня Елизавета Федоровна. В память о святой княгине-мученице из Ильинского к Спасскому храму в Усово ежегодно совершается Елизаветинский крестный ход. В 2018 году он был посвящен столетию мученической кончины Елизаветы Федоровны и Царской семьи.

Первый Елизаветинский крестный ход прошел шестнадцатого сентября 2012 года и стал с тех пор новой ежегодной традицией в Красногорском и Одинцовском районах Подмосковья. Крестный ход начинается с богослужения в храме Ильи Пророка села Ильинское, которое стоит на правом берегу реки Москвы. Затем процессия переправляется через реку на плотах и идет к новой Спасской церкви в Усово, где совершаются молебны, читается акафист преподобномученице Елизавете.

Храмовый комплекс в Усово был возведен в 2010 году, а старая Спасская церковь, хотя и сохранилась, в советские годы оказалась на закрытой территории дома отдыха, а затем правительственной резиденции Ново-Огарево. После кончины последнего усовского священника Константина Махаева церковь закрыли, а позже здание переделали под жилую дачу. В 2000-х годах старому Спасскому храму вернули прежний облик, но доступа к нему нет.

Помолиться владелице Ильинского и Усово святой Елизавете Федоровне можно теперь в доступной для простых верующих новой Спасской церкви. Один из четырех приделов храма посвящен великой княгине, а во дворе установлен бронзовый памятник страстотерпице. К слову, это не единственный памятник Елизавете Федоровне в Подмосковье. В селе Талицы Пушкинского района у храма-часовни Новомучеников и Исповедников Российских стоит скульптурное изображение великой княгини, повторяющее памятник работы В.М. Клыкова у стен Марфо-Мариинской обители в Москве.

Летнее имение Ильинское под Москвой было куплено царем Александром II у Анны Матвеевны Голицыной в 1864 году. В Ильинском тогда уже имелся двухэтажный деревянный господский дом, стоящий на крутом обрыве Москвы-реки, и еще пять отдельных домов-дач с любопытными названиями: «Миловид», «Пойми меня», «Приют для приятелей», «Не чуй горе» и «Обсерватория». Кроме жилых домов в имении находились церковь пророка Ильи, хозяйственные и служебные строения, домик для детей и усадебный театр.

Село Усово стоит на противоположном от Ильинского берегу Москвы-реки и изначально не входило в состав царской дачи. Мысль о покупке соседнего имения возникла случайно во время пребывания императора в Ильинском в 1865 году. Александр II на прогулке заехал в Усово и встретил там престарелую хозяйку села Ольгу Александровну Вельяминову. Царь заговорил с почти восьмидесятилетней помещицей о ее покойном брате Алексее Александровиче Вельяминове, и, видимо, этот приятный разговор с императором подвиг владелицу Усова через министра двора Адлерберга предложить Александру купить ее село, находившееся в бедственном положении. Царь согласился, но предложенная сотрудниками удельного ведомства цена сделки не устроила Вельяминову. Усово было выкуплено уже после смерти старой помещицы у новых владельцев «для увеличения и лучшего устройства имения Ильинского».

После смерти Александра II и царицы Марии Александровны Ильинское и Усово перешло по завещанию матери великому князю Сергею Александровичу. Вскоре в 1884 году состоялась свадьба Сергея Александровича с Елизаветой. Глубокая религиозность супруга сильно повлияла на немецкую принцессу. Через три года после паломнической поездки в Палестину Елизавета приняла сознательное решение перейти из лютеранства в православие, хотя по династическим правилам могла не менять веру.

Ильинское стало любимым местом летнего отдыха Елизаветы Федоровны и Сергея Александровича. В 1890-е годы великий князь построил на другом берегу в Усово каменный зимний особняк. С наступлением осени великокняжеская семья переезжала на плотах Москву-реку из Ильинского в Усово и переселялась в теплый дом.

В 1905 году Сергей Александрович был убит бомбой террориста Каляева. Елизавета Федоровна удалилась от света, посвящала все свои силы и средства делам милосердия. В 1918 году ей самой предстояло умереть от рук революционеров, принять мученическую кончину.

В Усово почитается также священномученик Сергий Махаев – сын последнего священника Спасской церкви Константина Махаева. В 1900 году Сергей Константинович был рукоположен в иерейский сан и стал служить в церкви Иверской иконы Божией Матери в Москве при общине сестер милосердия. Иверская община на Полянке, созданная задолго до знаменитой Марфо-Мариинской обители, находилась под постоянной опекой Елизаветы Федоровны. С 1905 года по просьбе великой княгини знакомый по Усову священник стал духовником сестричества.

Вторая половина XIX века стала периодом зарождения в русском православии мощного движения сестер милосердия. Сергий Махаев описал первых представительниц этого нового для того времени вида христианского служения в книге «Подвижницы милосердия». В книге рассказывается о русских женщинах, отправившихся в 1854 году на фронт Крымской войны, чтобы оказывать помощь раненым солдатам. Его труд представлял собой сборник рассказов о женщинах, служивших ближнему на полях Русско-Турецкой войны, войны с Японией 1905 года, среди прокаженных в грязных юртах Якутского края, каторжников острова Сахалин, во время эпидемий в центральных губерниях.

После революции отец Сергий переводился с одного московского прихода на другой, а в 1937 году оказался в подмосковном Ногинске. Священник недолго послужил в этом городе, в том же году по обвинению в контрреволюционной деятельности он был арестован и затем расстрелян на полигоне в Бутово.

Дмитрий Филин. Памяти св. царственной мученицы Елисаветы Фёдоровны

Родители Елисаветы Феодоровны раздали большую часть своего состояния на благотворительные нужды, а дети постоянно ездили с матерью в госпитали, приюты, дома для инвалидов, принося с собой большие букеты цветов, ставили их в вазы, разносили по палатам больных.
Елисавета с детства любила природу и особенно цветы, которые увлеченно рисовала. У нее был живописный дар, и всю жизнь она много времени уделяла этому занятию. Любила классическую музыку. Все, знавшие Елисавету с детства, отмечали ее религиозность и любовь к ближним. Как говорила впоследствии сама Елисавета Феодоровна, на нее еще в самой ранней юности имели огромное влияние жизнь и подвиги святой Елисаветы Тюрингенской, в честь которой она носила свое имя.
В 1873 году разбился насмерть на глазах у матери трехлетний брат Елисаветы Фридрих. В 1876 г. в Дармштадте началась эпидемия дифтерита, заболели все дети, кроме Елисаветы. Мать просиживала ночами у постелей заболевших детей. Вскоре умерла четырехлетняя Мария, а вслед за ней заболела и умерла сама великая герцогиня Алиса в возрасте 35 лет.
В тот год закончилась для Елисаветы пора детства. Горе усилило ее молитвы. Она поняла, что жизнь на земле — путь Креста. Ребенок всеми силами старался облегчить горе отца, поддержать его, утешить, а младшим своим сестрам и брату в какой-то мере заменить мать.
На двадцатом году жизни принцесса Елисавета стала невестой великого князя Сергея Александровича, пятого сына императора Александра II, брата императора Александра III. Она познакомилась с будущим супругом в детстве, когда он приезжал в Германию со своей матерью, императрицей Марией Александровной, также происходившей из Гессенского дома. До этого все претенденты на ее руку получали отказ: принцесса Елисавета в юности дала обет девства (безбрачия). После откровенной беседы ее с Сергеем Александровичем выяснилось, что он тайно дал обет девства. По взаимному согласию брак их был духовным, они жили как брат с сестрой.

Великий князь Сергей Александрович с супругой Елизаветой Федоровной
Вся семья сопровождала принцессу Елисавету на свадьбу в Россию. Вместо с ней приехала и двенадцатилетняя сестра Алиса, которая встретила здесь своего будущего супруга, цесаревича Николая Александровича.
Венчание состоялось в церкви Большого дворца Санкт-Петербурга по православному обряду, а после него и по протестантскому в одной из гостиных дворца. Великая княгиня напряженно занималась русским языком, желая глубже изучить культуру и особенно веру новой своей родины.
Великая княгиня Елисавета была ослепительно красива. В те времена говорили, что в Европе есть только две красавицы, и обе — Елисаветы: Елисавета Австрийская, супруга императора Франца-Иосифа, и Елисавета Феодоровна.
В 1888 году император Александр III поручил Сергею Александровичу быть его представителем на освящении храма святой Марии Магдалины в Гефсимании, построенного на Святой Земле в память их матери императрицы Марии Александровны. Сергей Александрович уже был на Святой Земле в 1881 году, где участвовал в основании Православного Палестинского Общества, став председателем его. Это общество изыскивало средства для помощи Русской Миссии в Палестине и паломникам, расширения миссионерский работы, приобретения земель и памятников, связанных с жизнью Спасителя.
Узнав о возможности посетить Святую Землю, Елисавета Феодоровна восприняла это как Промысл Божий и молилась о том, чтобы у Гроба Господня Спаситель Сам открыл ей Свою волю.
Великий князь Сергей Александрович с супругой прибыл в Палестину в октябре 1888 года. Храм святой Марии Магдалины был построен в Гефсиманском саду, у подножия Елеонской горы. Этот пятиглавый храм с золотыми куполами и до сего дня — один из красивейших храмов Иерусалима. На вершине Елеонской горы высилась огромная колокольня, прозванная «русской свечой». Увидев эту красоту и благодать, великая княгиня сказала: «Как я хотела бы быть похороненной здесь». Тогда она не знала, что произнесла пророчество, которому суждено исполниться. В дар храму святой Марии Магдалины Елисавета Феодоровна привезла драгоценные сосуды, Евангелие и воздухи.
После посещения Святой Земли великая княгиня Елисавета Феодоровна твердо решила перейти в православие.
3 (25) апреля, в Лазареву субботу, было совершено таинство Миропомазания великой княгини Елисаветы Феодоровны с оставлением ей прежнего имени, но уже в честь святой праведной Елисаветы — матери святого Иоанна Предтечи, память которой Православная церковь совершает 5 (18) сентября. После Миропомазания император Александр III благословил свою невестку драгоценной иконой Нерукотворного Спаса, которую Елисавета Феодоровна свято чтила всю жизнь. Теперь она могла сказать своему супругу словами Библии: «Твой народ стал моим народом, Твой Бог — моим богом!» (Руфь, 1.16).
Когда началась русско-японская война, Елисавета Феодоровна немедленно занялась организацией помощи фронту. Одним из ее замечательных начинаний было устройство мастерских для помощи солдатам — под них были заняты все залы Кремлевского дворца, кроме Тронного. Тысячи женщин трудились над швейными машинами и рабочими столами. Огромные пожертвования поступали со всей Москвы и из провинции. Отсюда шли на фронт тюки с продовольствием, обмундированием, медикаментами и подарками для солдат. Великая княгиня отправляла на фронт походные церкви с иконами и всем необходимым для совершения богослужения. Лично от себя посылала Евангелия, иконки и молитвенники. На свои средства великая княгиня сформировала несколько санитарных поездов.
В Москве она устроила госпиталь для раненых, создала специальные комитеты по обеспечению вдов и сирот погибших на фронте. Но русские войска терпели одно поражение за другим. Война показала техническую и военную неподготовленность России, недостатки государственного управления. Началось сведение счетов за былые обиды произвола или несправедливости, небывалый размах террористических актов, митинги, забастовки. Государственный и общественный порядок разваливался, надвигалась революция.
Сергей Александрович считал, что необходимо принять более жесткие меры по отношению к революционерам и доложил об этом императору, сказав, что при сложившейся ситуации не может больше занимать должность генерал-губернатора Москвы. Государь принял отставку и супруги покинули губернаторский дом, переехав временно в Нескучное.
5 (18) февраля 1905 года Сергей Александрович был убит бомбой, брошенной террористом Иваном Каляевым. Когда Елисавета Феодоровна прибыла к месту взрыва, там уже собралась толпа. Кто-то попытался помешать ей подойти к останкам супруга, но она своими руками собрала на носилки разбросанные взрывом куски тела мужа. После первой панихиды в Чудовом монастыре Елисавета Феодоровна возвратилась во дворец, переоделась в черное траурное платье и начала писать телеграммы, и прежде всего — сестре Александре Феодоровне, прося ее не приезжать на похороны, т.к. террористы могли использовать их для покушения на императорскую чету. Когда великая княгиня писала телеграммы, она несколько раз справлялась о состоянии раненного кучера Сергея Александровича. Ей сказали, что положение кучера безнадежно и он может скоро умереть. Чтобы не огорчить умирающего, Елисавета Феодоровна сняла с себя траурное платье, надела то же самое голубое, в котором была до этого, и поехала в госпиталь. Там, склонившись над постелью умирающего, она, пересилив себя, улыбнулась ему ласково и сказала: «Он направил меня к вам». Успокоенный ее словами, думая, что Сергей Александрович жив, преданный кучер Ефим скончался в ту же ночь.
На третий день после смерти мужа Елисавета Феодоровна поехала в тюрьму, где содержался убийца. Каляев сказал: «Я не хотел убивать вас, я видел его несколько раз и то время, когда имел бомбу наготове, но вы были с ним, и я не решился его тронуть».
— «И вы не сообразили того, что вы убили меня вместе с ним?» — ответила она. Далее она сказала, что принесла прощение от Сергея Александровича и просила его покаяться. Но он отказался. Все же Елисавета Феодоровна оставила в камере Евангелие и маленькую иконку, надеясь на чудо. Выходя из тюрьмы, она сказала: «Моя попытка оказалась безрезультатной, хотя, кто знает, возможно, что в последнюю минуту он осознает свой грех и раскается в нем». Великая княгиня просила императора Николая II о помиловании Каляева, но это прошение было отклонено.
С момента кончины супруга Елисавета Феодоровна не снимала траур, стала держать строгий пост, много молилась. Ее спальня в Николаевском дворце стала напоминать монашескую келью. Вся роскошная мебель была вынесена, стены перекрашены в белый цвет, на них находились только иконы и картины духовного содержания. На светских приемах она не появлялась. Бывала только в храме на бракосочетаниях или крестинах родственников и друзей и сразу уходила домой или по делам. Теперь ее ничто не связывало со светской жизнью.
Она собрала все свои драгоценности, часть отдала казне, часть — родственникам, а остальное решила употребить на постройку обители милосердия. На Большой Ордынке в Москве Елисавета Феодоровна приобрела усадьбу с четырьмя домами и садом. В самом большом двухэтажном доме расположились столовая для сестер, кухня и другие хозяйственные помещения, во втором — церковь и больница, рядом — аптека и амбулатория для приходящих больных. В четвертом доме находилась квартира для священника — духовника обители, классы школы для девочек приюта и библиотека.
10 февраля 1909 года великая княгиня, собрала 17 сестер основанной ею обители, сняла траурное платье, облачилась в монашеское одеяние и сказала: «Я оставлю блестящий мир, где я занимала блестящее положение, но вместе со всеми вами я восхожу в более великий мир —в мир бедных и страдающих».

Великая княгиня Елизавета Федоровна
В основу Марфо-Мариинской обители милосердия был положен устав монастырского общежития. 9 (22) апреля 1910 года в церкви святых Марфы и Марии епископ Трифон (Туркестанов) посвятил в звание крестовых сестер любви и милосердия 17 сестер обители во главе с великой княгиней Елисаветой Феодоровной. Во время торжественной службы епископ Трифон, обращаясь к уже облаченной в монашеское одеяние великой княгине, сказал: «Эта одежда скроет Вас от мира, и мир будет скрыт от Вас, но она в то же время будет свидетельницей Вашей благотворной деятельности, которая воссияет пред Господом во славу Его». Слова владыки Трифона сбылись. Озаренная благодатию Духа Святого деятельность великой княгини осветила огнем Божественной любви предреволюционные годы России и привела основательницу Марфо-Мариинской обители к мученическому венцу вместе с ее келейницей инокиней Варварой Яковлевой.

Инокиня Варвара (Яковлева)
Елисавета Феодоровна организовала дома призрения для сирот, инвалидов, тяжело больных, находила время для посещения их, постоянно поддерживала материально, привозила подарки. Рассказывают такой случай: однажды великая княгиня должна была приехать в приют для маленьких сирот. Все готовились достойно встретить свою благодетельницу. Девочкам сказали, что приедет великая княгиня: нужно будет поздороваться с ней и поцеловать ручки. Когда Елисавета Феодоровна приехала — ее встретили малютки в белых платьицах. Они дружно поздоровались и все протянули свои ручки великой княгине со словами: «целуйте ручки». Воспитательницы ужаснулись: что же будет. Но великая княгиня подошла к каждой из девочек и всем поцеловала ручки. Плакали при этом все — такое умиление и благоговение было на лицах и в сердцах.
«Великая матушка» надеялась, что созданная ею Марфо-Мариинская обитель Милосердия расцветет большим плодоносным древом.
Со временем она собиралась устроить отделения обители и в других городах России.
В годы первой мировой войны трудов у великой княгини прибавилось: необходимо было ухаживать за ранеными в лазаретах. Часть сестер обители была отпущена для работы в полевом госпитале. Первое время Елисавета Феодоровна, побуждаемая христианским чувством, навещала и пленных немцев, но клевета о тайной поддержке противника заставила ее отказаться от этого.
В 1916 году к воротам обители подошла разъяренная толпа с требованием выдать германского шпиона — брата Елисаветы Феодоровны, якобы скрывавшегося в обители. Настоятельница вышла к толпе одна и предложила осмотреть все помещения общины. Господь не допустил погибнуть ей в этот день. Конный отряд полиции разогнал толпу.
Вскоре после Февральской революции к обители снова подошла толпа с винтовками, красными флагами и бантами. Сама настоятельница открыла ворота — ей объявили, что приехали, чтобы арестовать ее и предать суду как немецкую шпионку, к тому же хранящую в монастыре оружие.
На требование пришедших немедленно ехать с ними, великая княгиня сказала, что должна сделать распоряжения и проститься с сестрами. Настоятельница собрала всех сестер в обители и попросила отца Митрофана служить молебен. Потом, обратясь к революционерам, пригласила войти их в церковь, но оставить оружие у входа. Они нехотя сняли винтовки и последовали в храм.
Весь молебен Елисавета Феодоровна простояла на коленях. После окончания службы она сказала, что отец Митрофан покажет им все постройки обители, и они могут искать то, что хотят найти. Конечно, ничего там не нашли, кроме келий сестер и госпиталя с больными. После ухода толпы Елисавета Феодоровна сказала сестрам: «Очевидно мы недостойны еще мученического венца».

Марфо-Мариинская обитель в Москве
В апреле 1918 года, на третий день Пасхи, когда Церковь празднует память Иверской иконы Божией Матери, Елисавету Феодоровну арестовали и немедленно вывезли из Москвы. В этот день святейший патриарх Тихон посетил Марфо-Мариинскую обитель, где служил Божественную Литургию и молебен. После службы патриарх до четырех часов дня находился в обители, беседовал с настоятельницей и сестрами. Это было последней благословение и напутствие главы Российской Православной Церкви перед крестным путем великой княгини на Голгофу.
Почти сразу после отъезда патриарха Тихона к обители подъехала машина с комиссаром и красноармейцами-латышами. Елисавете Феодоровне приказали ехать с ними. На сборы дали полчаса. Настоятельница успела лишь собрать сестер в церкви святых Марфы и Марии и дать им последнее благословение. Плакали все присутствующие, зная, что видят свою мать и настоятельницу в последний раз. Елисавета Феодоровна благодарила сестер за самоотверженность и верность и просила отца Митрофана не оставлять обители и служить в ней до тех пор, пока это будет возможным.
С великой княгиней поехали две сестры — Варвара Яковлева и Екатерина Янышева. Перед тем, как сесть в машину, настоятельница осенила всех крестным знамением.
Узнав о случившемся, патриарх Тихон пытался через различные организации, с которыми считалась новая власть, добиться освобождения великой княгини. Но старания его оказались тщетными. Все члены императорского дома были обречены.
Елисавету Феодоровну и ее спутниц направили по железной дороге в Пермь.
Последние месяцы своей жизни великая княгиня провела в заключении, в школе, на окраине города Алапаевска, вместе с великим князем Сергеем Михайловичем (младшим сыном великого князя Михаила Николаевича, брата императора Александра II), его секретарем — Феодором Михайловичем Ремезом, тремя братьями — Иоанном, Константином и Игорем (сыновьями великого князя Константина Константиновича) и князем Владимиром Палеем (сыном великого князя Павла Александровича). Конец был близок. Матушка-настоятельница готовилась к этому исходу, посвящая все время молитве.
Сестер, сопровождающих свою настоятельницу, привезли в Областной совет и предложили отпустить на свободу. Обе умоляли вернуть их к великой княгине, тогда чекисты стали пугать их пытками и мучениями, которые предстоят всем, кто останется с ней. Варвара Яковлева сказала, что готова дать подписку даже своей кровью, что желает разделить судьбу с великой княгиней. Так крестовая сестра Марфо-Мариинской обители Варвара Яковлева сделала свой выбор и присоединилась к узникам, ожидавшим решения своей участи.
Глубокой ночью 5 (18) июля 1918 г., в день обретения мощей преподобного Сергия Радонежского, великую княгиню Елисавету Феодоровну вместе с другими членами императорского дома бросили в шахту старого рудника. Когда озверевшие палачи сталкивали великую княгиню в черную яму, она произносила молитву, дарованную Распятым на Кресте Спасителем мира: «Господи, прости им, ибо не знают, что делают» (Лк. 23. 34). Затем чекисты начали бросать в шахту ручные гранаты. Один из крестьян, бывший свидетелем убийства, говорил, что из глубины шахты слышалось пение Херувимской. Ее пели новомученики Российские перед переходом в вечность. Скончались они в страшных страданиях, от жажды, голода и ран.

Наземный вид шахты Межной. 1918 год
Великая княгиня упала не на дно шахты, а на выступ, который находился на глубине 15 метров. Рядом с ней нашли тело Иоанна Константиновича с перевязанной головой. Вся переломанная, с сильнейшими ушибами, она и здесь стремилась облегчить страдания ближнего. Пальцы правой руки великой княгини и инокини Варвары оказались сложенными для крестного знамения.

Прпмч. Елизавета Алапаевская
Останки настоятельницы Марфо-Мариинской обители и ее верной келейницы Варвары в 1921 году были перевезены в Иерусалим и положены в усыпальнице храма святой равноапостольной Марии Магдалины в Гефсимании.
Крестовая сестра Марфо-Мариинской обители милосердия, Варвара Яковлева, одной из первых пошла по стопам великой княгини и стала служить ближним и основанной Елисаветой Феодоровной обители. Она была келейницей настоятельницы и одной из самых близких сестер. Но этим не гордилась, оставаясь ласковой и доступной для всех. Близкие Елисаветы Феодоровны хорошо знали ее и называли Варей.
Откуда, и из какой среды пришла в обитель сестра Варвара — нам неизвестно. За своей матушкой-настоятельницей она добровольно пошла на страдание и смерть, исполнив завет Господа: «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (Ин. 5.13).
Преподобномученица инокиня Варвара совершила свой подвиг в возрасте тридцати пяти лет.
Архиерейский Собор Русской Православной Церкви в 1992 году причислил к лику святых новомучеников России преподобномученицу великую княгиню Елизавету и инокиню Варвару, установив им празднование в день кончины — 5 (18) июля.

Ппрпмчцц. Елизавета и инокиня Варвара Алапаевские
Тропарь преподобномученицы великой княгини Елисаветы Феодоровны
глас 1
Смирением достоинство княжеское сокрывши, богомудрая Елисавето, сугубым служением Марфы и Марии Христа почтила еси. Милосердием, терпением и любовию себе предочистивши, яко жертва праведная Богу принеслася еси. Мы же, чтуще добродетельное житие и страдания твоя, яко истинную наставницу усердно просим тя: святая мученице великая княгине Елисавето, моли Христа Бога спасти и просветити души наша.
Кондак преподобномученицы великой княгини Елисаветы Феодоровны
глас 2
Величие подвига веры кто повесть? Во глубине земли, яко в раи светлости, страстотерпица великая княгиня Елисавета со ангелы во псалмех и пениих радовашеся и, убиение претерпевающи, о безбожных мучителех взываше: Господи, прости им грех сей, не ведят бо, что творят. Тоя молитвами, Христе Боже, помилуй и спаси души наша.
Ин кондак преподобномученицы великой княгини Елисаветы Феодоровны
глас 5
От славы царственныя, вземши Крест Христов, прешла еси к славе небесней, молящи врагов, и обрела еси радость вечную, святая мученице княгине Елисавето, с Варварою мученицею. Темже молим вас: молите о душах наших.
Молитва святой преподобномученице великой княгине Елисавете
О святыя новомученицы Российския, великая княгине Елисавето и сестро ея крестовая пречестная инокине Варваро, купно путь свой во мнозех муках скончавшия, евангельския заповеди делом во Обители милосердия совершившия, веры ради православныя подвизающися до смерти в последняя времена сия, и добрый плод в терпении страстей Христу принесшия! Молитеся Ему, яко победителю смерти, да утвердит Церковь Русскую Православную и отечество наше, кровию и страданьми новомучеников искупленныя, и не даст в расхищение врагом России достояния нашего. Се бо лукавый враг вооружися на ны, хотя нас погубити в междоусобных бранех, скорбех, нестерпимых печалех, болезнех, нуждах и бедах лютых. Умолите Господа низложити вся немощныя дерзости их; веру в сердцах людей российских укрепите, да егда найдет на ны испытания час, мужества дар восприимем вашими молитвами, отвергшеся себе и вземше крест свой, последуем, Христу, распинающе плоть свою со страстьми и похотьми. Сохраните нас от всякаго зла, освятите пути жизни нашея, даруйте покаяние нелицемерное, тишину и мир душам нашим, испросите у Господа всем нам мытарств горьких и вечныя муки избавитися и Небесному Царствию наследники быти со всеми святыми, от века угодившими Богу, да радующеся воздадим хвалу, честь и поклонение Отцу и Сыну и Святому Духу во веки веков. Аминь.

День памяти Святой преподобномученицы Великой княгини Елизаветы

18 июля – день памяти преподобномученицы Великой княгини Елисаветы Феодоровны.
Святую преподобномученицу Великую Княгиню Елизавету современники называли самой красивой принцессой в Европе. Она блистала на великосветских балах и… перевязывала гнойные раны бедняков. Она была тонким ценителем поэзии, живописи, музыки и… не боялась площадной брани обитателей Хитрова рынка. У нее было всё – красота, положение в обществе, почет, деньги, дорогие наряды, но после гибели супруга она спрятала свою красоту под скромное одеяние настоятельницы обители труда и милосердия….
Святая преподобномученица великая княгиня Елисавета Феодоровна была вторым ребенком в семье великого герцога Гессен-Дармштадского Людвига IV и принцессы Алисы, дочери королевы английской Виктории, Еще одна дочь этой четы — Алиса станет впоследствии императрицей Российской Александрой Феодоровной. Дети воспитывались в традициях старой Англии.
Детская одежда и еда были самыми простыми. Старшие дочери сами выполняли свою домашнюю работу: убирали комнаты, постели, топили камин. Впоследствии Елисавета Феодоровна говорила: «В доме меня научили всему». Мать внимательно следила за талантами и наклонностями каждого из семерых детей и старалась воспитать их на твердой основе христианских заповедей, вложить в сердца любовь к ближним, особенно к страждущим.
На двадцатом году жизни принцесса Елисавета стала невестой великого князя Сергея Александровича, пятого сына императора Александра II, брата императора Александра III.
Вся семья сопровождала принцессу Елисавету на свадьбу в Россию. Вместо с ней приехала и двенадцатилетняя сестра Алиса, которая встретила здесь своего будущего супруга, цесаревича Николая Александровича.
Венчание состоялось в церкви Большого дворца Санкт-Петербурга по православному обряду, а после него и по протестантскому в одной из гостиных дворца. Великая княгиня напряженно занималась русским языком, желая глубже изучить культуру и особенно веру новой своей родины.
Великая княгиня Елисавета была ослепительно красива. В те времена говорили, что в Европе есть только две красавицы, и обе — Елисаветы: Елисавета Австрийская, супруга императора Франца-Иосифа, и Елисавета Феодоровна.
В 1891 году император Александр III назначил великого князя Сергея Александровича Московским генерал-губернатором. Супруга генерал-губернатора должна была исполнять множество обязанностей — шли постоянные приемы, концерты, балы. Необходимо было улыбаться и кланяться гостям, танцевать и вести беседы независимо от настроения, состояния здоровья и желания. После переезда в Москву Елисавета Феодоровна пережила смерть близких людей: горячо любимой невестки принцессы — Александры (жены Павла Александровича) и отца. Это была пора ее душевного и духовного роста.
Жители Москвы скоро оценили ее милосердное сердце. Она ходила по больницам для бедных, в богадельни, в приюты для беспризорных детей. И везде старалась облегчить страдания людей: раздавала еду, одежду, деньги, улучшала условия жизни несчастных.
После смерти отца она с Сергеем Александровичем поехала по Волге, с остановками в Ярославле, Ростове, Угличе. Во всех этих городах супруги молились в местных храмах.
В июле 1903 года состоялось торжественное прославление преподобного Серафима Саровского. В Саров прибыла вся императорская семья. Императрица Александра Феодоровна молилась преподобному о даровании ей сына. Когда наследник престола родился, по желанию императорской четы престол нижней церкви, построенной в Царском Селе, был освящен во имя преподобного Серафима Саровского.
В Саров приехала и Елисавета Феодоровна с супругом. В письме из Сарова она пишет: » … Какую немощь, какие болезни мы видели, но и какую веру. Казалось, мы живем во времена земной жизни Спасителя. И как молились, как плакали — эти бедные матери с больными детьми, и, слава Богу, многие исцелялись. Господь сподобил нас видеть, как немая девочка заговорила, но как молилась за нее мать …»
Когда началась русско-японская война, Елисавета Феодоровна немедленно занялась организацией помощи фронту. Одним из ее замечательных начинаний было устройство мастерских для помощи солдатам — под них были заняты все залы Кремлевского дворца, кроме Тронного. Тысячи женщин трудились над швейными машинами и рабочими столами. Огромные пожертвования поступали со всей Москвы и из провинции. Отсюда шли на фронт тюки с продовольствием, обмундированием, медикаментами и подарками для солдат. Великая княгиня отправляла на фронт походные церкви с иконами и всем необходимым для совершения богослужения. Лично от себя посылала Евангелия, иконки и молитвенники. На свои средства великая княгиня сформировала несколько санитарных поездов.
В Москве она устроила госпиталь для раненых, создала специальные комитеты по обеспечению вдов и сирот погибших на фронте.
Но надвигалась революция….
Сергей Александрович считал, что необходимо принять более жесткие меры по отношению к революционерам и доложил об этом императору, сказав, что при сложившейся ситуации не может больше занимать должность генерал-губернатора Москвы. Государь принял отставку и супруги покинули губернаторский дом, переехав временно в Нескучное.
Том временем боевая организация эсеров приговорила великого князя Сергея Александровича к смерти. Ее агенты следили за ним, выжидая удобного случая. Елисавета Феодоровна знала, что супругу угрожает смертельная опасность. В анонимных письмах ее предупреждали, чтобы она не сопровождала своего мужа, если не хочет разделить его участь. Великая княгиня тем более старалась не оставлять его одного и, по возможности, повсюду сопровождала супруга.
5 (18) февраля 1905 года Сергей Александрович был убит бомбой, брошенной террористом Иваном Каляевым. Когда Елисавета Феодоровна прибыла к месту взрыва, там уже собралась толпа. Кто-то попытался помешать ей подойти к останкам супруга, но она своими руками собрала на носилки разбросанные взрывом куски тела мужа. После первой панихиды в Чудовом монастыре Елисавета Феодоровна возвратилась во дворец, переоделась в черное траурное платье и начала писать телеграммы, и прежде всего — сестре Александре Феодоровне, прося ее не приезжать на похороны, т.к. террористы могли использовать их для покушения на императорскую чету. Когда великая княгиня писала телеграммы, она несколько раз справлялась о состоянии раненного кучера Сергея Александровича. Ей сказали, что положение кучера безнадежно и он может скоро умереть. Чтобы не огорчить умирающего, Елисавета Феодоровна сняла с себя траурное платье, надела то же самое голубое, в котором была до этого, и поехала в госпиталь. Там, склонившись над постелью умирающего, она, пересилив себя, улыбнулась ему ласково и сказала: «Он направил меня к вам». Успокоенный ее словами, думая, что Сергей Александрович жив, преданный кучер Ефим скончался в ту же ночь.
На третий день после смерти мужа Елисавета Феодоровна поехала в тюрьму, где содержался убийца. Каляев сказал: «Я не хотел убивать вас, я видел его несколько раз и то время, когда имел бомбу наготове, но вы были с ним, и я не решился его тронуть».
— «И вы не сообразили того, что вы убили меня вместе с ним?» — ответила она. Далее она сказала, что принесла прощение от Сергея Александровича и просила его покаяться. Но он отказался. Все же Елисавета Феодоровна оставила в камере Евангелие и маленькую иконку, надеясь на чудо. Выходя из тюрьмы, она сказала: «Моя попытка оказалась безрезультатной, хотя, кто знает, возможно, что в последнюю минуту он осознает свой грех и раскается в нем». Великая княгиня просила императора Николая II о помиловании Каляева, но это прошение было отклонено.
На место убийства мужа Елисавета Феодоровна воздвигла памятник — крест по проекту художника Васнецова. На памятнике были написаны слова Спасителя со Креста: «Отче, отпусти им, не ведят бо что творят».
С момента кончины супруга Елисавета Феодоровна не снимала траур, стала держать строгий пост, много молилась. Ее спальня в Николаевском дворце стала напоминать монашескую келью. Вся роскошная мебель была вынесена, стены перекрашены в белый цвет, на них находились только иконы и картины духовного содержания. На светских приемах она не появлялась. Бывала только в храме на бракосочетаниях или крестинах родственников и друзей и сразу уходила домой или по делам. Теперь ее ничто не связывало со светской жизнью.
Она собрала все свои драгоценности, часть отдала казне, часть — родственникам, а остальное решила употребить на постройку обители милосердия. На Большой Ордынке в Москве Елисавета Феодоровна приобрела усадьбу с четырьмя домами и садом. В самом большом двухэтажном доме расположились столовая для сестер, кухня и другие хозяйственные помещения, во втором — церковь и больница, рядом — аптека и амбулатория для приходящих больных. В четвертом доме находилась квартира для священника — духовника обители, классы школы для девочек приюта и библиотека.
10 февраля 1909 года великая княгиня, собрала 17 сестер основанной ею обители, сняла траурное платье, облачилась в монашеское одеяние и сказала: «Я оставлю блестящий мир, где я занимала блестящее положение, но вместе со всеми вами я восхожу в более великий мир — в мир бедных и страдающих».
Первый храм обители («больничный») был освящен епископом Трифоном 9 (21) сентября 1909 г. (в день празднования Рождества Пресвятой Богородицы) во имя святых жен-мироносиц Марфы и Марии. Второй храм — в честь Покрова Пресвятой Богородицы, освящен в 1911 году (архитектор А.В. Щусев, росписи М.В. Нестерова). Построенный по образцам новгородско-псковского зодчества, он сохранял теплоту и уют небольших приходских церквей. Но, тем не менее, был рассчитан на присутствие более тысячи молящихся. М.В. Нестеров сказал об этом храме: «Храм Покрова — лучший из современных сооружений Москвы, могущий при иных условиях иметь помимо прямого назначения для прихода, назначение художественно-воспитательное для всей Москвы». В 1914 году под храмом была устроена церковь — усыпальница во имя Сил Небесных и Всех Святых, которую настоятельница предполагала сделать местом своего упокоения. Роспись усыпальницы сделал П.Д. Корин, ученик М.В. Нестерова.
В основу Марфо-Мариинской обители милосердия был положен устав монастырского общежития. 9 (22) апреля 1910 года в церкви святых Марфы и Марии епископ Трифон (Туркестанов) посвятил в звание крестовых сестер любви и милосердия 17 сестер обители во главе с великой княгиней Елисаветой Феодоровной. Во время торжественной службы епископ Трифон, обращаясь к уже облаченной в монашеское одеяние великой княгине, сказал: «Эта одежда скроет Вас от мира, и мир будет скрыт от Вас, но она в то же время будет свидетельницей Вашей благотворной деятельности, которая воссияет пред Господом во славу Его». Слова владыки Трифона сбылись. Озаренная благодатию Духа Святого деятельность великой княгини осветила огнем Божественной любви предреволюционные годы России и привела основательницу Марфо-Мариинской обители к мученическому венцу вместе с ее келейницей инокиней Варварой Яковлевой.
В Марфо-Мариинской обители великая княгиня вела жизнь подвижницы. Спала на деревянной кровати без матраца. Строго соблюдала посты, вкушая только растительную пищу. Утром вставала на молитву, после чего распределяла послушания сестрам, работала в клинике, принимала посетителей, разбирала прошения и письма.
Вечером, — обход больных, заканчивающийся за полночь. Ночью она молилась в молельне или в церкви, ее сон редко продолжался более трех часов. Когда больной метался и нуждался в помощи, она просиживала у его постели до рассвета. В больнице Елисавета Феодоровна брала на себя самую ответственную работу: ассистировала при операциях, делала перевязки, находила слова утешения, стремилась облегчить страдания больных.
Сестры обители проходили курс обучения медицинским знаниям. Главной их задачей было посещение больных, бедных, брошенных детей, оказание им медицинской, материальной и моральной помощи.
В больнице обители работали лучшие специалисты Москвы, все операции проводились бесплатно. Здесь исцелялись те, от кого отказывались врачи.
Исцеленные пациенты плакали, уходя из Марфо-Мариинской больницы, расставаясь с «великой матушкой», как они называли настоятельницу. При обители работала воскресная школа для работниц фабрики. Любой желающий мог пользоваться фондами прекрасной библиотеки. Действовала бесплатная столовая для бедных.
Настоятельница Марфо-Мариинской обители считала, что главное все же не больница, а помощь бедным и нуждающимся. Обитель получала до 12000 прошений в год. О чем только ни просили: устроить на лечение, найти работу, присмотреть за детьми, ухаживать за лежачими больными, отправить на учебу за границу.
Она находила возможности для помощи духовенству — давала средства на нужды бедных сельских приходов, которые не могли отремонтировать храм или построить новый. Она ободряла, укрепляла, помогала материально священникам — миссионерам, трудившимся среди язычников крайнего севера или инородцев окраин России.
Елисавета Феодоровна организовала дома призрения для сирот, инвалидов, тяжело больных, находила время для посещения их, постоянно поддерживала материально, привозила подарки. Рассказывают такой случай: однажды великая княгиня должна была приехать в приют для маленьких сирот. Все готовились достойно встретить свою благодетельницу. Девочкам сказали, что приедет великая княгиня: нужно будет поздороваться с ней и поцеловать ручки. Когда Елисавета Феодоровна приехала — ее встретили малютки в белых платьицах. Они дружно поздоровались и все протянули свои ручки великой княгине со словами: «целуйте ручки». Воспитательницы ужаснулись: что же будет. Но великая княгиня подошла к каждой из девочек и всем поцеловала ручки. Плакали при этом все — такое умиление и благоговение было на лицах и в сердцах.
Великой княгине была присуща исконно русская любовь к паломничеству.
Не раз ездила она в Саров и с радостью спешила в храм, чтобы помолиться у раки преподобного Серафима. Ездила она во Псков, в Оптину пустынь, в Зосимову пустынь, была в Соловецком монастыре. Посещала и самые маленькие монастыри в захолустных и отдаленных местах России. Присутствовала на всех духовных торжествах, связанных с открытием или перенесением мощей угодников Божиих. Больным паломникам, ожидавшим исцеления от новопрославляемых святых, великая княгиня тайно помогала, ухаживала за ними. В 1914 году она посетила монастырь в Алапаевске, которому суждено было стать местом ее заточения и мученической смерти.
Она была покровительницей русских паломников, отправлявшихся в Иерусалим. Через общества организованные ею, покрывалась стоимость билетов паломников, плывущих из Одессы в Яффу. Она построила также большую гостиницу в Иерусалиме.
Еще одно славное деяние великой княгини — постройка русского православного храма в Италии, в городе Бари, где покоятся мощи святителя Николая Мир Ликийского. В 1914 году был освящен нижний храм в честь святителя Николая и странноприимный дом.
В годы первой мировой войны трудов у великой княгини прибавилось: необходимо было ухаживать за ранеными в лазаретах. Часть сестер обители была отпущена для работы в полевом госпитале. Первое время Елисавета Феодоровна, побуждаемая христианским чувством, навещала и пленных немцев, но клевета о тайной поддержке противника заставила ее отказаться от этого.
Вскоре после Февральской революции к обители подошла толпа с винтовками, красными флагами и бантами. Сама настоятельница открыла ворота — ей объявили, что приехали, чтобы арестовать ее и предать суду как немецкую шпионку, к тому же хранящую в монастыре оружие.
На требование пришедших немедленно ехать с ними, великая княгиня сказала, что должна сделать распоряжения и проститься с сестрами. Настоятельница собрала всех сестер в обители и попросила отца Митрофана служить молебен. Потом, обратясь к революционерам, пригласила войти их в церковь, но оставить оружие у входа. Они нехотя сняли винтовки и последовали в храм.
Весь молебен Елисавета Феодоровна простояла на коленях. После окончания службы она сказала, что отец Митрофан покажет им все постройки обители, и они могут искать то, что хотят найти. Конечно, ничего там не нашли, кроме келий сестер и госпиталя с больными. После ухода толпы Елисавета Феодоровна сказала сестрам: «Очевидно мы недостойны еще мученического венца».
Весной 1917 года к ней приехал шведский министр по поручению кайзера Вильгельма и предложил ей помощь в выезде за границу. Елисавета Феодоровна ответила, что решила разделить судьбу страны, которую считает своей новой родиной и не может оставить сестер обители в это трудное время.
Никогда не было за богослужением в обители столько народа как перед октябрьским переворотом. Шли не только за тарелкой супа или медицинской помощью, сколько за утешением и советом «великой матушки». Елисавета Феодоровна всех принимала, выслушивала, укрепляла. Люди уходили от нее умиротворенными и ободренными.
После заключения Брест-Литовского мира германское правительство добилось согласия советской власти на выезд великой княгини Елисаветы Феодоровны за границу. Посол Германии граф Мирбах дважды пытался увидеться с великой княгиней, но она не приняла его и категорически отказалась уехать из России. Она говорила: «Я никому ничего дурного не сделала. Буди воля Господня!»
Спокойствие в обители было затишьем перед бурей. Сначала прислали анкеты — опросные листы для тех, кто проживал и находился на лечении: имя, фамилия, возраст, социальное происхождение и т.д. После этого были арестованы несколько человек из больницы. Затем объявили, что сирот переведут в детский дом. В апреле 1918 года, на третий день Пасхи, когда Церковь празднует память Иверской иконы Божией Матери, Елисавету Феодоровну арестовали и немедленно вывезли из Москвы. В этот день святейший патриарх Тихон посетил Марфо-Мариинскую обитель, где служил Божественную Литургию и молебен. После службы патриарх до четырех часов дня находился в обители, беседовал с настоятельницей и сестрами. Это было последней благословение и напутствие главы Российской Православной Церкви перед крестным путем великой княгини на Голгофу.
Почти сразу после отъезда патриарха Тихона к обители подъехала машина с комиссаром и красноармейцами-латышами. Елисавете Феодоровне приказали ехать с ними. На сборы дали полчаса. Настоятельница успела лишь собрать сестер в церкви святых Марфы и Марии и дать им последнее благословение. Плакали все присутствующие, зная, что видят свою мать и настоятельницу в последний раз. Елисавета Феодоровна благодарила сестер за самоотверженность и верность и просила отца Митрофана не оставлять обители и служить в ней до тех пор, пока это будет возможным.
С великой княгиней поехали две сестры — Варвара Яковлева и Екатерина Янышева. Перед тем, как сесть в машину, настоятельница осенила всех крестным знамением.
Узнав о случившемся, патриарх Тихон пытался через различные организации, с которыми считалась новая власть, добиться освобождения великой княгини. Но старания его оказались тщетными. Все члены императорского дома были обречены.
Елисавету Феодоровну и ее спутниц направили по железной дороге в Пермь.
Последние месяцы своей жизни великая княгиня провела в заключении, в школе, на окраине города Алапаевска, вместе с великим князем Сергеем Михайловичем (младшим сыном великого князя Михаила Николаевича, брата императора Александра II), его секретарем — Феодором Михайловичем Ремезом, тремя братьями — Иоанном, Константином и Игорем (сыновьями великого князя Константина Константиновича) и князем Владимиром Палеем (сыном великого князя Павла Александровича). Конец был близок. Матушка-настоятельница готовилась к этому исходу, посвящая все время молитве.
Сестер, сопровождающих свою настоятельницу, привезли в Областной совет и предложили отпустить на свободу. Обе умоляли вернуть их к великой княгине, тогда чекисты стали пугать их пытками и мучениями, которые предстоят всем, кто останется с ней. Варвара Яковлева сказала, что готова дать подписку даже своей кровью, что желает разделить судьбу с великой княгиней. Так крестовая сестра Марфо-Мариинской обители Варвара Яковлева сделала свой выбор и присоединилась к узникам, ожидавшим решения своей участи.
Глубокой ночью 5 (18) июля 1918 г., в день обретения мощей преподобного Сергия Радонежского, великую княгиню Елисавету Феодоровну вместе с другими членами императорского дома бросили в шахту старого рудника. Когда озверевшие палачи сталкивали великую княгиню в черную яму, она произносила молитву, дарованную Распятым на Кресте Спасителем мира: «Господи, прости им, ибо не знают, что делают» (Лк. 23. 34). Затем чекисты начали бросать в шахту ручные гранаты. Один из крестьян, бывший свидетелем убийства, говорил, что из глубины шахты слышалось пение Херувимской. Ее пели новомученики Российские перед переходом в вечность. Скончались они в страшных страданиях, от жажды, голода и ран.
Великая княгиня упала не на дно шахты, а на выступ, который находился на глубине 15 метров. Рядом с ней нашли тело Иоанна Константиновича с перевязанной головой. Вся переломанная, с сильнейшими ушибами, она и здесь стремилась облегчить страдания ближнего. Пальцы правой руки великой княгини и инокини Варвары оказались сложенными для крестного знамения.
Останки настоятельницы Марфо-Мариинской обители и ее верной келейницы Варвары в 1921 году были перевезены в Иерусалим и положены в усыпальнице храма святой равноапостольной Марии Магдалины в Гефсимании.
Архиерейский Собор Русской Православной Церкви в 1992 году причислил к лику святых новомучеников России преподобномученицу великую княгиню Елизавету и инокиню Варвару, установив им празднование в день кончины — 5 (18) июля.
В тяжелые мятежные дни 17-го года, когда рушились устои былой России, когда готовились в лице Государя убить русскую государственность, когда все святое подвергалось поруганию, Великая княгиня Елисавета писала, что именно тогда она почувствовала, до какой степени “Православная Церковь является настоящей Церковью Господней. Я испытала такую глубокую жалость к России и к ее детям,– пишет она,– которые в настоящее время не знают, что творят. Разве это не больной ребенок… Хотелось бы понести его страдания, научить его терпению, помочь ему… Святая Россия не может погибнуть. Но Великой России, увы, больше нет”.
Великая княгиня Елисавета, новомученица.
По материалам сайта Православие.ру

Статьи

1864 — 1918

«Я на тебя гляжу, любуясь ежечасно: Ты так невыразимо хороша!
О, верно, под такой наружностью прекрасной такая же прекрасная душа!».

Эти строки Великий князь Константин Романов, писавший под псевдонимом КР, посвятил Елизавете Фёдоровне Романовой. КР был не одинок в своём мнении. В конце 19 века считалось, что в Европе есть только две красавицы. Одна из них Елизавета Фёдоровна. А о доброте её души складывали легенды.

Когда-то немецкую принцессу Елизавету Гессен-Дармштадскую, называли просто Эллой. Младшей сестрой Эллы была Алиса – будущая императрица России Александра Фёдоровна. Любовь к ближним воспитывалась в девочках с детства. Их родители занимались благотворительностью и привили дочерям чувство сострадания к чужому горю.

В 20 лет Элла стала женой сына императора России – Великого князя Сергея Александровича. Она приняла православие, полюбила русское богослужение. И как говорили современники, из холодноватой немецкой красавицы превратилась в одухотворённую, светящуюся внутренним светом женщину.

Когда Сергея Александровича назначили генерал-губернатором Москвы, у Елизаветы Фёдоровны появилось много новых обязанностей и новых знакомств в высшем обществе. Но с гораздо большей радостью она отдавалась не светским развлечениям, а делам милосердия: посещала больницы и дома престарелых. Покупала несчастным людям еду, лекарства, одежду.

Нищие дети, которых много было в Москве, особенно больно ранили сердце Романовой. И она организовала благотворительное общество, помогающее сиротам. 25 лет оно спасало детей, строя для них ясли и приюты.

Грянула Русско-Японская война. И залы Кремлёвского дворца, по воле Великой княгини, превратились в место сбора денег, медикаментов и обмундирования. В каждую солдатскую посылку Елизавета Фёдоровна лично от себя вкладывала иконку и Евангелие. Когда в Москву стали прибывать раненые, их помещали в госпиталь, открытый Великой Княгиней.

Казалось бы, судьба должна была наградить её за редкий дар любви и милосердия. Но Елизавету Фёдоровну ждал страшный удар – смерть мужа от руки террориста. Великая княгиня нашла в себе силы простить убийцу. Но в свет уже не вернулась. Купила усадьбу на Малой Ордынке и основала Марфо-Мариинскую обитель милосердия. Построила на её территории два храма, помещения для сестёр, больницу, богадельню и приют.

Не перечислить всех добрых дел, которые совершила Великая княгиня. Она ухаживала за больными, ассистировала при операциях. Больница обители считалась лучшей в Москве. «Великая матушка», как пациенты называли Елизавету Фёдоровну, спала по три часа в сутки, просиживая ночами у постелей бедняков.

Вся Москва любила Великую княгиню. Она бывала даже на Хитровом рынке – опаснейшем месте города. Ходила от притона к притону, собирала детей-сирот. Полиция не могла гарантировать безопасность Елизавете Фёдоровне. Но обитатели Хитровки не смели обижать «сестру Елисавету», как они ласково её называли.

Она надеялась на то, что со временем отделения Марфо-Мариинской обители откроются по всей России. Но времени уже не оставалось. Ни у обители, ни у настоятельницы, ни у России. После революции Елизавету Фёдоровну арестовали, как «немецкую шпионку и сестру императрицы». Она могла спастись, но отказалась уезжать за границу, сказав: «Я никому ничего дурного не сделала. Буди воля Господня!». В 1918 году Елизавету Фёдоровну казнили.

В конце 20 века на территории Марфо-Мариинской обители поставили памятник Елизавете Романовой. Русская православная церковь причислила её к лику святых. Но русский народ назвал Великую княгиню святой ещё при жизни и говорил о ней, как о светлом ангеле Москвы, который всю жизнь заботился о тех, кому нужна помощь.

Мощи Елизаветы Федоровны переданы Марфо-Мариинской обители

К началу торжеств, посвященных столетию основания Марфо-Мариинской обители, в Покровский собор прибыли принцесса Баденская Маргарита (ближайшая из ныне здравствующих родственников Елизаветы Федоровны) в сопровождении принца Эфиопского, председатель попечительского совета Фонда Андрея Первозванного и Центра национальной славы, президент ОАО «РЖД» Владимир Якунин, председатель Мосгордумы Владимир Платонов, первый заместитель мэра в правительстве Москвы Владимир Ресин, потомки известных российских дворянских домов, постоянные прихожане Покровского храма, воспитанницы приюта Марфо-Мариинской обители, учащиеся и преподаватели православной гимназии, участники программы возрождения обители.

О великой княгине

Великая княгиня Елизавета Федоровна (1864-1918) была сестрой императрицы Александры Федоровны, дочерью великого герцога Гессен-Дармштадтского Людвига IV из прусской династии Гогенцоллернов, внучкой британской королевы Виктории и родственницей католической святой XIII века Елизаветы Тюрингенской, одной из родоначальниц Гессенского и Саксонского дома.

В девятнадцатилетнем возрасте она вышла замуж за великого князя Сергея Александровича Романова, генерал-губернатора Москвы и приняла православие.

Сегодня преподобномученицу Елизавету Федоровну можно назвать одной из самых почитаемых святых Русской православной церкви, ее иконы появились во многих храмах в России и за рубежом.

Еще при жизни Елизавету Федоровну прозвали в народе «великой матушкой». Она опекала военные лазареты, сирот, женскую гимназию, общество слепых и многие другие благотворительные организации, вместе с великим князем заботилась об Императорском православном палестинском обществе.

После убийства мужа террористом Каляевым, которого Елизавета Федоровна сумела простить, она основала в Замоскворечье, на улице Большая Ордынка, уникальную Марфо-Мариинскую обитель милосердия. Обитель начала свою деятельность в 1909 году. Елизавета Федоровна стала ее первой настоятельницей и вместе с сестрами ухаживала за больными и ранеными во время Первой мировой войны.

После революции княгиня отказалась покинуть Россию и была арестована весной 1918 года. На следующий день после расстрела царской семьи, 18 июля 1918 года, Елизавета Федоровна вместе с верной сподвижницей инокиней Варварой и другими мучениками была сброшена живьем в Нижне-Селимскую шахту под Алапаевском в Свердловской области.

Останки Елизаветы Федоровны к январю 1921 года были переправлены в Иерусалим и погребены в Гефсимании в склепе под храмом святой Марии Магдалины, принадлежащем Русской зарубежной церкви.

Русская зарубежная церковь причислила Елизавету Федоровну к лику святых в 1981 году, Церковь в Отечестве — в 1992 году.

Великая княгиня Елизавета Федоровна, имея высокий статус в обществе, осталась смиренной и верной христианкой. Будучи с рождения лютеранкой, она смогла разглядеть в православии истинную живую веру. Приняв православие, она со смирением несла свой крест: была верной женой и просто хорошим человеком. В конце жизни Господь сподобил ее принять мученическую смерть.

Теперь княгиню почитают в лике святых, и с верой и молитвой идут к месту, где хранятся мощи княгини.

История обретения мощей

Начало XX века стало кровавым как для Российской империи, так и для остального мира.

В этот период княгиня в письмах к родным и близким часто вспоминала о том, как неспокоен русский народ. Рабочий класс не желал видеть царя у власти. После смерти супруга княгиня решает посвятить свою жизнь служению Христу.

Икона преподобномученицы Елизаветы Федоровны

Елизавета Федоровна купила часть земли на Большой Ордынке. Здесь в 1909 году она организовала центр милосердия для бедных и сирот. Здесь она и хотела получить место последнего пристанища, но воля Господа была иной. Княгиня отказалась покидать страну после прихода к власти большевиков. Как следствие, в мае 1918 году она и еще несколько инокинь были арестованы.

18 июля 1918 года большевики скинули ее и еще нескольких представителей царской семьи в шахту около Алапаевска. Они скончались от голода и полученных ран.

После прихода белогвардейцев тела были извлечены. В кладбищенской церкви совершили отпевание, но уже скоро тела пришлось переправить на Восток. Из Пекина, а потом из Шанхая останки были доставлены в Иерусалим. Рака с мощами была установлена в церкви святой Марии Магдалины в Гефсимании. Этот храм был построен в память императрицы Марии Александровны, матери князя Сергия Александровича.

Канонизация произошла в 1981 году. По сей день мощи святой находятся в Иерусалиме. День памяти преподобномученицы Елизаветы Федоровны совершается 15 июля, в день кончины.

Интересно! Княгиня вела благочестивую жизнь, всегда помогала бедным, при этом не превозносясь над ними. Она простила убийцу своего мужа, написав прошение императору о помиловании.

В чем помогает прошение и как молиться мощам

У православных христиан возникла традиция молиться определенным святым в определенных ситуациях. Так, при болезнях молятся великомученику Пантелеймону, помощи в торговле просят у святого великомученика Иоанна Сочавского. Ведь первый был связан с врачеванием при своей земной жизни, а второй — с торговлей.

Чем же примечательна жизнь Елизаветы Федоровны? Она была верной женой и христианкой. У нее можно просить помощи при семейных проблемах или во время ослабления веры.

Синод РПЦ утвердил тропарь и кондак святой, которые официально используются во время Богослужений в день памяти. Их читают и простые миряне, когда молитвенно обращаются к святой.

Тропарь

Смирением достоинство княжеское сокрывши, богомудрая Елисавето, сугубым служением Марфы и Марии Христа почтила еси. Милосердием, терпением и любовию себе предочистивши, яко жертва праведная Богу принеслася еси. Мы же, чтуще добродетельное житие и страдания твоя, яко истинную наставницу усердно просим тя: святая мученице великая княгине Елисавето, моли Христа Бога спасти и просветити души наша.

Кондак

Величие подвига веры кто повесть? Во глубине земли, яко в раи светлости, страстотерпица великая княгиня Елисавета со ангелы во псалмех и пениих радовашеся и, убиение претерпевающи, о безбожных мучителех взываше: Господи, прости им грех сей, не ведят бо, что творят. Тоя молитвами, Христе Боже, помилуй и спаси души наша.

Мощи святой княгини Елизаветы Федоровны

Святая княгиня Елисавета Феодоровна: история покровительницы филантропов

Ковчег с десницей святой преподобномученицы Великой княгини Елисаветы Феодоровны и с частицей мощей преподобномученицы инокини Варвары 19 мая прибывает в Минск из Знаменского Синодального собора.

Святая Елисавета является одной из величайших подвижниц XX века, покровительницей благотворителей, врачей и сотрудников социальных служб.

Верующие обращаются к Елисавете с просьбами об избавлении от болезни, о духовной помощи в различных ситуациях, за благословением детей, семьи.

Биография

Святая преподобномученица Великая княгиня Елисавета родилась в 1864 году в семье великого герцога Гессен-Дармштадтского Людвига IV и принцессы Алисы, она стала второй дочерью.

В возрасте 20 лет принцесса вышла замуж за князя Сергея Александровича — брата российского императора Александра III, венчание проходило по православному обряду в храме Большого дворца Санкт-Петербурга. Князь был глубоко верующим человеком: строго соблюдал все церковные каноны.

Елисавета Феодоровна (Елизавета Федоровна) усиленно изучала русский язык, а потому в совершенстве владела им, посещала православные богослужения, при этом исповедуя лютеранство. В 1888 году вместе с супругом совершила паломничество в Святую землю. В 1891 году приняла православие, хотя это далось княгине нелегко: Елисавета просила благословение на возможность перейти в православие. Однако отец в ответ написал ей письмо, в котором указал, что подобное решение причиняет ему боль и что он не может благословить свою дочь. Несмотря на это, великая княгиня все-таки приняла решение принять православие.

Спустя год, в 1892-м, организовала Елисаветинское благотворительное общество. Спустя небольшое количество времени во всех уездных городах Московской губернии и при всех московских церковных приходах были образованы Елисаветинские комитеты.

© Sputnik / Генерал-губернатор Москвы Великий князь Сергей Александрович (сидит справа), его супруга Елизавета Федоровна (2-я слева) и Николай II (стоит слева). Репродукция снимка 1900 года.

В 1904 году, когда началась русско-японская война, Елисаветой Феодоровной был организован Особый комитет помощи воинам — при нем в Большом Кремлевском дворце был создан склад пожертвований в пользу воинов.

4 февраля 1905 года муж княгини Сергей Александрович был убит революционером и террористом Иваном Каляевым. На месте смерти супруга Елисавета Феодоровна воздвигла памятник в виде креста, который был сделан по проекту художника Васнецова. На памятнике были написаны слова «Отче, отпусти им, не ведят бо, что творят».

После гибели супруга Елисавета Феодоровна приобрела усадьбу, где было четыре дома и большой сад. Там она основала в 1909 году Марфо-Мариинскую обитель милосердия.

Сестры, которые жили в обители, приносили обет целомудрия, послушания и нестяжания (отрицание не только земных богатств, но и любого имущества). Тем не менее, спустя некоторое время можно было выйти из обители и создать семью.

В обители княгиня вела подвижническую жизнь: днем обходила бедные кварталы, а по ночам ухаживала за тяжелобольными людьми и молилась.

Люди отмечали, что, несмотря на высокое положение, княгиня никогда не ставила себя выше людей из трущоб и бедняков.

Во время Первой мировой войны активно помогала русской императорской армии: раненым солдатам, военнопленным в госпиталях.

В 1916 году княгиня лично принимала участие в проектировании и строительстве первого протезного завода в Москве.

Гибель княгини

Несмотря на приход большевиков ко власти, Елисавета Феодоровна продолжала подвижническую деятельность. 7 мая 1918 года, на третий день после Пасхи, по личному распоряжению Феликса Дзержинского была арестована чекистами и латышскими стрелками. Была заключена под стражу и выслана из Москвы в Пермь.

В том же месяце Елисавету, как и других представителей дома Романовых, перевезли в Екатеринбург, а чуть позже — в Алапаевск. Последние месяцы своей жизни Елисавета провела в заключении.

В ночь на 18 июля 1918 года княгиня была убита большевиками: практически все, кто погиб с ней, были сброшены живыми в шахту. После было обнаружено, что некоторые люди выжили после падения, а умерли от ран и голода. Например, рана, которую получил князь Иоанн, была перевязана частью апостольника княгини.

© Sputnik / Великая княгиня Елизавета Федоровна

Также крестьяне рассказывали, что в течение нескольких дней из шахты, куда была сброшена Елисавета Феодоровна и другие, было слышно пение молитв.

В октябре 1918 года останки погибших в шахте были изъяты — после они были помещены в гробы и поставлены на отпевание. Из-за наступления Красной армии тела погибших увозили все дальше на Восток. Спустя два года, в апреле 1920-го, архиепископ Иннокентий — начальник Русской духовной миссии, встречал гробы в Пекине, откуда позже останки великой княгини Елисаветы и сестры Варвары были перевезены в Шанхай, а оттуда в Порт-Саид.

В результате гробы были привезены в Иерусалим, в 1921 году, в соответствии с желанием великой княгини быть погребенной на Святой земле, под храмом равноапостольной Марии Магдалины в Гефсимании состоялось захоронение тела.

Канонизация

В 1981 году великая княгиня Елисавета и сестра Варвара были канонизированы Русской православной церковью за границей, которая находится в Нью-Йорке.

В 1992 году Архиерейским собором Русской православной церкви были причислены к лику святых и включены в Собор новомучеников и исповедников Российских.

Мощи

Сегодня мощи Великой княгини Елисаветы и инокини Варвары находятся в Гефсимании, в монастыре равноапостольной Марии Магдалины. Десница святой была перенесена в США в 1981-м.

Где и когда святыня будет в Минске

Свято-Духов кафедральный собор (ул. Кирилла и Мефодия, 3):

  • 19 мая (суббота) с 17:00 до 22:00;
  • 20 мая (воскресенье) с 6:00 до 15:00.

Свято-Елисаветинский монастырь, храм в честь иконы Божией Матери «Державная» (ул. Выготского, 6):

  • с 20 мая (воскресенье) с 17:00 по 22 мая (вторник) до 21:00 круглосуточно.

> Великая княгиня Елизавета Федоровна style=»font-size: 1em;»>Марфо-Мариинская обитель

Биография великой княгини

Елизавета Александра Луиза Алиса Гессен-Дармштадская родилась в 1864 году в семье великого герцога Гессен-Дармштадского Людвига IV и принцессы Алисы, дочери английской королевы Виктории. Как немецкую принцессу, ее воспитывали в протестантской вере. Сестра Елизаветы Алиса стала супругой Николая II, а сама она в 1884 году вышла замуж за великого князя Сергея Александровича Романова и стала российской княгиней. По традиции, всем немецким принцессам давали отчество Феодоровна — в честь Феодоровской иконы Божией Матери.

Немка по происхождению, Елизавета Федоровна в совершенстве выучила русский язык и полюбила новую родину всей душой. В 1891 году, после нескольких лет размышлений, она приняла православие. Много занималась благотворительностью: посещала больницы, тюрьмы, детские приюты.

Материал по теме

Елизавета Федоровна и Сергей Александрович Романовы: история любви, история лжи

История любви. История лжи: В день десятилетия супружеской жизни, которое пришлось на разгар Русско-японской войны, князь записал в дневнике: «С утра я в церкви, жена — на складе. Господи, за что мне такое счастье?»

В 1905 году от бомбы террориста Ивана Каляева погиб генерал-губернатор Москвы великий князь Сергей Александрович. Елизавета Федоровна первой прибыла на место трагедии и своими руками собирала части тела любимого мужа, разбросанные взрывом.

На третий день после гибели великого князя она поехала в тюрьму к убийце в надежде, что тот раскается. На слова Каляева «Я не хотел убивать вас, я видел его несколько раз и то время, когда имел бомбу наготове, но вы были с ним, и я не решился его тронуть» Елизавета Федоровна ответила: «И вы не сообразили того, что вы убили меня вместе с ним?» Несмотря на то, что убийца не раскаялся, великая княгиня подала Николаю II прошение о помиловании, которое тот отклонил.

Елизавета Феодоровна решила отдать все свои силы служению Христу и ближним. Она купила на Большой Ордынке участок земли и в 1909 году открыла там Марфо-Мариинскую обитель, назвав ее в честь святых жен-мироносиц Марфы и Марии. На участке расположились два храма, лечебница, аптека с бесплатными лекарствами для бедных, детский приют и школа.

Через год насельниц монастыря посвятили в звание крестовых сестер любви и милосердия, а Елизавету Федоровну возвели в сан настоятельницы. Она без сожаления простилась со светской жизнью, сказав сестрам обители: «Я оставляю блестящий мир, но вместе со всеми вами я восхожу в более великий мир — в мир бедных и страдающих».

Во время Первой мировой войны великая княгиня активно поддерживала фронт: помогала формировать санитарные поезда, отправляла солдатам лекарства и походные церкви.

После отречения Николая II от престола она писала: «Я испытывала глубокую жалость к России и ее детям, которые в настоящее время не знают, что творят. Разве это не больной ребенок, которого мы любим во сто раз больше во время его болезни, а не когда он весел и здоров? Хотелось бы понести его страдания, помочь ему. Святая Россия не может погибнуть. Но Великой России, увы, больше нет. Мы должны устремить свои мысли к Небесному Царствию и сказать с покорностью: “Да будет воля Твоя”».

В 1918 году Елизавету Федоровну арестовали и отправили в ссылку на Урал — в город Алапаевск. За матушкой последовали сестры милосердия Варвара Яковлева и Екатерина Янышева. Екатерину позже отпустили на свободу, а Варвара отказалась уезжать и осталась с великой княгиней до конца.

18 июля 1918 года заключенных — Елизавету Федоровну, сестру Варвару и нескольких членов семьи Романовых — отвезли к деревне Синячихи. Там, на заброшенном руднике, их избили прикладами винтовок и сбросили в шахту. Во время казни великая княгиня крестилась и громко молилась: «Господи, прости им, не знают, что делают!»

Матушка и великий князь Иоанн упали на выступ в стене шахты. Оторвав от своего апостольника часть ткани, преодолевая боль, Елизавета Федоровна перевязала раны князя. Сохранились свидетельства, что проходящие мимо люди слышали, как в глубине шахты мученики пели Херувимская песнь.

Через несколько месяцев в Екатеринбург вошла армия адмирала Колчака, и тела мучеников достали из шахты. У преподобномученицы Елисаветы, сестры Варвары и великого князя Иоанна пальцы были сложены для крестного знамения.

Письмо Елизаветы Федоровны отцу о принятии Православия

О приятии Православия Елизавета Федоровна думала с тех пор, как стала супругой великого князя Сергея Александровича. Но немецкая принцесса переживала, что этот шаг будет ударом для ее семьи, верной протестантизму. Особенно для отца, великого герцога Гессен-Дармштадского Людвига IV. Только в 1891 году княгиня написала отцу письмо:

» … А теперь, дорогой Папа, я хочу что-то сказать Вам и умоляю Вас дать Ваше благословение. Вы должны были заметить, какое глубокое благоговение я питаю к здешней религии с тех пор, как Вы были здесь в последний раз — более полутора лет назад. Я все время думала и читала и молилась Богу — указать мне правильный путь, и пришла к заключению, что только в этой религии я могу найти всю настоящую и сильную веру в Бога, которую человек должен иметь, чтобы быть хорошим христианином. Это было бы грехом оставаться так, как я теперь — принадлежать к одной церкви по форме и для внешнего мира, а внутри себя молиться и верить так, как и мой муж. Вы не можете себе представить, каким он был добрым, что никогда не старался принудить меня никакими средствами, предоставляя все это совершенно одной моей совести. Он знает, какой это серьезный шаг, и что надо быть совершенно уверенной, прежде чем решиться на него. Я бы это сделала даже и прежде, только мучило меня то, что этим я доставляю Вам боль. Но Вы, разве Вы не поймете, мой дорогой Папа? Вы знаете меня так хорошо, Вы должны видеть, что я решилась на этот шаг только по глубокой вере и что я чувствую, что пред Богом я должна предстать с чистым и верующим сердцем. Как было бы просто — оставаться так, как теперь, но тогда как лицемерно, как фальшиво это бы было, и как я могу лгать всем — притворяясь, что я протестантка во всех внешних обрядах, когда моя душа принадлежит полностью религии здесь. Я думала и думала глубоко обо всем этом, находясь в этой стране уже более 6 лет, и зная, что религия «найдена». Я так сильно желаю на Пасху причаститься Св. Тайн вместе с моим мужем. Возможно, что это покажется Вам внезапным, но я думала об этом уже так долго, и теперь, наконец, я не могу откладывать этого. Моя совесть мне это не позволяет. Прошу, прошу по получении этих строк простить Вашу дочь, если она Вам доставит боль. Но разве вера в Бога и вероисповедание не являются одним из главных утешений этого мира? Пожалуйста, протелеграфируйте мне только одну строчку, когда Вы получите это письмо. Да благословит Вас Господь. Это будет такое утешение для меня, потому что я знаю, что будет много неприятных моментов, так как никто не поймет этого шага. Прошу только маленькое ласковое письмо».

Отец не благословил дочь менять веру, но она уже не могла изменить решения и через таинство Миропомазания стала православной.

Мученическая смерть великой княгини Елизаветы Федоровны

Великую княгиню Елизавету Федоровну арестовали в 1918 году. В этот день святейший патриарх Тихон посетил Марфо-Мариинскую обитель и отслужил там Божественную Литургию. Почти сразу после его отъезда за настоятельницей приехала машина с комиссаром и латышскими стрелками. На сборы дали тридцать минут. Благословив сестер, в сопровождении сестер Варвары Яковлевой и Екатерины Янышевой матушка отправилась в ссылку.

Заключенных на поезде отвезли на Урал — в городок Алапаевск. Вместе с настоятельницей Марфо-Мариинской обители и сестрами отправили великого князя Сергея Михайловича, его секретаря Федора Ремеза, трех братьев — Иоанна, Константина и Игоря; князя Владимира Палея. Сестер Варвару и Екатерину хотели отпустить, но инокиня Варвара пожелала разделить крест с великой княгиней.

Ночью 18 июля 1918 года, в день обретения мощей преподобного Сергия Радонежского, узников вывели под конвоем на старый рудник, избили и стали сбрасывать в глубокую шахту. Во время мучений Елизавета Федоровна молилась словами, которые произнес на кресте Спаситель: «Господи, прости им, ибо не знают, что делают». Палачи бросали в шахту ручные гранаты.

Матушка и великий князь Иоанн упали на выступ в стене шахты. Оторвав от своего апостольника часть ткани, преодолевая боль, Елизавета Федоровна перевязала раны князя. Сохранились свидетельства, что проходящие мимо люди слышали, как из глубины шахты звучала Херувимская песнь. Мученики пели, пока не изнемогли от ран.

Через несколько месяцев в Екатеринбург вошла армия адмирала Колчака, и тела убиенных достали из алапаевской шахты. У преподобномученицы Елисаветы, сестры Варвары и великого князя Иоанна пальцы были сложены для крестного знамения; голова великого князя была перевязана куском ткани.

Марфо-Мариинская обитель

После гибели мужа от рук террориста Елизавета Федоровна стала вести почти монашеский образ жизни. Ее дом стал похож на келью, она не снимала траур, не посещала светские мероприятия. Молилась в храме, соблюдала строгий пост.

Часть своих драгоценностей великая княгиня раздала, а другую часть потратила, чтобы построить обитель милосердия на Большой Ордынке. Здесь были два храма, большой сад, больница, приют для сирот и многое другое.

Первый храм в монастыре освятили во имя святых жен-мироносиц Марфы и Марии, второй — в честь Покрова Пресвятой Богородицы. В Марфо-Мариинской обители милосердия действовал устав монастырского общежития. В 1910 году епископ Трифон (Туркестанов) посвятил 17 насельниц в звание крестовых сестер любви и милосердия, а великую княгиню — в сан настоятельницы.

Духовником монастыря стал протоиерей Митрофан Серебрянский. Сама настоятельница вела подвижническую жизнь. Постилась, спала на жесткой кровати, еще до рассвета вставала на молитву, работала до позднего вечера: распределяла послушания, присутствовала на операциях в клинике, вела административные дела обители.

Все операции в больнице проводились бесплатно, причем работали тут лучшие специалисты Москвы. Была и бесплатная столовая для бедняков. Марфо-Мариинская обитель, по сути, выполняла роль многофункционального социально-медицинского центра.

Вместе со своей келейницей Варварой Яковлевой Елизавета Федоровна часто посещала Хитров рынок — место притяжения для московской бедноты. Здесь матушка находила беспризорников и отдавала их в городские приюты. Вся Хитровка уважительно называла великую княгиню «сестрой Елисаветой» или «матушкой».

Марфо-Мариинская обитель милосердия. Москва, конец XIX в.

Елизавета Федоровна хотела открыть отделения обители в других городах России, но ее планам не суждено было исполниться. Началась Первая мировая война, по благословению матушки сестры обители работали в полевых госпиталях. Революционные события коснулись всех членов дома Романовых, даже великую княгиню Елизавету, которую любила вся Москва. Вскоре после Февральской революции вооруженная толпа с красными флагами пришла, чтобы арестовать настоятельницу обители — «немецкую шпионку, которая хранит в монастыре оружие». Обитель обыскали; после ухода толпы Елизавета Федоровна сказала сестрам: «Очевидно мы недостойны еще мученического венца».

После октябрьской революции 1917 года обитель поначалу не беспокоили, даже привозили сестрам продовольствие и медикаменты. Аресты начались позже. В 1918 году под страху заключили Елизавету Федоровну.

Марфо-Мариинская обитель просуществовала до 1926 года. Некоторых сестер отправили в ссылку, другие объединились в общину и создали в Тверской области маленькое огородное хозяйство.

Через два года в Покровском храме открыли кинотеатр, а потом там разместился дом санитарного просвещения. В алтаре поставили статую Сталина. После Великой Отечественной войны в соборе обители обосновались Государственные художественные реставрационные мастерские, остальные помещения заняли поликлиника и лаборатории Всесоюзного института минерального сырья.

В 1992 году территорию монастыря передали Русской Православной Церкви. Сейчас обитель живет по уставу, созданному Елизаветой Федоровной. Насельницы проходят обучение в Свято-Димитриевском училище сестер милосердия, помогают нуждающимся, работают во вновь открытых на Большой Ордынке приюте для девочек-сирот, благотворительной столовой, патронажной службе, гимназии и культурно-просветительском центре.

«Православие.ру» — о великой княгине Елизавете Фёдоровне. Часть 1.

18 июля Церковь чествует память преподобномученицы великой княгини Елизаветы Фёдоровны. По этому случаю предлагаю вашему вниманию статью с сайта «Православие.ру». Текст, к сожалению, не подписан, так что установить имя автора не представляется возможным. Оригинал . За указание на данный текст выражаю благодарность Дмитрию Филину (filin_dimitry)

Святая преподобномученица великая княгиня Елисавета Феодоровна была вторым ребенком в семье великого герцога Гессен-Дармштадского Людвига IV и принцессы Алисы, дочери королевы английской Виктории, Еще одна дочь этой четы — Алиса станет впоследствии императрицей Российской Александрой Феодоровной.

Дети воспитывались в традициях старой Англии, их жизнь проходила по строгому порядку, установленному матерью. Детская одежда и еда были самыми простыми. Старшие дочери сами выполняли свою домашнюю работу: убирали комнаты, постели, топили камин. Впоследствии Елисавета Феодоровна говорила: «В доме меня научили всему». Мать внимательно следила за талантами и наклонностями каждого из семерых детей и старалась воспитать их на твердой основе христианских заповедей, вложить в сердца любовь к ближним, особенно к страждущим.

Родители Елисаветы Феодоровны раздали большую часть своего состояния на благотворительные нужды, а дети постоянно ездили с матерью в госпитали, приюты, дома для инвалидов, принося с собой большие букеты цветов, ставили их в вазы, разносили по палатам больных.

Елисавета с детства любила природу и особенно цветы, которые увлеченно рисовала. У нее был живописный дар, и всю жизнь она много времени уделяла этому занятию. Любила классическую музыку. Все, знавшие Елисавету с детства, отмечали ее религиозность и любовь к ближним. Как говорила впоследствии сама Елисавета Феодоровна, на нее еще в самой ранней юности имели огромное влияние жизнь и подвиги святой Елисаветы Тюрингенской, в честь которой она носила свое имя.

В 1873 году разбился насмерть на глазах у матери трехлетний брат Елисаветы Фридрих. В 1876 г. в Дармштадте началась эпидемия дифтерита, заболели все дети, кроме Елисаветы. Мать просиживала ночами у постелей заболевших детей. Вскоре умерла четырехлетняя Мария, а вслед за ней заболела и умерла сама великая герцогиня Алиса в возрасте 35 лет.

В тот год закончилась для Елисаветы пора детства. Горе усилило ее молитвы. Она поняла, что жизнь на земле — путь Креста. Ребенок всеми силами старался облегчить горе отца, поддержать его, утешить, а младшим своим сестрам и брату в какой-то мере заменить мать.

На двадцатом году жизни принцесса Елисавета стала невестой великого князя Сергея Александровича, пятого сына императора Александра II, брата императора Александра III. Она познакомилась с будущим супругом в детстве, когда он приезжал в Германию со своей матерью, императрицей Марией Александровной, также происходившей из Гессенского дома. До этого все претенденты на ее руку получали отказ: принцесса Елисавета в юности дала обет девства (безбрачия). После откровенной беседы ее с Сергеем Александровичем выяснилось, что он тайно дал обет девства. По взаимному согласию брак их был духовным, они жили как брат с сестрой.

Вся семья сопровождала принцессу Елисавету на свадьбу в Россию. Вместо с ней приехала и двенадцатилетняя сестра Алиса, которая встретила здесь своего будущего супруга, цесаревича Николая Александровича.

Венчание состоялось в церкви Большого дворца Санкт-Петербурга по православному обряду, а после него и по протестантскому в одной из гостиных дворца. Великая княгиня напряженно занималась русским языком, желая глубже изучить культуру и особенно веру новой своей родины.

Великая княгиня Елисавета была ослепительно красива. В те времена говорили, что в Европе есть только две красавицы, и обе — Елисаветы: Елисавета Австрийская, супруга императора Франца-Иосифа, и Елисавета Феодоровна.

Большую часть года великая княгиня жила с супругом в их имении Ильинское, в шестидесяти километрах от Москвы, на берегу Москвы-реки. Она любила Москву с ее старинными храмами, монастырями и патриархальным бытом. Сергей Александрович был глубоко религиозным человеком, строго соблюдал все церковные каноны, посты часто ходил на службы, ездил в монастыри — великая княгиня везде следовала за мужем и простаивала долгие церковные службы. Здесь она испытывала удивительное чувство, так непохожее на то, что встречала в протестантской кирке. Она видела радостное состояние Сергея Александровича после принятия им Святых Таин Христовых и ей самой так захотелось подойти к Святой Чаше, чтобы разделить эту радость. Елисавета Феодоровна стала просить мужа достать ей книги духовного содержания, православный катехизис, толкование Писания, чтобы умом и сердцем постичь, какая же религия истинна.
В 1888 году император Александр III поручил Сергею Александровичу быть его представителем на освящении храма святой Марии Магдалины в Гефсимании, построенного на Святой Земле в память их матери императрицы Марии Александровны. Сергей Александрович уже был на Святой Земле в 1881 году, где участвовал в основании Православного Палестинского Общества, став председателем его. Это общество изыскивало средства для помощи Русской Миссии в Палестине и паломникам, расширения миссионерский работы, приобретения земель и памятников, связанных с жизнью Спасителя.

Узнав о возможности посетить Святую Землю, Елисавета Феодоровна восприняла это как Промысл Божий и молилась о том, чтобы у Гроба Господня Спаситель Сам открыл ей Свою волю.

Великий князь Сергей Александрович с супругой прибыл в Палестину в октябре 1888 года. Храм святой Марии Магдалины был построен в Гефсиманском саду, у подножия Елеонской горы. Этот пятиглавый храм с золотыми куполами и до сего дня — один из красивейших храмов Иерусалима. На вершине Елеонской горы высилась огромная колокольня, прозванная «русской свечой». Увидев эту красоту и благодать, великая княгиня сказала: «Как я хотела бы быть похороненной здесь». Тогда она не знала, что произнесла пророчество, которому суждено исполниться. В дар храму святой Марии Магдалины Елисавета Феодоровна привезла драгоценные сосуды, Евангелие и воздухи.

После посещения Святой Земли великая княгиня Елисавета Феодоровна твердо решила перейти в православие. От этого шага ее удерживал страх причинить боль своим родным, и прежде всего, отцу. Наконец, 1 января 1891 года она написала отцу письмо о своем решении.

Это письмо показывает, какой путь прошла Елисавета Феодоровна. Мы приведем его почти полностью: » … А теперь, дорогой Папа, я хочу что-то сказать Вам и умоляю Вас дать Ваше благословение. Вы должны были заметить, какое глубокое благоговение я питаю к здешней религии с тех пор, как Вы были здесь в последний раз — более полутора лет назад. Я все время думала и читала и молилась Богу — указать мне правильный путь, и пришла к заключению, что только в этой религии я могу найти всю настоящую и сильную веру в Бога, которую человек должен иметь, чтобы быть хорошим христианином. Это было бы грехом оставаться так, как я теперь — принадлежать к одной церкви по форме и для внешнего мира, а внутри себя молиться и верить так, как и мой муж. Вы не можете себе представить, каким он был добрым, что никогда не старался принудить меня никакими средствами, предоставляя все это совершенно одной моей совести. Он знает, какой это серьезный шаг, и что надо быть совершенно уверенной, прежде чем решиться на него. Я бы это сделала даже и прежде, только мучило меня то, что этим я доставляю Вам боль. Но Вы, разве Вы не поймете, мой дорогой Папа? Вы знаете меня так хорошо, Вы должны видеть, что я решилась на этот шаг только по глубокой вере и что я чувствую, что пред Богом я должна предстать с чистым и верующим сердцем. Как было бы просто — оставаться так, как теперь, но тогда как лицемерно, как фальшиво это бы было, и как я могу лгать всем — притворяясь, что я протестантка во всех внешних обрядах, когда моя душа принадлежит полностью религии здесь. Я думала и думала глубоко обо всем этом, находясь в этой стране уже более 6 лет, и зная, что религия «найдена». Я так сильно желаю на Пасху причаститься Св. Тайн вместе с моим мужем. Возможно, что это покажется Вам внезапным, но я думала об этом уже так долго, и теперь, наконец, я не могу откладывать этого. Моя совесть мне это не позволяет. Прошу, прошу по получении этих строк простить Вашу дочь, если она Вам доставит боль. Но разве вера в Бога и вероисповедание не являются одним из главных утешений этого мира? Пожалуйста, протелеграфируйте мне только одну строчку, когда Вы получите это письмо. Да благословит Вас Господь. Это будет такое утешение для меня, потому что я знаю, что будет много неприятных моментов, так как никто не поймет этого шага. Прошу только маленькое ласковое письмо».

Отец не послал дочери желаемой телеграммы с благословением, а написал письмо, в котором говорил что решение ее приносит ему боль и страдание, и он не может дать благословения. Тогда Елисавета Феодоровна проявила мужество и, несмотря на моральные страдания твердо решила перейти в православие. Еще несколько отрывков из ее писем близким:

» … Моя совесть не позволяет мне продолжать в том же духе — это было бы грехом; я лгала все это время, оставаясь для всех в моей старой вере … Это было бы невозможным для меня продолжать жить так, как я раньше жила … Даже по-славянски я понимаю почти все, никогда не уча его. Библия есть и на славянском и на русском языке, но на последнем легче читать…. Ты говоришь … что внешний блеск церкви очаровал меня. В этом ты ошибаешься. Ничто внешнее не привлекает меня и не богослужение — но основа веры. Внешние признаки только напоминают мне о внутреннем… Я перехожу из чистого убеждения; чувствую, что это самая высокая религия, и что я сделаю это с верой, с глубоким убеждением и уверенностью, что на это есть Божие благословение».

13 (25) апреля, в Лазареву субботу, было совершено таинство Миропомазания великой княгини Елисаветы Феодоровны с оставлением ей прежнего имени, но уже в честь святой праведной Елисаветы — матери святого Иоанна Предтечи, память которой Православная церковь совершает 5 (18) сентября. После Миропомазания император Александр III благословил свою невестку драгоценной иконой Нерукотворного Спаса, которую Елисавета Феодоровна свято чтила всю жизнь. Теперь она могла сказать своему супругу словами Библии: «Твой народ стал моим народом, Твой Бог — моим богом! (Руфь, 1.16).

В 1891 году император Александр III назначил великого князя Сергея Александровича Московским генерал-губернатором. Супруга генерал-губернатора должна была исполнять множество обязанностей — шли постоянные приемы, концерты, балы. Необходимо было улыбаться и кланяться гостям, танцевать и вести беседы независимо от настроения, состояния здоровья и желания. После переезда в Москву Елисавета Феодоровна пережила смерть близких людей: горячо любимой невестки принцессы — Александры (жены Павла Александровича) и отца. Это была пора ее душевного и духовного роста.

Жители Москвы скоро оценили ее милосердное сердце. Она ходила по больницам для бедных, в богадельни, в приюты для беспризорных детей. И везде старалась облегчить страдания людей: раздавала еду, одежду, деньги, улучшала условия жизни несчастных.

После смерти отца она с Сергеем Александровичем поехала по Волге, с остановками в Ярославле, Ростове, Угличе. Во всех этих городах супруги молились в местных храмах.

В 1894 году, после многих препятствий состоялось решение о помолвке великой княгини Алисы с наследником Российского престола Николаем Александровичем. Елисавета Феодоровна радовалась тому, что молодые влюбленные смогут, наконец, соединиться, и ее сестра будет жить в дорогой ее сердцу России. Принцессе Алисе было 22 года и Елисавета Феодоровна надеялась, что сестра, живя в России, поймет и полюбит русский народ, овладеет русским языком в совершенстве и сможет подготовиться к высокому служению императрицы Российской.

Но все случилось по-иному. Невеста наследника прибыла в Россию, когда император Александр III лежал в предсмертной болезни. 20 октября 1894 года император скончался. На следующий день принцесса Алиса перешла в православие с именем Александры. Бракосочетание императора Николая II и Александры Феодоровны состоялось через неделю после похорон, а весной 1896 года состоялось коронование в Москве. Торжества омрачились страшным бедствием: на Ходынском поле, где раздавались подарки народу, началась давка — тысячи людей были ранены или задавлены.

Святые сёстры — Элла и Аликс

Так началось это трагическое царствование — среди панихид и погребальных воспоминаний.

В июле 1903 года состоялось торжественное прославление преподобного Серафима Саровского. В Саров прибыла вся императорская семья. Императрица Александра Феодоровна молилась преподобному о даровании ей сына. Когда наследник престола родился, по желанию императорской четы престол нижней церкви, построенной в Царском Селе, был освящен во имя преподобного Серафима Саровского.

В Саров приехала и Елисавета Феодоровна с супругом. В письме из Сарова она пишет: » … Какую немощь, какие болезни мы видели, но и какую веру. Казалось, мы живем во времена земной жизни Спасителя. И как молились, как плакали — эти бедные матери с больными детьми, и, слава Богу, многие исцелялись. Господь сподобил нас видеть, как немая девочка заговорила, но как молилась за нее мать …»

Когда началась русско-японская война, Елисавета Феодоровна немедленно занялась организацией помощи фронту. Одним из ее замечательных начинаний было устройство мастерских для помощи солдатам — под них были заняты все залы Кремлевского дворца, кроме Тронного. Тысячи женщин трудились над швейными машинами и рабочими столами. Огромные пожертвования поступали со всей Москвы и из провинции. Отсюда шли на фронт тюки с продовольствием, обмундированием, медикаментами и подарками для солдат. Великая княгиня отправляла на фронт походные церкви с иконами и всем необходимым для совершения богослужения. Лично от себя посылала Евангелия, иконки и молитвенники. На свои средства великая княгиня сформировала несколько санитарных поездов.

В Москве она устроила госпиталь для раненых, создала специальные комитеты по обеспечению вдов и сирот погибших на фронте. Но русские войска терпели одно поражение за другим. Война показала техническую и военную неподготовленность России, недостатки государственного управления. Началось сведение счетов за былые обиды произвола или несправедливости, небывалый размах террористических актов, митинги, забастовки. Государственный и общественный порядок разваливался, надвигалась революция.

Сергей Александрович считал, что необходимо принять более жесткие меры по отношению к революционерам и доложил об этом императору, сказав, что при сложившейся ситуации не может больше занимать должность генерал-губернатора Москвы. Государь принял отставку и супруги покинули губернаторский дом, переехав временно в Нескучное.

Том временем боевая организация эсеров приговорила великого князя Сергея Александровича к смерти. Ее агенты следили за ним, выжидая удобного случая, чтобы совершить казнь. Елисавета Феодоровна знала, что супругу угрожает смертельная опасность. В анонимных письмах ее предупреждали, чтобы она не сопровождала своего мужа, если не хочет разделить его участь. Великая княгиня тем более старалась не оставлять его одного и, по возможности, повсюду сопровождала супруга.

5 (18) февраля 1905 года Сергей Александрович был убит бомбой, брошенной террористом Иваном Каляевым. Когда Елисавета Феодоровна прибыла к месту взрыва, там уже собралась толпа. Кто-то попытался помешать ей подойти к останкам супруга, но она своими руками собрала на носилки разбросанные взрывом куски тела мужа. После первой панихиды в Чудовом монастыре Елисавета Феодоровна возвратилась во дворец, переоделась в черное траурное платье и начала писать телеграммы, и прежде всего — сестре Александре Феодоровне, прося ее не приезжать на похороны, т.к. террористы могли использовать их для покушения на императорскую чету. Когда великая княгиня писала телеграммы, она несколько раз справлялась о состоянии раненного кучера Сергея Александровича. Ей сказали, что положение кучера безнадежно и он может скоро умереть. Чтобы не огорчить умирающего, Елисавета Феодоровна сняла с себя траурное платье, надела то же самое голубое, в котором была до этого, и поехала в госпиталь. Там, склонившись над постелью умирающего, она, пересилив себя, улыбнулась ему ласково и сказала: «Он направил меня к вам». Успокоенный ее словами, думая, что Сергей Александрович жив, преданный кучер Ефим скончался в ту же ночь.

На третий день после смерти мужа Елисавета Феодоровна поехала в тюрьму, где содержался убийца. Каляев сказал: «Я не хотел убивать вас, я видел его несколько раз и то время, когда имел бомбу наготове, но вы были с ним, и я не решился его тронуть».

— «И вы не сообразили того, что вы убили меня вместе с ним?» — ответила она. Далее она сказала, что принесла прощение от Сергея Александровича и просила его покаяться. Но он отказался. Все же Елисавета Феодоровна оставила в камере Евангелие и маленькую иконку, надеясь на чудо. Выходя из тюрьмы, она сказала: «Моя попытка оказалась безрезультатной, хотя, кто знает, возможно, что в последнюю минуту он осознает свой грех и раскается в нем». Великая княгиня просила императора Николая II о помиловании Каляева, но это прошение было отклонено.

Из великих князей на погребении присутствовали только Константин Константинович (К.Р.) и Павел Александрович. Погребли его в маленькой церкви Чудова монастыря, где ежедневно в течении сорока дней совершались заупокойные панихиды; великая княгиня присутствовала на каждой службе и часто приходила сюда ночью, молясь о новопреставленном. Здесь она почувствовала благодатную помощь и укрепление от святых мощей святителя Алексия, митрополита Московского, которого с тех пор особо почитала. Великая Княгини носила серебряный крестик с частицей мощей святителя Алексия. Она считала, что святитель Алексий вложил в ее сердце желание посвятить Богу всю оставшуюся жизнь.

На место убийства мужа Елисавета Феодоровна воздвигла памятник — крест по проекту художника Васнецова. На памятнике были написаны слова Спасителя со Креста: «Отче, отпусти им, не ведят бо что творят».

Продолжение следует

История России: Великая княгиня Елизавета Федоровна и ее мученическая смерть (13 фото)

Великая Княгиня Елизавета Федоровна.
Елизавету Федоровну называли одной из самых красивых женщин Европы. Казалось бы, высокое положение, удачный брак должны были принести счастье княгине, однако на ее долю выпало немало испытаний. А в конце жизненного пути женщину постигла ужасная мученическая смерть.
Семья Людвига IV, герцога Гессен-Дармштадского.
Елизавета Александра Луиза Алиса была второй дочерью великого герцога Гессен-Дармштадского Людвига IV и принцессы Алисы, а также сестрой последней российской императрицы Александры Федоровны. Элла, как называли ее домашние, воспитывалась в строгих пуританских традициях и протестантской вере. С ранних лет принцесса могла себя обслужить, затопить камин и приготовить что-то на кухне. Девочка часто своими руками шила теплые вещь и относила их в приют для нуждающихся.
Четыре сестры Гессен-Дармштадских (слева направо) — Ирен, Виктория, Элизабет и Аликс, 1885 год.
По мере взросления Элла расцветала и хорошела. В то время говорили, что в Европе есть только две красавицы – Елизавета Австрийская (Баварская) и Елизавета Гессен-Дармштадская. А между тем, Элле исполнилось 20 лет, а она еще была не замужем. Стоит отметить, что девушка дала обет целомудрия еще в 9-летнем возрасте, она сторонилась мужчин, и все потенциальные женихи получали отказ, кроме одного.
Великая княгиня Елизавета Феодоровна из России и великий князь Сергей Александрович из России, 1883 год.
Великий князь Сергей Александрович, пятый сын российского императора Александра II стал избранником принцессы, да и то, после целого года раздумий. Доподлинно неизвестно, как произошло объяснение молодых людей, но они договорились, что их союз будет без физической близости и потомства. Набожную Елизавету это вполне устраивало, т. к. она не представляла, как мужчина лишит ее девственности. А Сергей Александрович, по слухам, предпочитал вовсе не женщин. Несмотря на такой договор, в будущем они стали невероятно привязанными друг к другу, что можно назвать платонической любовью.
Принцесса Елизавета Гессен-Дармштадская, 1887 год.
Супругу Сергея Александровича нарекли княгиней Елизаветой Федоровной. По традиции, все немецкие принцессы получали это отчество в честь Феодорской иконы Божьей Матери. После свадьбы княгиня осталась в своей вере, т. к. закон позволял это делать, если только не возникнет необходимости в восшествии на императорский престол.
Портрет Великой Княгини Елизаветы, 1896 год.
Князь Сергей Александрович и княгиня Елизавета Федоровна в карнавальных костюмах.
Спустя несколько лет Елизавета Федоровна сама приняла решение перейти в православие. Она говорила, что настолько влюбилась в русский язык, культуру, что чувствует острую необходимость перейти в другую веру. Собравшись с силами и зная, какую боль причинит своей семье, Елизавета 1 января 1891 года написала письмо отцу:
«Вы должны были заметить, сколь глубокое благоговение я питаю к здешней религии…. Я все время думала и читала, и молилась Богу указать мне правильный путь, и пришла к заключению, что только в этой религии я могу найти всю настоящую и сильную веру в Бога, которую человек должен иметь, чтобы быть хорошим христианином. Это было бы грехом — оставаться так, как я теперь, принадлежать к одной церкви по форме и для внешнего мира, а внутри себя молиться и верить так, как мой муж…. Вы знаете меня хорошо, Вы должны видеть, что я решилась на этот шаг только по глубокой вере, и что я чувствую, что перед Богом я должна предстать с чистым и верующим сердцем. Я думала и думала глубоко обо всем этом, находясь в этой стране уже более 6 лет и зная, что религия «найдена». Я так сильно желаю на Пасху причаститься Св. Тайн вместе с моим мужем».
Отец не дал своего благословения дочери, но ее решение было непоколебимо. Накануне Пасхи Елизавета Федоровна перешла в православие.
Княгиня Елизавета Федоровна с мужем Великим Князем Сергеем Александровичем, Прибытие в Москву.
С того момента княгиня стала активно помогать нуждающимся. Она тратила огромные средства на содержание приютов, больниц, лично отправлялась в самые бедные районы. Народ очень любил княгиню за искренность и доброту.
Когда ситуация в стране стала накаляться,а эсеры начали свою подрывную деятельность, княгине то и дело приходили записки с предостережениями, чтобы она не ездила вместе со своим мужем. После этого, Елизавета Федоровна, наоборот, старалась повсюду сопровождать супруга.
Разрушенная взрывом карета, в которой находился великий князь Сергей Александрович.
Но 4 февраля 1905 года князь Сергей Александрович был убит бомбой, брошенной террористом Иваном Каляевым. Когда княгиня прибыла на место происшествия, ее попытались не пустить к тому, что осталось от мужа. Елизавета Федоровна лично собирала разбросанные куски князя на носилки.
Елизавета Федоровна в темнице у Каляева.
Через три дня княгиня отправилась в тюрьму, где держали революционера. Каляев сказал ей: «Я не хотел убивать Вас, я видел его несколько раз в то время, когда имел бомбу наготове, но Вы были с ним, и я не решился его тронуть». Елизавета Федоровна призвала убийцу покаяться, но безрезультатно. Даже после потом эта милосердная женщина отправила прошение императору о помиловании Каляева, но революционер был казнен.
Княгиня Елизавета Федоровна в трауре.
После смерти супруга Елизавета надела траур и решила полностью посвятить себя заботе об обездоленных. В 1908 году княгиня построила Марфо-Мариинскую обитель и приняла монашество. Об этом другим монахиням княгиня сказала так: «Я оставлю блестящий мир, где я занимала блестящее положение, но вместе со всеми вами я восхожу в более великий мир – в мир бедных и страдающих».
Через 10 лет, когда произошла революция, обители Елизаветы Федоровны продолжали помогать медикаментами, пропитанием. От предложения уехать в Швецию женщина отказалась. Она знала, на какой опасный шаг идет, но не могла отказаться от своих подопечных.
Елизавета Федоровна — настоятельница Марфо-Мариинской обители.
В мае 1918 года княгиню арестовали и отправили в Пермь. Там же было еще несколько представителей императорской династии. В ночь на 18 июля 1918 года большевики зверски расправились с арестантами. Они сбросили их живыми в шахту и взорвали несколько гранат.
Но даже после такого падения умерли не все. По воспоминаниям очевидцев, из шахты еще несколько дней доносились крики о помощи и молитвы. Как оказалось, Елизавета Федоровна упала не на дно шахты, а на уступ, который спас ее от взрыва гранаты. Но это только продлило ее мучения.
Монахиня Елизавета Федоровна, 1918 год.
В 1921 году останки Великой Княгини Елизаветы Федоровны отвезли на Святую землю и похоронили в храме Святой Равноапостольной Марии Магдалины.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *