Домский собор в риге

Немного истории

Строительство началось в 1211 году по указанию епископа города Альбрехта фон Буксхевдена. Собор возводился как символ завоевания Ливонии. Фундамент строительства заложили на месте спаленного пожаром рыбацкого поселка ливов. Хотя епископ Альбрехт не жалел на постройку никаких средств, строительство растянулось на долгие годы. Для возведения великолепного храма были приглашены немецкие и голландские мастера, работавшие вместе с местными латвийскими.

Уже в 1229 году ревностный Альбрехт умер и был похоронен в недостроенном Соборе «под третьим камнем и светильником». Могилу его ищут до сих пор. Смерть главного священника затруднила возведение храма, и достроен он был полностью только в 1270 году. В 1547 году была построена башня Собора, в этом же году после пожара было уничтожено его внутреннее убранство.

Еще через полвека башню увенчал деревянный шпиль. Он благополучно пережил 4 удара молнии и простоял до 1766 года. В этом же году башню несколько перестроили. Шпиль стал куполообразным и увенчанным уникальным петушком с одной черной стороной и одной золотистой. По петушку предсказывали торговые успехи и определяли направление ветра. Свой нынешний вид Собор обрел только в конце XVIII века.

Специалисты говорят, что почернел петушок из-за влажности морского климата. Сегодня этот переживший 2 мировых войны свидетель истории уже не служит украшением соборной башни, а спокойно хранится в Крестовой галерее.

Собор много раз перестраивали и реставрировали. Благодаря историческим перипетиям этому храму удалось совместить в своем могучем облике разные направления в архитектуре: готику, романский стиль, барокко, стиль ренессанса, модерн.

Высота Собора сегодня – 96 метров. Он является выраженной архитектурной доминантой площади.

Орган Домского Собора

Органные концерты – визитная карточка Собора. Именно они привлекают сюда множество туристов. Этот могучий инструмент – эмблема Риги и гордость Латвии. Он входит в число крупнейших органов Европы и является одним из наиболее ценных исторических инструментов Европы.

Первый орган Собора был создан в 1603 году. Этот инструмент верой и правдой служил верующим 3 столетия. В 1883-1884 годах выдающие немецкие мастера из малоизвестного города Людвигсбурга сделали новый инструмент. Именно он радует слушателей и молящихся сегодня.

Размеры инструмента поистине масштабны и поражают своей грандиозностью:

  • Ширина его 11 метров, а высота – 25, что вполне сопоставимо с 9-этажным домом.
  • В состав конструкции входят 124 регистра, 6718 деревянных и металлических труб, толщина которых колеблется от 13 мм до 10 м, 47 рычагов для переключения различных механизмов.
  • Центральная часть имеет многоярусное оформление в стиле раннего барокко или маньеризма.
  • Филигранный узор из растительных орнаментов, изображения причудливых зверей и величественных Ангелов слились в единую композицию, чтобы радовать взоры верующих и любителей высокого искусства.

Во время 2-й мировой ценнейший ряд труб был утрачен и восстановлен только в 1962 году. В 1980 году голландцы отреставрировали орган, вернули на место 2 утраченных в XXвеке балкона с расположенными на них пультами управления. Реставрация Собора продолжается до сих пор.

Для рижского органа специально творили такие выдающиеся композиторы, как Ф. Лист и М. Регер.

Время работы

С мая по сентябрь и в остальное время года график работы Собора несколько отличается. В первом случае время посещения с 9 до 18, во втором – с 10 до 17 часов. По воскресеньям и крупным праздникам проводятся церковные службы.

За плату в 3 евро можно посетить музей, посвященный жизни исторической части города и мореходству. Деньги идут на реставрационные работы. Для детей до 10 лет вход бесплатный. Основали музей на основе частной коллекции врача Николауса фон Химзеля в 1773 году.

Рижский Домский собор (латыш. Rīgas Doms, нем. Dom zu Riga) — важнейшее здание Евангелическо-Лютеранской Церкви Латвии. Кто не бывал в нем, не видел города. Название, данное собору, является производным от латинских выражений — «Domus Dei» («Дом Бога») и «D.О.М.» (сокращение от Deo Optimo Maximo, «Всеблагому Величайшему Богу»). Это самое крупное сооружение Средневековья, возведенное церковью в Прибалтике и дожившее до наших дней.

В текущий момент Собор принадлежит Евангелическо-Лютеранской Церкви Латвии и отвечает не только духовным, но и культурным запросам жителей республики.

История

Главный собор столицы — символ и уникальная достопримечательность. Заложен 25 июля 1211 года во время торжественной церемонии, проводимой епископом Альбертом Буксгевденом , основавшем город. Строительство велось под неусыпным вниманием пастыря немецкими и нидерландскими мастерами. Несмотря на стремление епископа, возведение Храма длилось несколько десятилетий. Собор строили с использованием нового строительного материала — кирпича.

Главенствующим направлением архитектуры того времени была готика. Собор возводили весь XIII век, потом несколько раз перестраивали, поэтому пристройки выполнялись уже в стиле барокко. Считают, что возведение хоровой части нефа с крестовыми сводами закончилось к 1226 году, так как по историческим записям в тот год папский посланник епископ Модены Вильгельм вел здесь консилиум.

Основываясь на мнение ученых известно, что Рижский Домский собор изначально планировался как строение типа базилики, но потом его построили как храм с огромным залом.

В конце XIV- начале XV веков внутреннюю часть расширили, пристроив западные нефы и боковые капеллы. Приподняли центральную часть зала. Здание превратили в базилику, как было задумано изначально. Также в высь устремилась башня с восьмиугольным шпилем. С этого времени она становится в Риге высочайшей, что отмечено на картах того времени, в том числе на космографии Себастиана Мюнстера (1559 г.).

Собор получил значительные повреждения в результате пожара 1547 года, после него в 1595 году была сооружена новая крыша с пирамидальным шпилем и двумя галереями, на башню установили знаменитого петушка, особенностью которого стало окрашивание в различные цвета. Одна сторона была выкрашена золотой краской, другая- черной. По положению петушка судили об успехе торговли и наблюдали за ветром.

В 1766 году шпиль перестроили в стиле барокко. Длина куполообразной иглы вместе с петушком стала 96 метров.

Кроме этих двух направлений в архитектуре собора встречаются Ренессанс, романский стиль, югендстиль.

Заметно расположение уровня пола ниже брусчатой мостовой. Связано это с тем, что на протяжение веков для защиты от разлива Даугавы улицы постоянно подсыпали. Во время реставрационных работ в середине XX века на Домской площади был снят культурный слой, составивший 2 м.

Реставрационные и перестроечные работы в храме проводились много раз. Так работы, проводившиеся в 1881-1914 годах, оставили нам здание в том виде, который известен сейчас. Каждая сторона башни собора украшена часами, а купол башни по-прежнему венчает золотой петушок.

Интересные факты и легенды

Основателя Риги, епископа Альберт, скончавшегося в 1229 г., захоронили в недостроенном соборе «под третьим камнем, под светильником». Местоположение могилы не известно до сих пор. Поэтому живо предание о подземном ходе из алтаря собора, заканчивавшемся в подземелье с огромными драгоценностями. План подземелья и ключи от хода хранятся в Ватикане.

Существует также версия, что в под собором зарыт клад рыцарей ордена тамплиеров, спасшихся после уничтожения из Франции. В благодарность за помощь жителями Прибалтики они построили множество замков и зданий на территории Латвии. На поиски клада направлялось множество исследователей, в том числе и знаменитая немецкая организация «Аненербе». Но поиски оканчивались провалом.

Также клад искали после великой Отечественной войны. Возможно, сильнейшие наводнения Даугавы, случавшиеся в 1709 и 1744 годах, затопили проход к нему.

Во время реставрации в 2011 году были обнаружены скрытые фрески, покрытые штукатуркой времен Реформации. Фрески являют собой сюжеты «Коронация Девы Марии»и изображение библейских пророков Даниила и Иезекииля. Может быть, они скрывают тайну тамплиеров. Во всяком случае ученые не исключают такую возможность.

Собор хранит могилы богатых горожан, которые уносили с собой на то свет богатства, нажитые при жизни. При раскопках 2006 года в подвалах были обнаружены 38 захоронений и золотые шведские и русские монеты, но крупный клад так и не был найден.

Рядом с копией картины Рафаэля»Преображение Христа», созданной в 1819 году в Риме Германом Боссе, расположена золотая церковная мышь. О ней существуют две легенды:

  • Одна из них о том, что строителям, ремонтировавшим в храме, не оплатили труды, они посмеялись и оставили мышку как намек на выражение: «Беден, как церковная мышь».
  • Вторая гласит, что это память о наводнении в начале XVIII века, когда поднявшаяся вода затопила все вокруг, по церкви плавали доски, а на них — мыши. Ординар с отметкой, насколько высоко поднялась вода в 1709 году, находится в дальнем конце церкви, с правой стороны.

Краткое содержание Домский собор Астафьев

Рассказ В.П. Астафьева «Домский собор» считается одним из лучших его творений и занимает почётное место среди других произведений известных русских писателей.

Начинается рассказ с подробного описания зала собора и звучащей в нём органной лирической музыки, которая наталкивает главного героя на ряд воспоминаний как приятного, так и неприятного характера.

Эта потрясающая музыка ассоциируется у него с различными звуками, уносит его в недалёкое прошлое. Вспоминает он страшную и жестокую войну, унёсшую жизни его близких товарищей. Он ощущает боль и невосполнимую потерю. Герой с горечью задумывается о фамильных ценностях, которые он не смог сохранить и уберечь. Отсюда и вывод – каждый человек обязан сохранить какую-либо семейную вещь близких родственников, дорогую не обязательно материально, а связанную с приятными воспоминаниями.

В зале, где он находится, много приглашённых гостей. Но он чувствует себя одиноким, покинутым. В мыслях главных герой рассуждает о значимости человека, жизни и смерти людей, сравнивает музыку органа со звуками природы – громкие раскаты грома и нежное пение птиц. Человеческая жизнь кажется главному герою чем-то мелким и незначительным на фоне огромного мира.

Мелодичность музыкального инструмента заставляет героя забыть все неурядицы и боль утраты, все неприятные воспоминания улетучиваются, оставляя лишь мысли о приятных и счастливых моментах в жизни. Герой хочет приклониться, поблагодарить этот музыкальный инструмент и собор – место душевного спокойствия.

Рассказ «Домской собор» имеет глубокий философский смысл. Он даёт понять читателю, что музыка способна на многое. Она может излечить глубокие душевные раны, исцелить людские сердца, дать необходимые силы и наполнить жизнь необходимым смыслом.

Можете использовать этот текст для читательского дневника

Сейчас читают

  • Краткое содержание Свифт Сказка бочки

    Книга Джонатана Свифта Сказка бабочки потрясла весь мир, потому что затронула болезненную тему — роль церкви в обществе, точнее книга говорила о проблемах церкви.

  • Краткое содержание Гаршин Сказка о жабе и розе

    В старом запущенном цветнике майским утром расцвела роза. Аромат ее разносился далеко вокруг, и не было здесь цветка прекраснее.

  • Краткое содержание Девочка на шаре Драгунский

    Главный персонаж – Дениска, мальчик 8 лет. Дениска рассказывает, как они всем классом ходили в цирк. Нет человека, которому не нравились бы цирковые представления, и Дениска – не исключение.

  • Краткое содержание Ильф и Петров Золотой телёнок

    С первых страниц романа перед нами предстает опытный шулер Остап Бендер, который после неудачных поисков драгоценностей, появился в кабинете начальника одного из исполкомов. Он решил не сдаваться и попытать счастье еще раз

  • Краткое содержание Ремарк Жизнь взаймы

    Прославленный автогонщик Клерфэ поехал в один из санаториев, расположенных в Альпийских горах, предназначенный для лечения людей, больных туберкулезом. Целью Клерфэ было навестить там своего друга и бывшего автогонщика Хольмана

Домский собор (Рига)

У этого термина существуют и другие значения, см. Домский собор.

Христианский кафедральный собор

Домский собор

латыш. Rīgas Doms, нем. Dom zu Riga


Рижский Домский собор

56°56′57″ с. ш. 24°06′16″ в. д.HGЯOL

Страна

Латвия Латвия

Город

Рига

Конфессия

Лютеранство

Епархия

Рижская епархия ЕЛЦЛ

Тип здания

Трёхнефная базилика

Архитектурный стиль

Готика, раннее барокко

Основатель

Альберт Буксгевден

Дата основания

25 июля 1211 года

Строительство

1211—1270 годы

Статус

Памятник культуры, №6537

Материал

кирпич

Состояние

Действующий храм

Сайт

Домский собор на Викискладе

Рижский Домский собор (латыш. Rīgas Doms, нем. Dom zu Riga) — кафедральный собор города Риги, его символ и одна из главных достопримечательностей. Является крупнейшим средневековым храмом стран Балтии. Название собора происходит от латинских выражений — «Domus Dei» («Дом Бога») и «D.О.М.» (сокращение от Deo Optimo Maximo, «Всеблагому Величайшему Богу»). В настоящее время — главное церковное здание Евангелическо-Лютеранской Церкви Латвии. Наравне с церковью Святого Петра и собором Святого Иакова, является высотной доминантой Старой Риги и образующим градостроительным элементом старого города (в частности, ключевым зданием Домской площади).

История

Собор был основан 25 июля 1211 года, в День Святого Якоба, епископом Риги Альбертом Буксгевденом. За его сооружением епископ следил с самым пристальным вниманием, вкладывая в строительство огромные средства. Постройкой руководили опытные мастера, преимущественно немцы. Строительство затянулось до второй половины XIII века и в общих чертах было завершено только в 1270 году. Первоначальное здание Домского собора являлось примером так называемого переходного стиля — от романского к «северной готике».

Домский собор на почтовой марке Латвии

В 1524 году, в период Реформации, оригинальное убранство церкви было утрачено, а пожар 1547 года довершил уничтожение. Из запланированных двух башен из-за отсутствия средств в 1547 году была выстроена только одна по центру фасада. В 1595 году каменная башня была надстроена и получила деревянный шпиль, превзойдя по высоте находящуюся всего в 140 метрах башню церкви Святого Петра. Однако деревянный шпиль требовал постоянного ремонта, поэтому в 1766 году он был разобран. Вместо него на несколько перестроенной башне возвели невысокий куполообразный шпиль в стиле барокко. Общая высота башни с барочным куполом и петушком на шпиле составила 96 метров. Сохранившийся до наших дней интерьер церкви выполнен в готическом стиле, а основные элементы декоративного убранства в стиле барокко.

Многочисленные перестройки привели к тому, что в архитектуре собора удивительным образом переплелись различные архитектурные стили. От готического периода строительства сохранился северный портал церкви — бывший главный вход. Кроме готики и барокко, в архитектурном убранстве собора находятся фрагменты в стиле ренессанс и романском стиле. Для снижения ущерба от наводнений Даугавы улицы Риги на протяжении столетий подсыпались гравием, и в результате сегодня уровень пола в храме находится значительно ниже уровня улицы. В середине XX века с части Домской площади, вдоль северной стены и восточной алтарной части собора, был снят культурный слой до позднесредневекового горизонта на глубину около 2 метров ниже остальной территории площади, в результате чего возникает ощущение, что собор располагается в низине.

Достопримечательности собора также включают в себя мемориальный камень небольших гильдий (XIX век), барочную резьбу (около 1641 года) и могилу первого епископа Ливонии Майнхарда фон Зегеберга.

В 1991 году собор передан ЛЕЛЦ

Орган

Главной достопримечательностью Домского собора является его орга́н, установленный в 1883—1884 годах. Орган был изготовлен фирмой «E.F.Walcker & Co» из города Людвигсбург. Он заменил прежний инструмент, работавший с конца XVI века, который неоднократно перестраивался и расширялся. Изменения касались не только механики и труб, но и проспекта органа, его декора и цвета корпуса, поэтому в декоративной резьбе присутствуют детали стилей маньеризм, барокко и рококо.

Впечатляющий орган высотой в 25 метров включает в себя 6 768 труб (по другим сведениям — 6 718), металлических и деревянных, длиной от 13 мм до 10 м. Орган имеет четыре клавиатуры для рук и одну для ног — педаль. На большом пульте — 124 регистра и 47 рычагов для включения различных вспомогательных механизмов. С малого пульта органа, находящегося на нижнем балконе, можно играть на 25 регистрах. Воздух подаётся при помощи шести мехов. Самый большой из них имеет размеры 2,5 × 6 м. На момент постройки орган Домского собора являлся крупнейшим в мире. Огромную художественную ценность представляет проспект — фасад органа, центральная часть которого сохранила декор от инструмента конца XVI века. Большая часть декоративной резьбы относится к 1599—1601 годам изготовления и выполнена мастером Якобом Раабом в стиле маньеризм или раннего барокко. Трубы проспекта сохранились от прежнего инструмента и давно не звучат. Новый инструмент Валькера был возведён за старинным корпусом и не соприкасается с ним. Большой орган Домского собора считается одним из важнейших памятников немецкого органного романтизма в Европе. По своим габаритам, конструкциям и красоте интонировки, хотя и не по числу труб, он по-прежнему остаётся самым большим органом всего Балтийского региона и бывшего СССР.

В 1981—1984 годах голландская фирма «Flentrop Orgelbouw Zaandam» выполнила реставрацию органа.

Произведения для органа Домского собора писали, в числе прочих, и такие известные композиторы, как Франц Лист и Макс Регер.

Ссылки

Домский собор (Рига) на Викискладе

  • Домский монастырь и собор / Сайт «Средневековые замки Латвии»
  • Домский собор / Сайт «Pribalt.info»

Часто рвалась связь, и работы у нас было невпроворот. Телефонная линия была протянута по парку и уходила в подвал панского дома, куда прибыл, обосновался командир роты со своей челядью. По заведенному не нами, очень ловкому порядку, если связь рвалась, мы, и без того затурканные и задерганные связисты с передовой, должны были исправлять ее под огнем, а ротные связисты — нас ругать, коль мы не шибко проворно это делали. В свою очередь, ротные связисты бегали по связи в батальон; батальонные — в полк, а дальше уж я не знаю, что и как делалось, дальше и связь-то повреждалась редко, и связисты именовали себя уже телефонистами, они были сыты, вымыты и на нас, окопных землероек, смотрели с барственной надменностью.

Бегая по нитке связи, я не раз замечал копающегося в парке Абдрашитова. Маленький, с неумело обернутыми обмотками, он весь уж был в глине и гипсе, исхудал и почернел совсем и на мое бойкое «салям алейкум!», тихо и виновато улыбаясь, отвечал: «Здравствуйте!» Я спрашивал его, ел ли он. Абдрашитов таращил черные отсутствующие глазки: «Что вы сказали?» Я говорил, чтобы он хоть прятался при обстреле — убьют ведь, а он отрешенно, с плохо скрытой досадой ронял: «Какое это имеет значение!»

Потом к Абдрашитову присоединился хромой поляк в мятой шляпе, из-под которой выбивались седые волосы. Он был с серыми запавшими щеками и тоже с высоко закрученными обмотками. Ходил поляк, опираясь на суковатую ореховую палку, и что-то громко и сердито говорил Абдрашитову, тыкая этой палкой в нагих подбитых богинь.

Ефрейтор Васюков, свалившись вечером в окоп, таинственно сообщал нам: — Шпиёны! И узбек шпиён, и поляк. Сговор у них. Я подслушал в кустах. Роден, говорят, Ерза, Сузан и еще кто-то, Ван Кох или Ван Грог — хрен его знает. — Понизив голос, Васюков добавил: — Немца одного поминали… Гадом мне быть, вот только я хвамилию не запомнил… По коду своему говорят, подлюги!

— Сам-то ты шпион! — рассмеялся младший лейтенант. — Оставь ты их в покое. Они о великих творцах-художниках говорят. Пусть говорят. Скоро наступление.

— Творцы! — проворчал Васюков. — Знаю я этих творцов… В тридцать седьмом годе такие творцы чуть было мост в нашем селе не взорвали…

Богиню над фонтаном Абдрашитов и поляк починили. Замазали раны на ней нечистым гипсом, собрали грудь, но без сосца собрали. Богиня сделалась уродлива, и ровно бы бескровные жилы на ней выступили, она нисколько не повеселела. Все так же скорбно склонялась богиня в заплатах над замолкшим фонтаном, в котором догнивали рыбки и чернели осклизлые лилии.

Немцы что-то пронюхали насчет нашего наступления и поливали передовую изо всего, что у них было в распоряжении.

С напарником рыскали мы по парку, чинили связь и ругали на чем свет стоит всех, кто на ум приходил.

В дождливое, морочное утро ударили наши орудия — началась артподготовка, закачалась земля под ногами, посыпались последние плоды с деревьев в парке, и лист закружило вверху.

Командир взвода приказал мне сматывать связь и с катушкой да телефонным аппаратом следовать за ними в атаку. Я весело помчался по линии сматывать провода: хоть и уютно в панской избе и усадьбе, а все же надоело — пора и честь знать, пора и вперед идти, шуровать немца до Берлина еще далеко.

Неслись снаряды надо мною с разноголосыми воплями, курлыканьем и свистом. Немцы отвечали реденько и куда попало — я был опытный уже солдат и знал: лежала сейчас немецкая пехота, уткнувшись носом в землю, и молила Бога о том, чтобы у русских запас снарядов скорее кончился. «Да не кончится! Час и десять минут долбить будут, пока смятку из вас, лиходеев, не сделают», — размышлял я с лихорадочным душевным подъемом. Во время артподготовки всегда так: жутковато, трясет всего внутри и в то же время страсти в душе разгораются.

Я как бежал с катушкой на шее, так и споткнулся, и мысли мои оборвались: богиня Венера стояла без головы, и руки у нее были оторваны, лишь осталась ладошка, которой она прикрывала стыд, а возле забросанного землей фонтана валялись Абдрашитов и поляк, засыпанные белыми осколками и пылью гипса. Оба они были убиты. Это перед утром обеспокоенные тишиной немцы делали артналет на передовую и очень много снарядов по парку выпустили.

Поляк, установил я, ранен был первый — у него еще в пальцах не высох и не рассыпался кусочек гипса. Абдрашитов пытался стянуть поляка в бассейн, под фонтанчик, но не успел этого сделать — их накрыло еще раз, и успокоились они оба.

Лежало на боку ведерко, и вывалилось из него серое тесто гипса, валялась отбитая голова богини и одним беззрачным оком смотрела в небо, крича пробитым ниже носа кривым отверстием. Стояла изувеченная, обезображенная богиня Венера. А у ног ее, в луже крови, лежали два человека — советский солдат и седовласый польский гражданин, пытавшиеся исцелить побитую красоту.

Домский собор

Дом… Дом… Дом…

Домский собор, с петушком на шпиле. Высокий, каменный, он по-над Ригой звучит.

Пением органа наполнены своды собора. С неба, сверху плывет то рокот, то гром, то нежный голос влюбленных, то зов весталок, то рулады рожка, то звуки клавесина, то говор перекатного ручья…

И снова грозным валом бушующих страстей сносит все, снова рокот.

Звуки качаются, как ладанный дым. Они густы, осязаемы. Они всюду, и все наполнено ими: душа, земля, мир.

Все замерло, остановилось.

Душевная смута, вздорность суетной жизни, мелкие страсти, будничные заботы — все-все это осталось в другом месте, в другом свете, в другой, отдалившейся от меня жизни, там, там где-то.

«Может, все что было до этого, — сон? Войны, кровь, братоубийство, сверхчеловеки, играющие людскими судьбами ради того, чтобы утвердить себя над миром.

Зачем так напряженно и трудно живем мы на земле нашей? Зачем? Почему?»

Дом. Дом. Дом…

Благовест. Музыка. Мрак исчез. Взошло солнце. Все преображается вокруг.

Нет собора с электрическими свечками, с древней лепотой, со стеклами, игрушечно и конфетно изображающими райскую жизнь. Есть мир и я, присмиревший от благоговения, готовый преклонить колени перед величием прекрасного.

Зал полон людьми, старыми и молодыми, русскими и нерусскими, партийными и беспартийными, злыми и добрыми, порочными и светлыми, усталыми и восторженными, всякими.

И никого нет в зале!

Есть только моя присмирелая, бесплотная душа, она сочится непонятной болью и слезами тихого восторга.

Она очищается, душа-то, и чудится мне, весь мир затаил дыхание, задумался этот клокочущий, грозный наш мир, готовый вместе со мною пасть на колени, покаяться, припасть иссохшим ртом к святому роднику добра…

И вдруг, как наваждение, как удар: а ведь в это время где-то целят в этот собор, в эту великую музыку… пушками, бомбами, ракетами…

Не может этого быть! Не должно быть!

А если есть. Если суждено умереть нам, сгореть, исчезнуть, то пусть сейчас, пусть в эту минуту, за все наши злые дела и пороки накажет нас судьба. Раз не удается нам жить свободно, сообща, то пусть хоть смерть наша будет свободной, и душа отойдет в иной мир облегченной и светлой.

Живем мы все вместе. Умираем по отдельности. Так было века. Так было до этой минуты.

Так давайте сейчас, давайте скорее, пока нет страха. Не превратите людей в животных перед тем, как их убить. Пусть рухнут своды собора, и вместо плача о кровавом, преступно сложенном пути унесут люди в сердце музыку гения, а не звериный рев убийцы.

Домский собор! Домский собор! Музыка! Что ты сделала со мною? Ты еще дрожишь под сводами, еще омываешь душу, леденишь кровь, озаряешь светом все вокруг, стучишься в броневые груди и больные сердца, но уже выходит человек в черном и кланяется сверху. Маленький человек, тужащийся уверить, что это он сотворил чудо. Волшебник и песнопевец, ничтожество и Бог, которому подвластно все: и жизнь, и смерть.

Домский собор. Домский собор.

Здесь не рукоплещут. Здесь люди плачут от ошеломившей их нежности. Плачет каждый о своем. Но вместе все плачут о том, что кончается, спадает прекрасный сон, что кратковечно волшебство, обманчиво сладкое забытье и нескончаемы муки.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *