Молитва франциска ассизского

О св. Франциске Ассизском – история, слова святого

Проповедуйте Евангелие всегда, и когда это абсолютно необходимо, используйте слова.

Святой Франциск Ассизский, урожденный Джованни Франческо ди Бернардоне (1181 – 3 октября, 1226), был итальянским католическим монахом и проповедником. Святой Франциск Ассизский основал мужской монашеский францисканский Орден, Монашеский Орден женщин из Сент-Клэр, и Орден Святого Франциска для мужчин и женщин, не давших монашеского обета. Хотя он никогда не был рукоположен в сан католического духовенства, Франциск Ассизский является одним из самых почитаемых религиозных деятелей в истории Христианства. Он был великим мистиком, исповедником и молитвинником, явившим первые известные и официально засвидетельствованные Христовы стигматы на своем теле (14 сентября 1224 года на Альвернской горе в во время праздника Воздвижения Святого Креста). Св. Франциск обладал даром прозорливости, о чем свидетельствовали бывшие с ним, что «когда он говорил о чем-нибудь: это так и есть или так будет, это всегда в точности исполнялось». Молясь, он не скрывал своих эмоций от посещавшей его Божественной Благодати, входя в мистический экстаз.

Вскоре после смерти последовавшей 3 октября 1226 в Ассизи, Умбрия, Папской области, он был канонизирован 16 июля 1228 года папой Григорием IX. Святой Франциск Ассизский почитается в Римско-католической церкви, Англиканской церкови, Лютеранской церкови, в Старой Католической церкви и поклонниками Нью Эйдж.

Русский религиозный философ Николай Бердяев, посетивший Ассизи зимой 1910–1911 гг., назвал жизнь Св. Франциска Ассизского «величайшим фактом христианской истории после жизни самого Иисуса Христа». Св. Франциск Ассизский возвестил миру о христианстве как о религии любви, свободы и творчества в Духе Святом. Также св. Франциск был проповедником простоты, терпения и смирения, всем подавая пример своей собственной жизнью. Черезмерная простота и смирение св. Франциска и его последователей часто вызывали негодование священников: ведь францисканцы проповедовали примат Внутреннего над Внешним и часто даже креста не носили, считая, что он «должен быть внутри». «Пусть никто не гордится, но славится крестом Господним» – говорил св. Франциск Ассизский. Взгляните на прижизненное изображение св. Франциска Ассизского:

Дмитрий Мережковский в книге «Вечные спутники» говорил о Св. Франциске Ассизском как о проповеднике,объединившем «мироздание с христианством», земное и человеческое с Божественным. Св. Франциск Ассизский утверждал человеческую ипостась вовсе не в противовес Христу, а в нем: прежде всего подчеркивая человечность Христа.

Проповеди св. Франциска Ассизского были далеки от умозрительных, оторванных от жизни «умствований» ради самих себя. В своих пропведях Св. Франциск Ассизский утверждал первенство любви Христовой и познание Веры, которая способна просветить, а не затмить разум. Особым образом Св. Франциск Ассизский относился к солнцу, огню, воде, камням, деревьям и птицам, ибо они напоминали ему о Христе. «Любовь Франциска к птицам и всяким животным, наполнявшим устраиваемые им общежития братьев, а также к цветам и всему в природе — очень существенная черта его душевного облика, делающая его еще более близким и понятным», — писала о св. Франциске Ассизском писательница З. А. Венгерова в конце XIX века (1897 г.). Он учил, что благодать божья живет во всякой земной твари, разлита во всем существующем – в звездах, растениях, животных, которых он называл братьями человека. Св. Франциск Ассизский понимал язык птиц, а взглядом был способен укротить волка. В росписях ассизской церкви кисти Джотто есть сцена: св. Франциск проповедует птицам.

Религиозный философ и мистик Митрофан Лодыженский (1912 г.) провел многочисленные паралели между жизнью и духовным подвигом Св. Франциска Ассизского и Св. Серафима Саровского. В тоже время многие священники Русской Православной Церкви подвергают святость Св. Франциска Ассизского сомнению. Святитель Игнатий Бряченинов советовал своим чадам заняться «чтением Нового Завета и святых отцов Православной Церкви (отнюдь не Терезы, не Францисков и прочих западных сумасшедших, которых их еретическая церковь выдает за святых)»…

Менее критично к личности св. Франциска Ассизского относились православные священники из Русской Правславной Церкви Заграницей. Профессор Свято-Владимирской семинарии в Нью-Йорке Н. С. Арсеньев (1948) писал: «Христианские великие святые и мистики Запада суть истинные братья по духу великих святых христианского Востока. Каким-то избытком, каким-то восторгом, какой-то безмерностью любви к ближнему и смиренного любовного служения ему дышат рассказы о Франциске Ассизском. У него же безмерная любовь и сострадание ко всей твари во Христе, как и у Исаака Сирина» . Н.С. Арсеньев сравнивал Св. Франциска Ассизского как Божъего угодника с Дмитрием Ростовским и Тихоном Задонским.

Идеи Св. Франциска Ассизского нашли свое воплощение в образах старца Зосимы в „Братьях Карамазовых“ Ф. М. Достоевского, и старца Памвы в „Запечатленном ангеле“ Н. С. Лескова. В «Братьях Карамазовых» Иван Карамазов, обращаясь к Алеше, говорит: „Ну, иди, иди к своему патер серафикус“. „Pater Seraphicus“ — это известное прозвище Франциска Ассизского («Фауст» Гёте, часть 2, акт 5, строки 11918–25), отражающего суть истинного монаха как ангела-серафима во плоти. Возможно, что отсыл именно к ангельскому чину Серафима связан с тем, что Христовы стигматы у св. Франциска Ассизского появились после иссечения его тела лучами света, пущенными спустившимся к нему с небес шестикрылым ангелом Серафимом.

Приветсвие св. Франциска Ассизского

Да будет мир Божий с вами!

Святая Иисусова молитва св. Франциска Ассизского

Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, раба Твоего, льва грешного!

Молитва св. Франциска Ассизского

Господи, сделай меня орудием твоего мира;

Там, где ненависть – дай мне сеять любовь;

там где есть несправедливость – милосердие;

где есть сомнения – веру;

там, где отчаяние – надежду;

там, где темнота – свет;

и где есть печаль – радость.

Сделай так, чтобы я, возможно, не столько искал

чтобы меня утешали, сколько утешал сам;

не столько быть понятым – сколько понимающим;

не столько быть любимым – сколько любящим;

ибо в том что мы получаем,

прощая – мы прощены будем,

и умирая для себя, мы рождаемся для вечной жизни!

Мудрые мысли св. Франциска Ассизского

Тот, кто работает руками – рабочий.

Тот, кто работает руками и головой – мастер.

Тот, кто работает руками, головой и сердцем – художник.

Каждый из нас стоит ровно столько, во сколько его оценивает Бог.

Освяти себя – и ты освятишь общество.

Одного солнечного луча достаточно, чтобы отогнать много теней.

И люби тех, которые так плохо поступают с тобою, и не желай другого от них, если Господь не судил иначе.

Люби их так, как они есть, не требуя, чтобы они были лучшими христианами.

Бесы – Божии палачи. И подобно тому, как правитель через палача наказывает преступника, так и Господь посылает Своих палачей, т. е. бесов, чтобы исправить и наказать тех, кого Он любит.

Господь призвал нас для поддержания веры и на помощь священнослужителям святой Римской церкви, которых мы должны по мере сил любить, почитать и уважать. Но я хочу любить и почитать и подчиняться не столько епископам, сколько беднейшим священникам.

Я определенно предписываю, во имя послушания, всем братьям, где бы они ни были, чтобы они не смели просить какой-либо привилегии от папского престола ни для себя, ни для третьих лиц, ни для церкви, ни для обители, ни для проповеди, ни для защиты от преследований.

Я для себя желаю одну привилегию от Господа: ни от кого никогда не иметь привилегии, кроме той, чтобы служить всем, и послушанием нашему святому правилу обратить всех более примером, чем словом.

Те, кто поставлен над другими, пусть столько же гордятся этим начальствованием, сколько если бы были предназначены исполнять службу омовения ног братьев. И если более смущаются об отнятом у них начальствовании, нежели об утрате обязанности мыть другим ноги, тем более набивают себе денежных ящичков на погибель души.

Зарабатывать деньги ради денег – это хуже, чем содомский грех.

Апостол говорит: «Буква убивает, а дух животворит». Те мертвы от буквы, кто стремится познать одни лишь слова, чтобы среди других считаться весьма мудрыми и стяжать большое богатство для родственников и друзей. И те монахи мертвы от буквы, кто не хочет следовать духу буквы божественной, но хочет лучше узнать только слова и объяснять другим.

Блажен раб, который так же смиренно находится среди своих подчиненных, как если бы он был среди своих господ.

Начинайте делать то, что вы обязаны, затем делайте то, что сможете и, однажды, вы обнаружите, что способны сделать то, что раньше было невозможным.

Человек, не относящийся с состраданием к любой Божьей твари, и к людям будет относиться точно также.

Гимн брату Солнцу св. Франциска Ассизского

Всевышний, всемогущий, всеблагой Господь!

Вся хвала – Твоя, вся слава, вся честь

И всяческое благословение.

Тебе единому, Всевышний, принадлежат они.

Ничьи смертные уста не достойны

Произнести Твоё имя.

Вся хвала да будет Тебе, мой Господь, от всего Твоего творения,

Прежде всего от господина брата Солнца,

Который приносит день, и свет Ты даёшь нам через него.

Как прекрасен он, как сверкающ во всём своём великолепии,

Напоминая о Тебе, Всевышний!

Вся хвала да будет Тебе, мой Господь, от сестры Луны и от Звёзд;

В небесах Ты создал их, яркими,

И драгоценными, и прекрасными.

Вся хвала да будет Тебе, мой Господь, от братьев Ветра и Воздуха,

И ясной, и бурной, и всякой иной погоды,

Которыми ты лелеешь всё Своё созданье.

Вся хвала да будет Тебе, мой Господь, от сестры Воды,

Столь полезной, скромной, драгоценной и девственной.

Вся хвала да будет Тебе, мой Господь, от брата Огня,

Которым Ты просветляешь ночь.

Как прекрасен он, как радостен, полон энергии и силы!

Вся хвала да будет Тебе, мой Господь, от сестры Земли, матери нашей,

Которая кормит нас и правит нами,

И производит разнообразные плоды, и пёстрые цветы, и травы.

Вся хвала да будет Тебе, мой Господь, от тех, кто прощает

Ради Твоей любви; от тех, кто терпит

Немощи и искушения.

Блаженны те, кто переносит это в мире,

Тобой, Всевышний, они будут коронованы.

Вся хвала да будет Тебе, мой Господь, от сестры Смерти,

Чьих объятий никому из смертных не избежать.

Горе тем, кто умирает в смертном грехе!

Блаженны те, кого она застанет за исполнением воли Твоей!

Вторая смерть не причинит им вреда.

Хвалите и благословляйте Господа моего, и благодарите Его,

Молитва о смирении франциска ассизского

ьЛХНЕОЙЮЕУЛЙК Й ОЕИТЙУФЙБОУЛЙК ПРЩФ

ФЩ ОЙЭЕФПА иТЙУФПЧПА ПВПЗБФЙМ ЕЗП;

МАВПЧША ЦЕ ФЧПЕА ЛП ЧУСЛПНХ УПЪДБОЙА

ФЩ ПФЛТЩМ ОБН УЙСОЙЕ УЧЕФБ жБЧПТУЛПЗП;

РПУЕНХ ТБЪХНЕАФ Ч ФЕВЕ ЧУЕ ОБТПДЩ ЧПЦДЕМЕОЙЕ ЙЪТСДОПЕ ЧУЕИ МАДЕК.

нПМЙ иТЙУФБ вПЗБ УРБУФЙ ДХЫЙ ОБЫЙ.

уЧ. жТБОГЙУЛ бУУЙЪУЛЙК

(нПОБУФЩТШ оПЧЩК уЛЙФ бЧФПЛЕЖБМШОПК рТБЧПУМБЧОПК гЕТЛЧЙ Ч бНЕТЙЛЕ)

рПИЧБМЩ ДПВТПДЕФЕМСН

п ГБТЙГБ РТЕНХДТПУФШ,

УРБУЙ ФЕВС зПУРПДШ

У УЕУФТПК ФЧПЕК, ЮЙУФПК Й УЧСФПК РТПУФПФПК.

зПУРПЦБ УЧСФБС ОЙЭЕФБ,

УРБУЙ ФЕВС зПУРПДШ

У УЕУФТПК ФЧПЕК, УЧСФЩН УНЙТЕОЙЕН.

зПУРПЦБ УЧСФБС мАВПЧШ,

УРБУЙ ФЕВС зПУРПДШ

У УЕУФТПК ФЧПЕК, УЧСФЩН РПУМХЫБОЙЕН.

чУЕ РТЕУЧСФЩЕ ДПВТПДЕФЕМЙ,

УРБУЙ ЧБУ зПУРПДШ,

ПФ оЕЗП ЦЕ ЧЩ ЙУИПДЙФЕ Й РТПЙУИПДЙФЕ.

йВП ОЕФ ОБ ЪЕНМЕ ЮЕМПЧЕЛБ,

ЮФПВЩ НПЗ ПВТЕУФЙ УЕВЕ ПДОХ ЙЪ ЧБУ

Й РТЕЦДЕ ФПЗП ОЕ ХНЕТ.

й ЛФП ЕДЙОПК ПВМБДБЕФ Й РТПЮЙЕ ОЕ ПУЛПТВЙМ, ПВМБДБЕФ ЧУЕНЙ;

Б ЛФП ПУЛПТВМСЕФ ЕДЙОХА, ОЙ ПДОПК ОЕ ПВМБДБЕФ Й ЧУЕ ПУЛПТВЙМ;

Й ЛБЦДБС УПЛТХЫБЕФ ЗТЕИЙ Й РПТПЛЙ.

УПЛТХЫБЕФ УБФБОХ Й ЧУЕ ЛПЪОЙ ЕЗП.

юЙУФБС Й УЧСФБС РТПУФПФБ

УПЛТХЫБЕФ ЧУА НХДТПУФШ НЙТБ УЕЗП Й НХДТПЧБОЙС РМПФЙ.

УПЛТХЫБЕФ ЧУСЛХА БМЮОПУФШ Й УЛХРПУФШ

Й ЧУЕ РПРЕЮЕОЙС НЙТБ УЕЗП.

Й РПВЕЦДБЕФ ЧУЕИ МАДЕК, ЛБЛЙЕ ЕУФШ Ч НЙТЕ,

Й ЧУЕ, ЮФП ЕУФШ РПД ОЕВПН.

УПЛТХЫБЕФ ЧУСЛПЕ ЙУЛХЫЕОЙЕ, ДШСЧПМШУЛПЕ Й НЙТУЛПЕ,

Й ЧУСЛЙК УФТБИ ЮЕМПЧЕЮЕУЛЙК.

УПЛТХЫБЕФ ЧУСЛПЕ ЦЕМБОЙЕ РМПФУЛПЕ Й ФЕМЕУОПЕ

Й ДЕТЦЙФ ФЕМП ЛБЛ ВЩ ХВЙФЩН Ч РПУМХЫБОЙЙ ДХИХ

Й Ч РПУМХЫБОЙЙ ВТБФХ УЧПЕНХ,

Й ДЕМБЕФУС ЮЕМПЧЕЛ УМХЗПА Х ЧУЕИ МАДЕК, ЛБЛЙЕ ЕУФШ Ч НЙТЕ,

Й ОЕ ФПМШЛП Х МАДЕК,

ОП Х УЛПФПЧ Й ДЙЛЙИ ЪЧЕТЕК,

ФБЛ ЮФП НПЗХФ ПОЙ ДЕМБФШ У ОЙН ЧУЕ, ЮФП РПЦЕМБАФ,

ОБУЛПМШЛП ВХДЕФ ЙН ДПЪЧПМЕОП ПФ зПУРПДБ.

рЕТЕЧПД п. уЕДБЛПЧПК

рТЙЧЕФУФЧЙЕ рТЕУЧСФПК дЕЧЕ

тБДХКУС, зПУРПЦБ уЧСФБС, гБТЙГБ рТЕУЧСФБС, нБФЙ вПЦЙС нБТЙС рТЙУОПДЕЧП, ЙЪВТБООБС рТЕУЧСФЩН пФГЕН оЕВЕУОЩН, йН ЦЕ ПУЧСЭЕООБС УП рТЕУЧСФЩН Й ЧПЪМАВМЕООЩН уЩОПН, Й УП дХИПН уЧСФЩН хФЕЫЙФЕМЕН.

ч фЕВЕ ВЩМП Й ЕУФШ ЧУЕ ЙУРПМОЕОЙЕ ВМБЗПДБФЙ Й ЧУСЛПЕ ВМБЗП.

тБДХКУС, ЮЕТФПЗ еЗП.

тБДХКУС, УЛЙОЙС еЗП.

тБДХКУС, ДПН еЗП.

тБДХКУС ПДЕСОЙЕ еЗП.

тБДХКУС, ТБВБ еЗП.

тБДХКУС, нБФЙ еЗП.

й ЧЩ ЧУЕ ТБДХКФЕУШ, УЧСФЩЕ ДПВТПДЕФЕМЙ, ВМБЗПДБФЙА Й УЧЕФПН дХИБ уЧСФБЗП ЙЪМЙЧБЕНЩЕ Ч УЕТДГБ ЧЕТОЩИ, ЮФПВЩ ЙЪ ОЕЧЕТОЩИ УДЕМБФШ ЙИ ЧЕТОЩНЙ вПЗХ.

рЕТЕЧПД п. уЕДБЛПЧПК

нПМЙФЧБ РЕТЕД тБУРСФЙЕН

чУЕЧЩЫОЙК, РТЕУМБЧОЩК вПЦЕ!

рТПУЧЕФЙ ФШНХ УЕТДГБ НПЕЗП

Й ДБК НОЕ ЧЕТХ РТСНХА,

ТБЪХН Й ТБЪХНЕОЙЕ,

ЮФПВЩ С ЙУРПМОЙМ УЧСФХА Й ЙУФЙООХА ЧПМА фЧПА.

нПМЙФЧБ П МАВЧЙ

п, РХУЛБК РПИЙФЙФ, НПМА фЕВС, зПУРПДЙ,

ПЗОЕООБС Й УМБДПУФОБС УЙМБ МАВЧЙ фЧПЕК

ХН НПК ПФ ЧУЕЗП, ЮФП РПД ОЕВПН,

ЮФПВЩ С ХНЕТ ПФ МАВЧЙ Л МАВЧЙ фЧПЕК,

ЛБЛ фЩ ЙЪЧПМЙМ ХНЕТЕФШ

ПФ МАВЧЙ Л МАВЧЙ НПЕК.

рЕУОШ ВМБЗПДБТЕОЙС ЧП ЧУЕИ ФЧБТСИ вПЦЙЙИ

фЕВЕ УМБЧБ Й ИЧБМБ, ЮЕУФШ Й ЧУСЛПЕ ВМБЗПУМПЧЕОЙЕ,

фЕВЕ еДЙОПНХ ДБ ВХДХФ ЧПЪДБОЩ;

Й ОЙЛФП ЙЪ ЮЕМПЧЕЛПЧ ОЕ ДПУФПЙО ЙНЕОПЧБФШ фЕВС!

уМБЧБ фЕВЕ, зПУРПДЙ НПК, ЪБ ЧУЕ фЧПЙ ФЧПТЕОЙС,

ПУПВМЙЧП ЦЕ ЪБ ДПУФПУМБЧОПЗП ВТБФБ ОБЫЕЗП уПМОГЕ,

ЮФП ДЕОШ ЪБЮЙОБЕФ Й УЧЕФПН ОБУ ПУЧЕЭБЕФ,

Ч МХЮБИ ВМЙУФБЕФ Й Ч МЕРПФЕ ЧЕМЙЛПК

Й СЧМСЕФ ПВТБЪ фЧПК, зПУРПДЙ!

иЧБМБ зПУРПДХ НПЕНХ ЪБ УЕУФТХ мХОХ

Й ЪБ ЪЧЕЪДЩ ПУЙСООЩЕ, йН Ч ОЕВЕУБИ УПФЧПТЕООЩЕ;

ИЧБМБ зПУРПДХ НПЕНХ ЪБ ВТБФБ чЕФТБ,

ЪБ чПЪДХИ Й фХЮЙ, ЪБ чЕДТП Й оЕОБУФШЕ,

ЛПЙНЙ пО ЧУСЛПНХ ДЩИБОЙА РТПРЙФБОЙЕ РТПНЩЫМСЕФ!

иЧБМБ зПУРПДХ НПЕНХ ЪБ УЕУФТХ чПДХ,

ЙВП ПОБ ЧЕУШНБ РПМЕЪОБ, МАВЕЪОБ, УНЙТЕООБ Й ОЕРПТПЮОБ;

ИЧБМБ зПУРПДХ НПЕНХ ЪБ ВТБФБ пЗОС,

ЮФП УЧЕФЙФ Ч ОПЮЙ;

ПО ЧЕУЕМ Й ТДСО, ОЕПВПТЙН Й ВПДТ;

ИЧБМБ зПУРПДХ НПЕНХ ЪБ НБФШ ОБЫХ ъЕНМА,

ЮФП ЧУЕИ ОБУ ЛПТНЙФ Й ОПУЙФ,

ЧУСЮЕУЛЙЕ РМПДЩ РТПЙЪЧПДЙФ,

ГЧЕФ Й ФТБЧЩ ОБ УЧЕФ ЧЩЧПДЙФ!

иЧБМБ фЕВЕ, зПУРПДЙ НПК, ЪБ ФЕИ, ЮФП фЕВС ТБДЙ ПВЙДЩ РТПЭБАФ,

ОХЦДХ Й УЛПТВШ У ФЕТРЕОЙЕН УОПУСФ;

ВМБЦЕООЩ У НЙТПН ДП ЛПОГБ РТЕФЕТРЕЧЫЙЕ,

СЛП ПФ фЕВС, зПУРПДЙ, ЧЕОГБ УРПДПВСФУС!

иЧБМБ фЕВЕ, зПУРПДЙ НПК, ЪБ УЕУФТХ ОБЫХ уНЕТФШ,

ЕЕ ЦЕ ОЙЛФП ЙЪ ЦЙЧХЭЙИ ОЕ НЙОХЕФ;

ОП ЗПТЕ РПЮЙАЭЙН ЧП ЗТЕИЕ УНЕТФОПН!

вМБЦЕООЩ, ЛФП ОБЫМЙ УЕВС Ч ЮБУ УЧПК РПУМЕДОЙК

ЧЕТОЩНЙ фЧПЕНХ РТЕУЧСФПНХ ЧПМЕОЙА;

УНЕТФШ ЧФПТБС РПЧТЕДЙФШ ЙН ОЕ УНПЦЕФ.

уМБЧШФЕ Й ИЧБМЙФЕ зПУРПДБ НПЕЗП, ЧЕМЙЮБКФЕ еЗП,

Й ДБ УМХЦЙФ еНХ ЧУСЛПЕ ДЩИБОЙЕ У ЧЕМЙЛЙН УНЙТЕОЙЕН!

рЕТЕЧПД у. бЧЕТЙОГЕЧБ

рТЙПВЭЙ НЕОС, зПУРПДЙ, Л ЧПМЕ фЧПЕК,

л МАВЧЙ фЧПЕК, Л НЙТХ фЧПЕНХ!

дБТХК НОЕ ЪБТПОЙФШ МАВПЧШ Ч УЕТДГЕ ЪМПВУФЧХАЭЙИ,

рТЙОЕУФЙ ВМБЗПУФШ РТПЭЕОЙС ОЕОБЧЙДСЭЙН,

дБТХК НОЕ ПУЧЕФЙФШ ЙУФЙОПК ДХЫЙ ЪБВМХЦДБАЭЙИУС,

хЛТЕРЙФШ ЧЕТПА УПНОЕЧБАЭЙИУС,

пЪБТЙФШ УЧЕФПН фЧПЕЗП ТБЪХНБ РТЕВЩЧБАЭЙИ ЧП ФШНЕ.

дБТХК НОЕ ЧПЪТПДЙФШ ОБДЕЦДПК ПФЮБСЧЫЙИУС,

пДБТЙФШ ТБДПУФША УЛПТВСЭЙИ.

уПДЕМБК НЕОС, зПУРПДЙ, ОЕ ЙЭХЭЙН ХФЕЫЕОЙС ДМС УЕВС,

оП ЦБЦДХЭЙН ДБФШ ЕЗП ДТХЗЙН;

оЕ ЧТБЪХНМСАЭЙН Ч ЗПТДЩОЕ УЧПЕК,

оП ЧТБЪХНМСЕНЩН Ч УНЙТЕОЙЙ ДХИБ;

оЕ МАВЙНЩН, ОП МАВСЭЙН.

пВ ЬФЙИ НЙМПУФСИ НПМА фЕВС, вПЦЕ,

йВП ПФДБЧБС, НЩ РПМХЮБЕН;

ъБВЩЧБС П УЕВЕ – ОБИПДЙН УЕВС;

рТПЭБС ДТХЗЙИ – РТПЭЕОЙЕ ПВТЕФБЕН;

б ХНЙТБС – ЧПУЛТЕУБЕН Л ЦЙЪОЙ ЧЕЮОПК!

рЕТЕЧПД е. ыЙТПОЙОПК

ртйъщч л втбфшсн

п ЧПЪМАВМЕООЩЕ ВТБФШС Й ВМБЗПУМПЧЕООЩЕ ЧПЧЕЛ УЩОЩ, ХУМЩЫШФЕ НЕОС, ХУМЩЫШФЕ ЗПМПУ пФГБ ЧБЫЕЗП:

нЩ ПВЕЭБМЙ НОПЗП:

оП ОБН ПВЕЭБОП ВПМШЫЕ.

рПУМХЦЙН ОБ ЪЕНМЕ,

хУФТЕНСУШ Л ОЕВЕУОПНХ.

ч НЕТХ УФТБДБОЙЕ:

уМБЧБ ВЕЪ РТЕДЕМБ.

оП ЧУЕН ЧПЪДБСОЙЕ.

вТБФШС, РПЛБ Х ОБУ ЕУФШ ЧТЕНС, ВХДЕН ФЧПТЙФШ ДПВТП.

>Православные иконы и молитвы

Информационный сайт про иконы, молитвы, православные традиции.

inok_arkadiy

Одним из почитаемых святых латинян является Франциск Ассизский, живший в XIII веке. Его седьмой ученик Бонавентура рассказывает, что Франциск достиг божественного совершенства. «Я и многие другие слышали этот рассказ от одного из его товарищей, бывшего тогда с ним, — писал Бонавентура, — когда он через восхищение созерцания перешел в Бога». Такую очевидную прелесть распространяют латинские кликуши на самом высшем уровне своей конфессии.
Интересен факт, когда однажды Франциск молился на латыни «о двух милостях»: Первая просьба заключалась в том, что Франциско просил у Бога ни больше, ни меньше (цитирую) «пережить все те страдания, которые, Ты, Сладчайший Иисусе, испытал в Твоих мучительных страстях». И вторая просьба (милость) «Чтобы я мог почувствовать ту неограниченную любовь, которою горел Ты, Сын Божий».
Сами по себе запросы далеко не скромного монаха, а человека с обостренной философией. Франциска беспокоило не покаянное чувство, не плач о грехах своих, как это всегда было у наших православных святых, его откровенно заносит в сторону притязаний на равенство со Христом «в Христовых страданиях и Христовой Божественной любви»!
Именно в это время Франциск «почувствовал себя совершенно превращенным в Иисуса»! Вместо борьбы с греховными страстями, «святой» увлекся мыслью, которой был некогда пленен и свтелый ангел Денница. Тоесть возмечтал сам стать Богом. Эта очевидная прелесть, связанная с расстройством психики побудила Франциска посвящать свои проповеди не галатам или римлянам, как это было, к примеру, у апостола Павла. Франциск Ассизский пишет послания птицам, волку, горлицам, змеям, цветам. Его благоговение перед огнем, камнями, червями выказывает определенное прелестное состояние, человека, мнящего из себя «бога». Франциск считает себя искупителем грехов животных и людей, «уподобляясь» Христу.
Но может быть Франциска почитают кликуши или фанатеющие невежды в латинской конфессии? Нет. В Катихизисе латинян Франциску уделена не малая роль. Его провозглашают основателем ордена францисканцев. «Жить как Франциск — значит принять крест, принять его с верой, надеждой, любовью, видя в нем крест Иисуса Христа», — говорится в документе (Католический катихизис 13-я часть ).
Очевидно, что крест Франциска и Крест Господа нашего Иисуса Христа латиняне уровняли. Но давайте посмотрим ради чего жил Франциск? «Я трудился и хочу трудиться, потому что это приносит честь», — говорит прелестник. Одним словом труды Ассизского «святого» ради собственной, а не ради славы Божией. Отсюда и болезненное самомнение Франциска: «Я не сознаю за собой никакого прегрешения, которое не искупил бы исповедью и покаянием». Это явное свидетельство духовной слепоты. Бедный Франциск не видел своих грехов, что привело его к вечной погибели.
Метки: латинский

Данная статья содержит: молитва святого франциска ассизского — информация взята со вcех уголков света, электронной сети и духовных людей.

Молитва святого франциска ассизского, рекомендую

Молитва святого Франциска Ассизского

На мой взгляд, это лучшая молитва для любого специалиста, профессионально работающего с людьми.

Раньше я всегда читал её перед работой, особенно – групповой (а начинал я работать с людьми, ведя группы по йоге).

Сейчас же эта молитва настолько уже во мне «проросла», что начиная работать с человеком, я её просто чувствую в себе безо всяких слов.

Господи, сделай руки мои продолжением Мира Твоего,

И туда, где ненависть, дай мне принести Любовь,

Туда, где обида, дай мне принести Прощение,

Туда, где рознь, дай мне принести Единство,

Туда, где заблуждение, дай мне принести Истину,

Туда, где сомнение, дай мне принести Веру,

Туда, где отчаяние, дай мне принести Надежду,

Туда, где мрак, дай мне принести Свет,

Туда, где горе, дай мне принести Радость.

Помоги мне, Господи,

Не столько искать утешения, сколько самому утешать,

Не столько искать понимания, сколько самому понимать,

Не столько искать любви, сколько самому любить.

Ибо во истину, кто отдает – тот получает,

Кто забывает себя – вновь себя обретает,

Кто прощает – тому прощается,

Кто умирает – тот возрождается в Вечной жизни.

Помоги же мне, Господи,

Сделай руки мои продолжением Мира Твоего.

О святейший Отче наш, Создатель, Искупитель, Утешитель и Спаситель наш.

Сущий на небесах: в Ангелах и в святых; просвещающий их к познанию, потому что Ты, Господи, есть свет; воспламеняющий к любви, потому что Ты, Господи, есть любовь; населяющий и наполняющий их блаженством, потому что Ты, Господи, есть высшее благо, вечное, от которого всякое благо, без которого нет блага.

Да святится имя Твое: да просветится в нас Твое знание, чтобы мы знали, что есть широта (ср. Еф. 3, 18) благодеяний Твоих, долгота обетов Твоих, высота величия и глубина суда.

Да приидет Царствие Твое: чтобы Ты правил среди нас благодатью и сделал так, чтобы мы пришли в Царствие Твое, где открыто созерцание Тебя, где любовь к Тебе совершенна, общество Твое блаженно, наслаждение Тобой вечно.

Да будет воля Твоя и на земле, как на небе: чтобы мы возлюбили Тебя всем сердцем (ср. Лк. 10, 27), всегда о Тебе помышляя, всей душой всегда к Тебе стремясь, из всего разума все стремления наши к Тебе направляя, честь Тебе во всем ища и изо всех наших сил все чувства души и тела в завоевание Твоей любви обращая и ни во что другое; и да возлюбим ближних наших, как самих себя, всеми силами обращая их в любовь к Тебе, о благе других, как о собственном, радуясь, и о несчастии сострадая, и никому не причиняя никакой обиды (ср. 2 Кор. 6, 3).

Хлеб наш насущный: Возлюбленного Сына Твоего, Господа нашего Иисуса Христа, дай нам на сей день: в память, и понимание, и почтение любви, которую к нам питал, и того, что ради нас сказал, совершил и претерпел.

И прости нам долги наши: по Твоему милосердию невыразимому, по страданиям возлюбленного Сына Твоего и по заслугам и заступничеству Пресвятой Девы и всех избранных Твоих.

Как и мы прощаем должникам нашим: и что не полностью прощаем, сделай, Господи, чтобы полностью прощали, чтобы врагов ради Тебя истинно любили и за них пред Тобой заступались, никому не воздавая злом за зло (ср. 1 Фес. 5, 15), и во всем искали бы опоры в Тебе.

И не введи нас в искушение: тайное или явное, внезапное или настойчивое.

Но избавь нас от лукавого: в прошлом, настоящем и будущем. Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, как было в начале и ныне и присно и во веки веков.

О, Всевышний Преславный Боже! Освети тьму моего сердца. Дай мне, Господи, истинную веру, крепкую надежду, безграничную любовь и помоги ясно распознать Твою святую и безошибочную волю. Аминь.

Приобщи меня к воле Твоей,

к любви Твоей, к милостям Твоим.

Даруй зажечь мне любовь, Господь,

в сердцах людских к врагам своим.

Ибо отдавая, мы получаем,

забыв о себе, находим себя,

прощая других, прощенье обретаем,

и воскресаем, Тебя благодаря.

Укрепи меня в вере моей,

чтоб мог озарить я души других.

Чтоб, пребывая в любви Твоей,

Смог зародить любовь и в них.

Всемогущий, вечный, праведный и милосердный Боже, дай нам, несчастным, поступать по воле Твоей, делать то, что Ты хочешь, и всегда хотеть того, что Тебе угодно, чтобы, внутренне очищенные, внутренне освещенные и огнем Святого Духа зажженные, мы могли следовать по стопам Возлюбленного Сына Твоего, Господа нашего Иисуса Христа, и достигнуть Тебя, Всевышний, Твоею милостию, Который в Троице совершенной и Единстве простом живешь, и правишь, и славишься, Боже Всемогущий, во веки веков. Аминь!

Ты святой Господь Бог единый,

творящий чудеса (Пс. 76, 15).

Ты сильный, Ты великий (ср. Пс. 135, 2);

Ты высочайший, Ты царь всемогущий,

Ты Отче Святый (Ин. 17, 11), Царь неба и земли (ср. Мф. 11, 25).

Ты един в трех лицах. Господь Бог богов (ср. Пс. 135, 2);

Ты благо, всякое благо, высшее благо, Господь Бог живой и истинный (ср. 1 Фес. 1, 9).

Ты любовь, милосердие,

Ты мудрость, Ты смирение,

Ты терпение (ср. Пс, 70, 5),

Ты красота, Ты кротость,

Ты оплот, Ты покой,

Ты радость, Ты успокоение.

Ты все необходимое богатство наше.

Ты красота, Ты кротость, Ты покровитель (Пс. 30, 5),

Ты страж и защитник наш;

Ты сила (ср. Пс. 42, 2),

Ты наша надежда,

Ты наше милосердие,

Ты все наше наслаждение,

Ты наша жизнь вечная.

Великий и дивный Господь,

Бог Всемогущий, милосердный Спаситель.

Призыв к восхвалению Бога

Убойтесь Бога и воздайте Ему славу (Откр. 14, 7).

Достоин Ты, Господи, принять славу и честь (ср. Откр. 4, 11).

Все, боящиеся Господа, восхвалите Его (ср. Пс. 21, 24).

Радуйся, Мария Благодатная, Господь с тобою (Лк. 1, 28).

Хвалите Его, небеса и земля (ср. Пс. 68.35).

Хвалите, все реки, Господа (ср. Дан. 3.78).

Благословите, сыны Божии, Господа (ср. Дан. 3, 82).

Сей день, его же сотворил Господь: возрадуемся и возвеселимся в нем! (Пс. 117, 24)

Аллилуйя, Аллилуйя, Аллилуйя! Царь Израилев! (Ин. 12, 13).

Всякое дыхание да хвалит Господа (Пс. 150, 6).

Хвалите Господа, ибо Он благ (Пс. 146.1); все читающие это, благословите Господа (Пс. 102, 21).

Все творения, благословите Господа (Пс. 102.2).

Все птицы небесные, хвалите Господа (ср. Дан. 3.80; Пс. 148.7-10).

Все отроки, хвалите Господа (ср. Пс. 112.1).

Юноши и девицы, хвалите Господа (ср. Пс. 148, 12).

Достоин Агнец закланный принять хвалу, славу и честь (ср. Откр. 5.12).

Благословенна будь Святая Троица и Нераздельное Единство (см. Мессу дня Св. Троицы).

О святой Михаил Архангел, в напастях защищай нас (см. Мессу дня Св. Михаила Архангела).

Приветствие Пресвятой Деве Марии

Радуйся Владычица, святая Царица,

святая Богородица Мария,

ты – Дева, ставшая Церковью,

избранная святейшим Отцом небесным,

которую Он освятил святейшим возлюбленным Сыном Своим

и Святым Духом Утешителем;

в тебе была и есть вся полнота благодати и все благо.

Радуйся, дворец Его;

радуйся, ковчег Его;

радуйся, дом Его.

Радуйся, наряд Его;

радуйся, раба Его;

радуйся, матерь Его;

и вы все, святые добродетели,

которые милостью и светом Духа Святого

изливаются в сердца верных,

чтобы из неверных делать верных Богу.

Радуйся, царица Мудрость, Господь да спасет тебя с сестрой твоей святой чистой Простотой. Госпожа святая Бедность, Господь да спасет тебя с сестрой твоей святой Смиренностью. Госпожа святая Любовь, Господь да спасет тебя с сестрой твоей святой Покорностью. Святейшие добродетели, всех вас да спасет Господь, от Которого вы исходите и проистекаете.

Нет ни одного человека во всем мире, кто бы мог одной из вас обладать, прежде чем умрет. Кто обладает одной и не оскорбляет других, всеми обладает. И кто одну оскорбит, ни одной не обладает и всех оскорбляет (ср. Иак. 2, 10). И всякая из вас обращает в бегство пороки и грехи. Святая Мудрость прогоняет сатану и все козни его. Святая чистая Простота прогоняет всю мудрость этого мира (ср. 1 Кор. 2, 6) и мудрость плотскую. Святая Бедность прогоняет алчность, и скупость, и мирские заботы. Святая Смиренность прогоняет гордость и всех людей мира сего и все мирское. Святая Любовь прогоняет все диавольские и плотские искушения и все страхи плоти (ср. 1 Ин. 4, 18). Святая Покорность прогоняет все телесные и плотские желания, и умерщвляет тело в покорность духу и в покорность брату своему, и покоряет и подчиняет человека всем людям, сколько их в мире, и не одним только людям, но и всем живым тварям, чтобы могли получить от него, чего бы ни захотели, сколько будет им дано свыше от Господа (ср. Ин. 19,11). ИСТОК ИЗ ИНЕТА

Молитва Cв. Франциска Азиского. О Ликующем Мире

Сделай меня орудием своего мира,

Там, где ненависть, дай мне сеять любовь,

Где обида — прощение,

Где сомнение — веру,

Где отчаяние — надежду,

Где скорбь — радость.

Сделай так, чтобы я не столько

Искал утешения, сколько утешал;

Не столько искал понимания, сколько понимал;

Не столько стремился быть любимым, сколько любил.

Ибо отдавая, мы получаем,

Прощая, получаем прощение сами, и

Умирая, рождаемся к Жизни вечной

Образ святого Франциска на протяжении 800 лет был притягателен для людей самых разных взглядов: церковных иерархов и мыслителей, королей и революционеров; в нем видели родоначальника субъективизма и индивидуализма, предвестника Ренессанса, реформатора, социалиста, первого хиппи, борца за охрану окружающей среды и романтического героя. И это при том, что в жизни самого Франциска Ассизского, по сути, не было ничего, кроме точного следования христианскому идеалу и подражания Христу.

Говорят, что именно святой Франциск привнес в мрачное аскетическое христианство раннего средневековья дух радости. Это не совсем верно: радость благодарности Творцу, радость Воскресения изначально присутствовали в христианстве. И в восточном — у Климента Александрийского, Иоанна Златоуста, и в западном — к примеру, у святого Бенедикта. Франциск Ассизский не изобрел ничего, что явилось бы открытием для христианства, и тем не менее без него христианство никогда не стало бы таким привлекательным для миллионов верующих, каким оно есть сегодня.

Франциск (Франческо) Бернардоне родился в 1181 (или 1182) году в Ассизи в семье торговца тканями и провел свою юность беззаботно и весело. В 24 года он услышал в церкви святого Дамиана голос Христа, призвавший его к служению, – по крайней мере, так рассказывают составители его житий. Юноша оставил семью и начал жить в бедности, ухаживать за прокаженными и восстанавливать разрушенные церкви. 24 февраля 1209 года на мессе в день святого Матфея ему было откровение, что его призвание буквально следовать Евангелию — и одинокий отшельник стал странствующим проповедником. У него появились спутники. Он дал им устав евангельской жизни, который в 1210 году одобрил Папа Иннокентий III. Так в средневековой Европе возник еще один монашеский орден. Святой Франциск проповедовал, совершал чудеса, подобно многим другим христианским святым, и умер, страдая от уже начинавшегося забвения его заветов.

Так в чем же его необычность и что принесло добровольному бедняку из Ассизи такую славу? Можно вспомнить, что святой Франциск положил начало деятельному монашеству — миссионерству; что францисканская духовность наполнила содержанием искусство раннего итальянского Возрождения и прежде всего Джотто; что его «Гимн Солнцу» стал первым стихотворением на итальянском языке, давшим толчок развитию поэзии на национальных языках и вдохновившем великого Данте. Но, возможно, главное, что сделало личность святого Франциска столь притягательной — это та удивительная атмосфера любви, добра и простоты, которую он сумел создать рядом с собой при жизни и которая так ясно передана его современниками в сохранившихся жизнеописаниях. Особенно самом знаменитом из них – «Цветочках святого Франциска Ассизского».

Святой мир, наполнявший мудростью его сердце, никогда не покидал его. Когда посещения мирян или какие-либо дела отвлекали его, он, скорее прервав, чем закончив их, спешил вернуться к своему тайнику души. Безвкусным казался мир тому, кто питался небесною сладостью, а божественные очарования сделали его брезгливым к грубому человеческому веселью. Он всегда искал уединенного места, чтобы сочетать душу и тело в молитве. Когда же Господь посещал его при других, он прятался в свой плащ, точно в келью. Когда не было и плаща, он закрывался рукавом туники, чтобы не обнаружить тайны перед другими. Всегда он умел как-нибудь укрыться от присутствующих, так что даже на тесном корабле, в толпе народа, незримо молился. В сердце своем он созидал храм. Самозабвение, проникновенное созерцание Бога делали излишними вздохи, возгласы и прочие внешние проявления.

Так он поступал в домах. Молясь же в лесах и пустынях, он не удерживал вздохов, орошал землю слезами, бил себя в грудь и часто беседовал с Господом своим. Там он отвечал Судье, молил Отца, разговаривал с Другом, радовался с Женихом. Из глубины сердца возносил он жертву Богу, обильную и искреннюю. Он часто молился с неподвижными губами и, весь углубившись в себя, обращал душу к Всевышнему. Он так уходил в молитву, что был не просто молящимся человеком, а живой молитвой. Какую сладость ощущал он в это время? О том знал он один, а мы можем только изумляться. Знать это дано лишь посвященным, а прочим – не дано. Проникновенны были слова и внешность его, пылало его сердце, вся душа расплавлялась, обитая на небе в горних селениях.

Блаженный отец никогда не пропускал по небрежности откровений свыше, но немедленно воспринимал их и наслаждался их сладостью, если то угодно было Богу. Иногда он чувствовал приближение благодати, когда был занят каким-нибудь делом или собирался в путь, и продолжал, не прекращая работы, вкушать эту сладчайшую манну. В пути, следуя за товарищами, он внезапно останавливался, когда на него снисходило вдохновение, и воспринимал сердцем милость Божью.

Жизнеописание Святого Франциска и глава «О времени, месте и силе молитвы святого Франциска» приведены из книги «Цветочки святого Франциска Ассизского», М., «ЭКСМО-Пресс», 2000 г. (раздел «Зеркало совершенства»).

Там, где ненависть – Я ЕСМЬ Пламя Любви.

Где несправедливость – Я ЕСМЬ Пламя Справедливости.

Где сомнение – Я ЕСМЬ Пламя Истины.

Где отчаяние – Я ЕСМЬ Пламя Видения.

Где тьма – Я ЕСМЬ Свет мира.

Где печаль – Я ЕСМЬ Пламя Благословенной Радости.

Я выбрал понимать других, и сим обретаю твое понимание.

Я выбрал любить других, и сим открываю твою любовь ко мне.

Ибо, только отдавая другим себя, мы получаем более от тебя.

Только прощая других, мы принимаем твое прощение.

Только позволяя эго умереть, мы рождаемся к жизни вечной бытия Живым Христом на Земле, как мы есть на Небесах, ныне и навеки БОЛЕЕ.

>Церковь Св. ФранцискаФото: Церковь Св. Франциска

Фото и описание

Католическая церковь Святого Франциска Ассизского в городе Ору-Прету — небольшая, изящная, построена в стиле барокко с декоративными элементами рококо. Этот памятник колониальной архитектуры — один из самых известных бразильских храмов, творение мастера Алейжадинью.

Возведение церкви было инициировано и профинансировано Третьим орденом святого Франциска Ассизского. Подготовительные работы велись с 1765 года, а год спустя была внесена предоплата мастеру-каменщику Домингушу Морейра де Оливейра. Официальное разрешение на строительство храма по проекту Алейжадинью пришло только в 1771 году.

Сооружение здания было начато с алтарной части. Через три года основные помещения уже покрыли крышей и приступили к фасадным работам, выполнению декора из дерева и гипса под руководством архитектора. Кладка была закончена в 1794 году, а внешнее и внутреннее украшение церкви продолжалось до 1890 года. Фасад храма декорирован медальоном со скульптурным изображением святого Франциска. Внутренние росписи принадлежат кисти Атейди — самого именитого бразильского живописца колониального периода; его работы украшают своды, стенные панели и позолоченный главный алтарь.

В двадцатом веке, в связи с некоторыми разрушениями, церковь претерпела ряд работ по реставрации и реконструкции. В 2009 году храм был признан историко-художественным институтом наследия одним из семи чудес света в Бразилии.

5 октября отмечался день памяти проповедника святой бедности, чья искренняя любовь к Господу существенно повлияла на течение событий в средневековой Европе.

Есть среди сонма святых, канонизированных католической церковью, один скромный черноглазый юноша, чья история всегда вызывала массу споров. Но никто не может усомниться, что святой Франциск Ассизский — очень значимая личность, как для истории Церкви, так и для истории многих государств. Именно брат Франческо из провинциального умбрийского городка Ассизи стал основателем ордена францисканцев, изменив тем самым католическую средневековую среду.

5 октября отмечался день его памяти, и мы хотим поделиться с вами десятью фактами из жития святого Франциска.

Происхождение

Семья юного Джованни была богатой и знатной. Отец, Пьетро де Бернардоне, был купцом и часто ездил торговать во Францию. Из любви к этой стране он дал сыну второе имя: Франческо, «француз». Родители были рады, что их сын с удовольствием пользуется всеми благами, данными ему. Поощряли знакомства со знатными людьми и тот разгульный образ жизни, который Франческо вёл.

Продолжался такой образ жизни тем не менее недолго.

Сострадание к нищим

Франческо всегда очень внимательно относился к людям, просившим милостыню. Есть рассказ о том, как юноша шёл по своим делам и сперва отмахнулся от нищего, обратившегося к нему с просьбой о деньгах «во имя Господа». Но, пройдя совсем немного, Франческо осознал, что если бы его попросили во имя какого-нибудь знатного господина, то он бы непременно дал! И юноша догнал нищего, чтобы исправить свой промах.

Паломничество в Ватикан

В том путешествии к собору Святого Петра Франциску очень многое открылось о его дальнейшей судьбе. Юноша был неприятно изумлён тем, как мало подают люди на храм, поразив всех щедрыми пожертвованиями. А потом, выйдя на улицу, поднял глаза и увидел длинную вереницу нищих. Что-то изменилось в душе Франческо. Он как будто понял, о чём для него говорил Христос. Сняв с себя богатые одежды, он обменялся ими с одним из нищих и пристроился в их ряд…

Прокажённые

Был у Франческо один панический страх. С детства он до одури боялся прокажённых. Всю жизнь понимал, что это такие же люди, как он сам, но никак не мог преодолеть в себе ужаса перед больными лепрой и стремглав бежал от них. Однажды, уже после того, как Франческо осознал замысел Господа о себе, на дороге ему встретился прокажённый. Вдруг с откуда-то взявшимися силами юноша не просто не отшатнулся, но протянул больному милостыню и обнял, как брата. Идя дальше, Франциск обернулся… и никого не увидел.

Ссора с отцом

Новые увлечения сына совершенно не нравились Пьетро де Бернардоне. Когда Франческо стал просить денег на реставрацию разрушающихся храмов, отец довольно резко отказал. Но Франциск не успокоился и в отсутствие отца взял часть его товаров, продал их и лошадь, на которой приехал в город, а вырученные деньги принёс священнику. Пьетро был в ярости, обратился с жалобой к епископу, на суде потребовал, чтобы сын вернул деньги…

Франческо вернул не только деньги. Он отдал все вещи, полученные в родительском доме, а сам ушёл в соседний лес.

После ухода из дома начался долгий подвижнический путь отшельника Франциска.

Основание ордена

Однажды в часовне Девы Марии, возле которой Франческо построил себе небольшой шалаш, читали Евангелие. Это были слова Христа, обращённые к апостолам, посылаемым на проповедь: «Не берите с собой ни золота, ни серебра, ни меди в пояса свои, ни сумы на дорогу, ни двух одежд, ни обуви, ни посоха» (Матф, 10:7-11). Восприняв эти слова всем сердцем, Франческо понял, что его удел не только отшельничество и молитва. Сняв обувь, бросив посох и опоясавшись верёвкой, он стал бродячим проповедником. Человеком, нёсшим благую весть всюду, куда приходил. Говорящим о своём любимом Господе с таким жаром, с таким восторгом, что люди шли за ним.

Вскоре у Франциска набралось немало последователей, и проповедник решился идти к папе Иннокентию III за разрешением создать свой орден.

Встреча со святым Домиником

Много веков существует легенда, красивая и очень правдивая по сути. Будто во время IV Латеранского собора в Риме святой Доминик, пришедший из земель Испании, по обыкновению своему молился и увидел разгневанного на людей Бога и Деву Марию, которая уговаривала Сына пощадить народы. Она привела к Нему двух проповедников со словами, что вот те, кто восстановит праведность на земле. Одним из них был Доминик, второго он никогда не видел.

На следующее утро во время мессы Доминик увидел в толпе знакомое лицо и бросился обнимать брата во Христе. Бедняк в подпоясанном верёвкой балахоне, тот самый второй проповедник. Франциск из Ассизи, пришедший в Рим за разрешением папы на учреждение нового ордена.

Стигматы

Всю жизнь Франческо метался в попытках понять, что важнее в его жизни: молитва или проповедь. Зачастую он уходил молиться на вершину Ла-Верна и однажды, осенью 1224 года, на Крестовоздвижение, он возвращается с вершины со стигматами.

Исследователи называют разные причины, по которым открылись стигматы, но факт остаётся фактом: святой Франциск до конца жизни носил на теле раны столь глубоко почитаемого им распятого Христа.

Смерть

Последние два года жизни Франческо страдал тяжкими болезнями, и только бережный уход сестры Клары и бесконечный оптимизм, коренившийся в любви к Богу и всему живому, облегчали страдания. Скончался святой 4 октября 1226 года, сказав напоследок, что жить и умереть ему одинаково сладко.

Любовь

Вся жизнь Франческо из Ассизи пропитана каким-то неземным светом той любви, которая без объяснений, без здравых причин и рассуждений зажигала в душах окружающих надежду, веру и радость. Любовь святого Франциска к Богу, во многом экзальтированная, но от этого не менее искренняя, поражала даже состоятельных людей, оставлявших свои имения и следовавших за ним дорогой «святой бедности».

Именно любовь святого Франциска была той каплей в море, которая изменила католическую среду XII-XIII века, не протестуя против существующего режима, но смиренно действуя изнутри. Святой Франциск воистину стал тем проповедником из легенды, который смог невозможное: сделал мир Средневековья чище, добрее и праведнее. Во имя Господа.
Источник Матроны.ру

Книга «Франциск Ассизский и католическая святость» вышла в издательстве Сретенского монастыря. Предлагаем вниманию читателей небольшой отрывок из нее. (Для облегчения восприятия из отрывка убраны ссылки на источники.)

Известно, что в дни юности Франциск с увлечением предавался радостям светских утех. Будучи воспитанным на рыцарских романах и поэзии трубадуров, которая, между прочим, «состояла не из одних только любовных пошлостей», но «война прославлялась в ней с диким увлечением», с самого раннего детства начал он мечтать о подвигах, славе и чести. Заметим здесь, что увлечение поэзией трубадуров не прошло бесследно: через несколько лет по основании Франциском своего Ордена он «читал достойнейшим из своих учеников произведения трубадуров — учителей своей юности». А поскольку трубадуры «возбудили героические мысли и чувства», то Франциск, жаждая этой славы, пытался ее приобрести (или заработать) любым способом, жадно ища первой представившейся возможности.

Так, уже в детстве он был вожаком местной ватаги ребятишек, руководил пирушками и вечеринками, будучи избран «королем» праздника. И в этой далеко не безупречной и не благочестивой компании, где каждый стремился показаться хуже, чем есть на самом деле, Франциск считал своим долгом превзойти своих сверстников-собутыльников в невоздержной жизни. «Он был очень весел и достаточно легкомыслен. Смех и песни, серьезное обсуждение программы предстоящего пиршества или нового наряда, бросание отцовских денег полными горстями — таковы были занятия Франциска, если только, в свободное время, он не погружался в уединенные размышления или не утопал в смутных романических планах… Он оставался щеголем с головы до пят, предполагая стать со временем героем и чувствуя, что будет им». Поощрение же подобного поведения родителями Франциска, гордившимися его блеском, славою и успехами, приводило к тому, что будущий «святой» заявлял напрямик не больше не меньше как следующее: «Будет день, когда весь мир преклонится предо мною».

Франциск долго размышлял над тем, как ему прославиться, и упорно искал возможности — буквально спал и грезил мыслями о славе и чести. Наконец, случай представился — началась война родного города Франциска — Ассизи — с Перуджей. Явившееся ему в эти дни сонное видение боевых порядков и воинских доспехов стало последней точкой в его поисках и мечтаниях, и он, воспитанный на идеале рыцарства, возомнил себя таковым и ринулся в бой. Жажда славы и популярности, а также мания величия были непреодолимы и возымели над Франциском такую силу, что последние слова убегающего на войну юного рыцаря были таковыми: «Я вернусь великим вождем».

Потерпев на войне первое поражение, Франциск не отчаялся, и вскоре вновь решил примкнуть к одному рыцарю в поисках славы. Но внезапно происшедшее событие изменило его планы. Очередное постигшее его во сне видение дало ему уразуметь, что он неправильно понял предыдущее — слава, которую обещал ему таинственный голос, была, как оказалось впоследствии, несравненно выше той, которую он себе представлял вначале.

А покуда, разочарованный и печальный, не приобретший того, о чем так мечтал, Франциск возвращается в Ассизи. Ему стало невыносимо оттого, что все его планы и мечты о воинской славе и признании в обществе рухнули, и через некоторое время он начал долго и продолжительно молиться перед Распятием (об образе молитвы Франциска будет сказано ниже). «Долгие молитвы воспламеняли его — и от Распятия исходили голоса, пространство наполнялось видениями. Он дрожал и тосковал после этих приступов». Во время одной из таких молитв, пребывая в состоянии экзальтации и восторженности, да еще и успев к тому времени подхватить лихорадку, Франциск вновь услышал некоторый голос, на сей раз призвавший его к реставрации отмирающей и рушащейся католической церкви. И тут он понял, что несравненно большую славу он сможет получить от Бога, и еще в этом мире, нежели от походов, пирушек и искания почестей среди людей. Осознав, где, в какой области, он сможет добиться, заслужить максимум почестей и славы, о которых он столь страстно мечтал, Франциск, не раздумывая, окунулся в эту сферу деятельности с головой.

С чего же начал Франциск свой новый, подвижнический образ жизни? Необходимо хотя бы вкратце проследить, как развивалось стремление к славе и честолюбие тогда еще юного ассизца, чтобы понять, каким же образом он впал в то, что святитель Игнатий Брянчанинов назвал «ужаснейшей бесовской прелестью»…

Проявив незаурядную смелость и ревность, двадцатитрехлетний Франциск начал вести иную жизнь, сменив одну крайность на другую. Здесь чрезвычайно важно отметить тот факт, что свой жизненный путь ассизский подвижник определил себе сам, не имея ни наставника, ни духовного руководства. В дальнейшем мы увидим, что на нем сбылись слова преподобного Иоанна Лествичника: «кто вначале не жил в повиновении, тому невозможно приобрести смирения; ибо всякий, сам собою научившийся художеству, кичится».

Сразу же после ухода из отчего дома Франциск стал проповедовать, причем «мысли излагались в беспорядке… Было больше жестов, чем слов. Он проповедовал всею своею фигурой, непрерывно находившейся в движении, прерывая рассуждения пламенными жестами и кивками головы, плачем, смехом, мимическим выражением мыслей, когда не хватало слов». При этом «очи слушателей омывались слезами… сердца прыгали в груди».

Не будучи знаком ни с какими заветами и наставлениями святых отцов древности, Франциск самовольно взял на себя подвиг юродства, намеренно облачаясь в лохмотья, выпрашивая объедки на пропитание себе, бродя по улицам в поисках камней для постройки церкви и провоцируя людей на унижение себя. Разумеется, видя, что творится с Франциском, не выдержал отец его — Пьетро Бернардоне, и однажды, увидев, как сына, грязного и нищего, забрасывают камнями и глиной, по-отечески наказал его. Спустя немного времени, Франциск на суде, организованном в связи с совершенной им кражей отцовских денег, публично отрекается от родителя и уходит из мира… Впоследствии побег из отчего дома и отречение от родителей Франциск устроил и для будущей своей духовной дочери, «растеньица» Клары.

Как было замечено выше, в эту эпоху в западном мире наступило ощущение полной утраты Господа. И именно на этом фоне ассизцем овладела идея подражания Христу, но подражания, как мы увидим, чисто внешнего. Именно здесь зародилось то, что впоследствии было названо «добродетелью святейшей бедности», то есть подражание Христу в нищете, подражание жизни и бедности Христа, в котором Франциск, по его словам, укрепился до самого конца. Подражание Иисусу Христу стало сущностью жизни Франциска, основой его монашеского призвания. В чем же заключалось, какой характер имело подражание Христу у Франциска?

Подражание это выражалось в чисто внешних проявлениях — ассизский подвижник стремился уподобиться Иисусу Христу по наружности, совершая поступки, подобные тем, что творил во время Своей земной жизни Господь. Так, Франциск, так же, как и Христос, избрал себе двенадцать учеников и посылал их по двое для проповеди в мир — ср. Мк. 6, 7, «превращал» воду в вино, устроил последнюю вечерю, сделав ее во всем похожей на Тайную Вечерю, совершенную Господом. Немаловажным является и факт возникновения на теле Франциска так называемых стигматов — кровоточащих ран — на руках, ногах и в боку (как у Христа), свидетельствовавших о якобы «сомучении» Христу. Благодаря этим стигматам, находясь уже на смертном одре, Франциск «казался Христом, вновь снятым с креста».

Более того, Франциск, как он сам говорил, посвятил свою жизнь исполнению одного лишь желания — пострадать за других и искупить чужие грехи. Характерным примером здесь является «Молитва о мире» Франциска — в ней наглядно наблюдается самоотождествление ассизца со Спасителем. Даруй мне заронить любовь в сердца злобствующих, принести благость прощения ненавидящим, примирить враждующих. Даруй мне осветить истиной души заблуждающихся, укрепить верою сомневающихся, озарить светом Твоего разума пребывающих во тьме. Даруй мне возродить надеждой отчаявшихся, одарить радостью скорбящих… Для сравнения — «Молитва о мире» из православного «Требника»: Благодарим Тя, Владыко Человеколюбче, Царя веков, и Подателя благих, разрушившаго вражды средостение, и мир подавшаго роду человеческому, даровавшаго и ныне мир рабом Твоим: вкорени в них страх Твой, и друг ко другу любовь утверди; угаси всяку распрю, отыми вся разгласия соблазны. Яко Ты еси мир наш, и Тебе славу возсылаем, Отцу, и Сыну, и Святому Духу, ныне и присно, и во веки веков, аминь. Православный молится о том, чтобы именно Бог даровал мир и озарил любовью сердца людей; Франциск же эти свойства стремится присвоить себе.

Благодаря этим свидетельствам и отдельным фактам биографии Франциска сложилось о нем вполне закономерное всей его жизни мнение близких ему людей и последователей его о том, что он стал «другим Христом, дарованным миру для спасения людей», что в нем Христос вновь воплотился, став Сыном Человеческим. А вскоре после кончины Франциска возникло «евангелие», благовествующее о нем (так были названы «Fioretti»).

Посмотрим теперь, в чем же состоит истинное подражание Иисусу Христу, о чем свидетельствуют святые отцы. Преподобный Симеон Новый Богослов отвечает на этот вопрос следующим образом: «подобие же Христу составляют истина, кротость, правда, и вместе с ними смирение и человеколюбие». И человека, стяжавшего сии качества, Бог делает (именно Бог, а не сам человек!) «чистым, целомудренным, праведным, мужественным в искушениях, мудрым в Божественном, благоутробным, сострадательным, милостивым, щедрым, человеколюбивым, благим, — настоящим христианином, носящим образ Христа… Подобие сие, — заключает он, — водворяется чрез исполнение заповедей». Ему вторит святой Петр Дамаскин: «Ищущий Христа должен Его искать не вне, но внутри себя, то есть телом и душою быть как Христос, безгрешным по возможности человеческой». А преподобный Амвросий Оптинский выделяет в вопросе о подражании Христу три элемента: во-первых, быть милосердным, то есть сострадательным и снисходительным, прощая людям все недостатки, обиды и досады; во-вторых, проводить святую жизнь, то есть хранить целомудрие и чистоту телесную и душевную относительно всех страстей; и в-третьих, стремиться к совершенству, которое состоит в глубине смирения; то есть, видя высоту, на которую надо подняться, все свои дела и труды почитать за ничто — ср. Лк. 17, 10. Преподобный же Иоанн Лествичник говорил, что «удивляться трудам святых дело похвальное; ревновать им спасительно; а хотеть вдруг сделаться подражателями их жизни есть дело безрассудное и невозможное». Если так сказано о подражании жизни святых, то чему можно уподобить подражание жизни Самого Господа?..

<…>

Теперь самое время перейти к разговору о тех откровениях и видениях Франциска, которые по справедливости считаются главными в его жизни, и, конечно же, являются закономерным следствием его прелестной мистической практики. Оба видения, о которых здесь будет упомянуто, имели место на горе Альверно, подаренной ассизскому подвижнику на закате его земной жизни.

Первое из них необычайно наглядно показывает, в чем коренилось то самоуничижение Франциска, которое красною нитью проходит через всю его жизнь. Действительно, как и в том «смиренном споре» с братом Львом, о котором было упомянуто выше, в большинстве своем речения ассизца сопровождались крайне уничижительными высказываниями о самом себе: «Я — самый недостойный и гнусный человек, какие только есть у Бога в этом мире», «невежествен я и глуп», и многое-многое другое. Наглядным же свидетельством истинного понимания его самоуничижения является следующая фраза из его «Послания ко всему Ордену»: я — «ничтожный и слабый, ваш последний раб… Услышьте, сыновья Господа и братья мои, и внимайте словам моим. Приклоните ухо вашего сердца и повинуйтесь гласу Сына Божьего».

Итак, молясь однажды на горе Альверно словами самоуничижения: «Господи, что я пред Тобой? что значу я в сравнении с силою Твоею, ничтожный червь земли, ничтожный Твой служитель!» — и повторяя эти возгласы непрестанно, Франциск получил на свое вопрошание тот ответ, к которому стремился и которого чаял, а именно: явились ему два больших света, в одном из которых он узнал Создателя, а в другом — самого себя… То уподобление Христу, к которому Франциск столь рьяно стремился в продолжение всей своей сознательной жизни, в его душе, наконец-то, произошло: он увидел себя равным Богу! И именно это видение является одной из главных причин того, что ученики Франциска, его последователи и почитатели говорили в один голос о том, что в их учителе и наставнике произошло новое воплощение Христа.

Второе же откровение, происшедшее с ним на той же горе, имело такую силу, что впоследствии послужило одним из главных мотивов для канонизации подвижника, происшедшей спустя всего лишь два года после его смерти. Конечно же, речь идет о главном (с точки зрения самих католиков) событии в жизни Франциска — стигматизации, то есть появлении на теле его ран и язв, подобных крестным ранам Спасителя. А дело было так: 14 сентября 1224 года, в день Воздвижения Креста Господня, Франциск стоял на коленях, воздев руки к небу и молясь о том, чтобы Бог дал ему возможность пережить страдания, которые испытал на Кресте Сам Господь (заметим: вновь — молитва без покаяния)… Столь необычное и интересное желание станет более понятным, если вспомнить, что подобное непреодолимое стремление «созерцать любимый облик Христа и страдать Его страданиями» было и у Е.И.Рерих, впоследствии также ощутившей свое тождество со Христом… Итак, через некоторое время, молясь подобным образом, Франциск приобрел твердую уверенность в том, что просимое осуществится. И сразу после этого «он отдался созерцанию страданий Спасителя, созерцанию, доведенному до высшей степени сосредоточенности». Наконец, «в избытке ощущаемых им любви и сострадания, он почувствовал себя совершенно превращенным в Иисуса».

<…>

Подобная медитативная практика, полностью исключая основу основ христианской жизни — покаяние — направлена исключительно на себя: человек для того и занимается медитацией, чтобы получить удовольствие и наслаждение. Чувствуя себя достойным «радости и блаженства», медитирующий обретает в своем делании полное самоудовлетворение, отчего и происходит «самообожение» — без Бога и помимо Его воли. Удивительным образом метод, используемый Франциском, напоминает нам подобную практику буддизма — учения, несовместимого с христианством; напоминает, поскольку движимы и тот и другой одним духом — духом безудержной гордыни. И если принять во внимание еще и искаженное, трансформированное учение о личности, имеющее место в католицизме, то станет совершенно понятным, отчего Франциск «почувствовал себя совершенно превращенным в Иисуса» — превращенным не по благодати, к которой призваны все мы, а по естеству — ощутил себя богом в самом существе своем.

После того, в конец прельщенный своею молитвою, ассизский подвижник не заметил того богохульства, которое предстало его взору: он увидел пригвожденного ко кресту серафима — богохульства, ибо только так можно расценивать ту насмешку над величайшим таинством боговоплощения и искупления рода человеческого, по которой на место Творца и Искупителя встает его творение… Буря чувств — земных чувств — охватила нашего героя, и после этого «на теле явление это оставило образ и чудесно запечатленные следы страданий Христа, ибо тотчас же на руках и ногах Франциска начали показываться как бы гвозди; казалось, что центры рук и ног были как бы пронзены этими гвоздями… На правой же стороне груди сделался виден след от удара копьем, подобный шраму, — след воспаленный и источающий кровь, которая проступала на одежде… Франциск носил на груди своей, на руках и ногах образ и телесное сходство со Спасителем». Здесь, и надо согласиться в этом с католиками, мистика ассизского аскета достигает своего апогея. Горячее желание уподобиться Христу в подражании Ему стало в представлении Франциска реальностью — он ощутил себя «превращенным в Иисуса», вплоть до телесного с Ним сходства.

Однако о подобного рода видениях истинные святые думали иначе. Так, преподобный Варсануфий, отвечая на вопрошание ученика о том, что делать, когда представится видение в образе Христа, говорит: «Не прельщайся, брат, никогда таким демонским извещением, ибо Божественные явления бывают лишь святым, и оным всегда предшествует в сердцах их тишина, мир и благодушие. Впрочем, и познавая истину (явления), святые признают себя недостойными, а тем более грешники не должны никогда верить таким явлениям, зная свое недостоинство». Франциск же, напротив, как видно из всего вышеописанного, принял все это за истину без малейшего сомнения.

Интересен также тот факт, что после стигматизации Франциск «перестал интересоваться всем, происходящим в Ордене» и предоставил монахам жить, как они хотят.

Наверное, поэтому, возомнив себя равным Богу, ассизец говорил впоследствии: «Я не сознаю за собою никакого прегрешения, которое не искупил бы исповедью и покаянием». Насколько далеко он отдалился от Бога, можно понять хотя бы из сопоставления этой его фразы с духовным откровением Аввы Дорофея: «Чем более кто приближается к Богу, тем более видит себя грешным»; напротив, чем более отдаляется, тем чище сам для себя становится, не замечая собственных грехов.

Куда завела Франциска такая духовная жизнь, можно заключить хотя бы из слов, сказанных им уже на смертном одре: «Я прощаю всем моим братьям, как присутствующим, так и отсутствующим, их обиды и их заблуждения и отпускаю им грехи их, насколько это во власти моей». Заметьте — не просит прощения даже перед смертью; напротив, сам прощает. И, наконец, заканчивает он свою жизнь с полным осознанием своей праведности: «Я исполнил то, что должен был исполнить». Здесь мы видим уже полную противоположность тому, что сказал Сам Господь: «Когда исполните все повеленное вам, говорите: «мы рабы ничего не стоющие, потому что сделали, что должны были сделать»» (Лк. 17, 10).

Далее, проводя сравнение мистики Франциска со святоотеческим учением, необходимо вспомнить и о том, что все видения и откровения ассизский аскет и его «меньшие братья» получали в результате бурного проявления чувств и эмоций. Но, как замечает преподобный Исаак Сирин, «начало истинной жизни в человеке — страх Божий. А он не терпит того, чтобы пребывать в чьей-либо душе вместе с парением ума, потому что при служении чувствам сердце отвлекается от услаждения Богом», и человек испытывает именно чувственные удовольствия. Кто скорбит сердцем, а чувствам дает свободу, — продолжает он, — тот подобен больному, который страждет телесно, а уста имеет отверстыми для всякой вредной ему снеди. Но сколько бы человек ни употреблял усилия, чтобы духовное снизошло к нему, оно не покоряется. И если дерзновенно возмечтает он и возведет взор к духовному и будет доходить до него разумением не вовремя, то скоро притупляется зрение его, и вместо действительного усматриваются им призраки и образы».

Недаром опытные подвижники, такие, как преподобный Иоанн Лествичник, глубоко знакомые с молитвенным деланием, свидетельствовали о имевших место ложных откровениях, говоря: «Я ощутил, что сей волк хочет обольстить меня, производя в душе моей бессловесную радость, слезы и утешение; и по младенчеству своему я думал, что я получил плод благодати, а не тщету и прелесть», посему и предостерегали: «Рассматривай приходящую сладость: не отравлена ли она от горьких врачей, паче же коварных убийц душ человеческих», и научали: «Рукою смирения отвергай приходящую радость, как недостойный ее, чтобы не обольститься ею и не принять волка вместо пастыря».

Однако сам Франциск, пренебрегая всеми советами и наставлениями древних отцов, думает по этому поводу иначе: «Бог сладок и приятен, сладостен, любим, возлюблен и всего более желанен», потому и исполняю я «благоуханные слова Господа моего».

Каким же образом ассизский подвижник исполнял эти «благоуханные слова», которые получал он во множестве откровений? Характерный пример. Однажды, со своим братом по Ордену Массео Франциск вошел в храм помолиться и получить очередное откровение. «В той молитве воспринял столь неизмеримую милость, воспламенившую так сильно душу его любовью к святой бедности, что от румянца лица его и от разверстых уст его, казалось, будто извергается пламя любви. И, как бы весь в огне, подошел он к товарищу и так сказал ему: «А! а! а! брат Массео, дай мне себя!» И промолвил так трижды, и на третий раз святой Франциск одним духом поднял брата Массео в воздух и бросил его от себя на расстояние большого шеста; и брат Массео был этим в величайшей мере поражен и после рассказывал товарищам, что в тот миг, как святой Франциск одним духом поднял его и подкинул, он испытал столь великую сладость души и утешение от Духа Святого, какого никогда в жизни своей не испытывал». Весьма странным, не правда ли, выглядит «утешение от Духа Святого», когда слышишь многозначительную фразу «дай мне себя», после чего, вопреки законам гравитации, поднимаешься на воздух, летишь вниз и ударяешься затылком о каменные плиты…

Диакон Алексий Бекорюков

Сегодня 4 октября Католическая Церковь отмечает день Памяти св. Франциска
Франци́ск Асси́зский (лат. Franciscus Assisiensis, итал. Francesco d’Assisi, Джованни ди Пьетро Бернардоне, итал. Giovanni di Pietro Bernardone; 5 июля 1182—3 октября 1226) — католический святой, учредитель названного его именем нищенствующего ордена.
Знаменует собой перелом в истории аскетического идеала, а потому и новую эпоху в истории западного монашества
Рождение: 1181/1182 Италия
Смерть: 3 октября 1226 Ассизи
Старейшее из известных изображений Франциска, созданное ещё при его жизни; находится на стене монастыря св. Бенедикта в Субиако
Франциск Ассизский, основатель Ордена Францисканцев — один из самых знаменитых христианских святых.
Часто его называют «самым привлекательным святым», и заслуженно считают самым популярным среди некатоликов и даже среди атеистов.
На протяжении восьми веков личность св. Франциска привлекает людей самых разных взглядов и мировоззрений. В нем видят родоначальника субъективизма и индивидуализма, предвестника Ренессанса, реформатора, первого хиппи, борца за охрану окружающей среды, революционера, романтического героя… На самом же деле, в жизни Франциска, по сути, не было ничего, кроме точного следования евангельскому идеалу и подражания Христу — настолько совершенного, что его называют «Alter Christus» — «Второй Христос».
Франциск родился в 1181 (или 1182) г. в городе Ассизи в Умбрии (Центральная Италия), в семье купца и торговца тканями Пьетро Бернардоне. Проведя юность беззаботно и весело, в возрасте 24 лет он пережил обращение, и с тех пор полностью посвятил себя Богу. Он начал жить в крайней бедности, ухаживал за прокаженными, собственными руками восстанавливал разрушенные часовни, проповедовал.
Вскоре у него появились сподвижники, а еще немного времени спустя — в 1209 г. — Папа Иннокентий III одобрил Устав нового братства. Так родился Францисканский Орден.
За два года до кончины Франциск получил от Господа удивительный дар — стигматы. Крайне истощенный постоянным постом и суровым образом жизни, 3 октября 1226 г. он предал Богу свой дух. Меньше двух лет спустя Папа Григорий IX причислил Франциска к лику святых.
В принципе, св. Франциск не изобрел ничего, что можно было бы назвать открытием для христианства; тем не менее, роль Ассизского Бедняка в истории трудно переоценить. Его Орден практически положил начало деятельному монашеству. Его духовность наполнила содержанием искусство раннего итальянского Возрождения, и прежде всего Джотто. Его «Гимн Солнцу» стал первым стихотворением на итальянском языке, давшим толчок развитию поэзии на национальных языках и вдохновившим великого Данте.
Но, возможно, главное, что сделало личность Божия Простачка столь притягательной, — это та удивительная атмосфера любви, добра и простоты, которую он сумел создать рядом с собой при жизни, которую прекрасно передали его современники и которую ощущает, наверное, каждый, кто встречает на своем пути этого святого.
Память св. Франциска Католическая Церковь отмечает 4 октября.
О Жизни и трудах Франциска Асизского имеется богатая литература:
Жизнеописание Франциска Асизского http://www.centre.smr.ru/win/books/sv_franc.htm
Анаклето Яковелли
Жизнеописание святого Франциска Ассизского http://krotov.info/libr_min/ya/yakovell.html
Г.К.Честертон. Франциск Ассизский http://lib.ru/DETEKTIWY/CHESTERTON/chest_fr.txt

Католическая церковь св. ФРАНЦИСКА АССИЗСКОГО

Рубрикатор / Святыни Петербурга/Инославные храмы/Римско-католические церкви
Лесное и Удельная – северо-западные окраины столицы – с начала XX века быстро заселялись католиками из Польши и Литвы. Для них в мае 1911, по проекту гражд. инж. А. А. Антонова, заложили близ Выборгского шоссе деревянный костел на 700 человек, выдержанный в стиле „готических“ храмов, строившихся в Польше в сельской местности.
В воскресенье 24 июня 1912 ксендз Сенкус освятил во имя св. Франциска Ассизского это украшенное высоким шпилем здание, при котором открыли начальную школу. Оно было приписано к приходской церкви на Выборгской стороне (см. церковь ПОСЕЩЕНИЯ ПРЕСВЯТОЙ ДЕВЫ МАРИИ на Выборгском католическом кладбище) и своим внешним видом напоминало костел на Охте того же зодчего (см. церковь св. АЛЕКСЕЯ при Охтинских пороховых заводах).
В 1919 костел получил права приходского, но постановлением Президиума Верховного Совета РСФСР от 7 сентября 1938 был закрыт и переоборудован под общежитие. Здание было снесено в послевоенные годы. Ныне на его месте – новая жилая застройка.
В 1991 францисканский орден начал строить на Рябиновой улице, 18, трехэтажное здание своего монастыря. В ходе строительства оно было передано благотворительной организации „Каритас“ и к лету 2000 завершено как Дом памяти монсиньора Хартмута Каня, который в 1990-е возглавлял „Каритас“ в Петербурге. В здании действует часовня во имя св. Елизаветы Тюрингской.
Литературные источники
Черепенина, Шкаровский, Шикер. С. 99–100.
Дом монсиньора Хартмута Каня. СПб., 2001.
Издания на иностранных языках

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *